ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сварог усмехнулся, пораскинул мозгами, потом сотворил сигаретку и протянул ее лейтенанту. Ни в малейшей степени волшебству не удивившись, лейтенант поблагодарил, сигарету принял, прикурил от спички. Все как всегда. А вы говорите – не зеркальное это отражение Атара. Очень даже зеркальное…

– То есть, – сказал он по возможности добродушно, – ты хочешь сказать, чернильная сволочь, что мы незаконно вторглись на территорию Фагора?

– Ну это с какой стороны посмотреть, – опять растянул губы в улыбке Арок. – Можно и этак, а можно и так, что вы, мол, – званые гости Фагора.

– Что-то мы пограничных знаков по дороге не приметили…

– А их пока и нету, – ухмыльнулся ветеран-пограничник, честно глядя в глаза Сварогу. – Не успели. Но на карты граница нанесена чин чинарем.

– А карты, я так разумею, фагорского изготовления.

– А то ж.

– Ловко… Ну, и кто еще обосновался рядом с вами, какие страны-государства? Это я к тому, чтобы ненароком еще пару тройку границ не нарушить.

– Никого больше нету, – тут голос лейтенанта все же дрогнул. – Кабелотов на сто вдоль берега туда и туда – только Фагор… Может, кто подальше высадился, не знаю… Ну так это, мастер Сварог, милости просим в столицу, что ли? Экипаж подан…

Сварог в некоторой беспомощности оглянулся, усилием воли отгоняя видение туристического автобуса, ждущего их за холмом. Путешествие сквозь непроходимые земли покамест не испоганенного цивилизацией Граматара в самом деле превращалось в поездку за город на пикничок… Нет, можно было бы, конечно, намного повоевать с засевшими в засаде автоматчиками, но уж больно не хотелось. Еще с соседних застав стрельбу услышат, организуют погоню. И стрельбой друг в друга начинать свое пребывание на новом материке было как-то, знаете ли, не по-людски. Не по-императорски, знаете ли… Да уж, весело поход за Ключом начинается, ничего не скажешь…

Сварог посмотрел на солнце: скоро выйдет из клубящихся над пиком туч. До сумерек оставалось часов шесть, не больше. Итак, выбор: ночевать под открытом небом, да еще после вчерашней бессонной ночи – или в столице Фагора? Что бы та собой не представляла… Он опять оглянулся на своих. Свои стояли по-прежнему напряженно, но уже перестроившись в боевой порядок – и когда только успели? Готовая к атаке Чуба впереди, за ней, вполоборота к склонам распадка, Олес с катралом на изготовку и Пэвер, за ними – Рошаль со шпагой наголо, а замыкала построение лесная воительница, принявшая отчетливо боевую стойку. Впору умилиться: неплохо Сварог их натаскал. Только свистни, и от пограничного отряда фагорцев мокрого места не останется…

Сварог вздохнул, сделал беспутной команде знак приблизиться и обречено сказал лейтенанту:

– Ну, что ли, раз экипаж подан, то – милости просим в столицу…

Глава пятая

Шамаханская царица

…И когда его святость столь странным способом проникла в столичный город Митрак, Арок решил наконец: все, с него хватит. Не дожидаясь, пока по сему прискорбному факту незаконного проникновения к нему придут люди уважаемого мастера старшего охранителя (вежливейший поклон в сторону Рошаля), он собрал свои пожитки, отставил прощальное письмо сыновьям, не так давно открывшим скобяную лавку на одной из главных улиц Митрака и потому слышать не желавшим ни о какой грядущей катастрофе, и в одиночку подался куда глаза глядят. А конкретнее – на наудер, через реку Крамеш, мимо границы Нура, через предгорья к морю. На что он рассчитывал, Арок и сам сказать не мог, однако удача на этот раз оказалась к нему благосклонна. В предгорьях Язберского хребта будущему лейтенанту пограничной службы Фагора встретился отряд нурских контрабандистов, которые тоже торопились к побережью, – в надежде наняться хоть простыми моряками, хоть кем на какой-нибудь вильнурский корабль и в качестве оплаты предложить хозяевам кое-что из товара. (Причина, по которой Арока взяли в отряд, была проста, незамысловата и к политическим распрям между Гаэдаро и Нуром не имела ни малейшего отношения: он всего лишь проткнул шпагой зама атамана по безопасности, непобедимого шпагиста и знаменитого на весь Hyp драчуна – за то, что тот позволил себе несколько замечаний касательно интимной жизни его, Арока, матушки и перепончатокрылых насекомых. Глянув на павшего заместителя, атаман хмыкнул и сам предложил Ароку вступить в отряд, против чего Арок, понятно, не возражал.)

Дальше – больше. Им таки удалось наняться на вильнурский китобой, переоборудованный в пассажирское судно, но в открытом море произошла скоротечная стычка со шхуной – флагманом охранительной фагорской эскадры. (Повод для драки опять же оказался насквозь прозаичным: король Фагора – Сварог, кстати, вспомнил его имя, Михлест Четвертый, – пребывая в пределах видимости чужого корабля, принял его за гидернийский броненосец и приказал немедля уничтожить.) Плохо вооруженные вильнурцы были разбиты наголову, однако тонущего Арока флагман подобрал, несмотря на яростные протесты капитана… А уж дальше все зависело от самого счастливчика. Несколько предметов из контрабандного товара (это были слитки весьма дорогого вильнурского серебра, которые Арок пер на себе через предгорья заместо усопшего заместителя), умение фехтовать, готовность беспорочной службой заработать себе жизнь, воинский опыт – все вместе это позволило ушлому ветерану добраться и до Граматара, и до должности лейтенанта погранслужбы Фагора…

Что самое интересное, при всей романтической неправдоподобности своих приключений, сделавшей бы честь какому-нибудь Рафаэлю Сабатини, Арок говорил чистую правду.

Сварог слушал его неспешный рассказ, откинувшись на шелковые подушки с монограммой «М» и циферкой «IV», и боролся с сонливостью: давало о себе знать напряжение последних дней. Покачивалась открытая повозка, запряженная парой крепких приземистых лошадок (с виду – кровей наиблагороднейших), мерно поскрипывали колеса, мимо проплывали холмы и перелески. Дороги под колесами, естественно, не было никакой, но и непролазных чащей с зияющими пропастями на пути пока не встречалось, так что ехали, в общем-то, ровно. Если закрыть глаза и не обращать внимания на вездесущий запах йода и гари, то ощущение, будто находишься где-нибудь в средней полосе России-матушки, будет полным. Вот-вот послышится далекое коровье мычание, навстречу профурчит раздолбанный колхозный «зилок» с молоком… Но это если глаза закрыть и не дышать. А ежели по сторонам все-таки смотреть, то мозги начинают съезжать набекрень. Потому как панорама из повозки открывалась, мягко говоря, феерическая. Обычные деревья росли вперемежку с какими-то кораллами, камышами и вовсе уж непонятными растениями с длинными, стелющимися по земле листьями – представителями, совершенно определенно, морской флоры, кое-как приспособившимися к жизни на открытом воздухе… Они проехали мимо озерца с болотистыми берегами, поверхность его буквально бурлила от мечущихся здоровенных рыбин – водоем быстро пересыхал, и океанским тварям, пойманным в ловушку, деваться было некуда. И повсюду – на камнях, поросших ракушечником, на целых пустошах высохшего ила, даже на ветвях обыкновенных деревьев – повсюду налет соли… Словно некий местный Нептун, не имея ни малейшего представления о надводной жизни, решил потягаться с создателем и сотворить мир на суше – таким, как он его видит…

А вот сама повозка весьма органично вписывалась в эту реальность, поднятую со дна морского, и, голову можно было дать на отсечение, не так давно имела совершенно другую профессию. А именно – была шлюпкой, к которой примастрячили колеса. Возница с автоматом на плече держал в руках не кожаные поводья, а куски линей, в поводья превращенные. Довершала сию удивительную картину небольшая носовая фигура, явно снятая с корабля и помещенная на нос сухопутной шлюпки: бюст грозного мужика с развевающейся бородой (вылитый, кстати, псевдомыслитель из Ясной Поляны) смотрел на Граматар мрачно и в высшей степени неодобрительно… Второй автоматчик расположился на корме, позади посмурневшего экипажа, следил за тылами и то и дело бросал любопытные взгляды на странных гостей. А из гостей самыми смурными изволили быть старший охранитель и островная воительница. Ну, воительница, понятно, недовольна непредвиденной задержкой на пути к вожделенному Ключу (она даже позволила себе проявить эмоции и весьма красноречиво возражать против задержки и отклонения от курса), а вот мастер Рошаль явственно пребывает в горестных раздумьях по поводу того, что если есть государство, значит, непременно имеются и закулисные игры, и не попадет ли экипаж в жернова политических игрищ… Остальные выглядели бодрее. Олес с Пэвером во все глаза таращились на диковинки Нового Света, толкая друг друга локтями и показывая на что-нибудь совсем уж заковыристое за бортом – вроде исполинского, в человеческий рост, рапана посреди симпатичной лужайки, из горловины которого за повозкой задумчиво следила пара глаз на стебельках. Чуба, бегущая рядом, сделала небольшой крюк и рыкнула на обитателя раковины. Глаза исчезли, зато изнутри отчетливо клацнули клешни…

13
{"b":"222105","o":1}