ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вот сейчас она скажет: «Пришельцы из параллельных миров, попадающие к нам через Двери»… Ну, пусть не Двери, пусть Ворота, Лазы, Дыры и всякие там Прорехи, – только пусть скажет, Господи, пусть…

Некоторое время Мина молчала и, прищурившись, смотрела на Сварога сквозь бокал. Потом сказала:

– Жаль, граф. Я думала, что вы сумеете мне помочь. В конце концов, мы с вами на одном корабле и, если что, погибать будем вместе… Жаль. Спокойной ночи.

Она встала. Сварог порывисто схватил ее за руку, силой заставил сесть обратно в кресло.

– Да послушайте, вы! Ну чем вам поклясться?! Ну считайте, что мы жили в самой глухой деревне на самом далеком острове и ни сном ни духом о том, что творилось в Короне последние сто лет. Или у нас приключилась спонтанная потеря памяти… Не верьте, подозревайте, думайте, что угодно – но можете вы ответить на несколько простых вопросов?

– О Визари знает каждый второй на Гаранде…

– Значит, я из тех, кто каждый первый! – рассердился Сварог. – Я вот – не знаю! И очень хочу узнать, за каким чертом мы ему понадобились! Может быть, тогда я пойму, какие еще сюрпризы нас ожидают. Ну?

– Похоже, не врете… – нерешительно сказала Мина.

– Да зачем мне врать? А даже если и вру, то какая разница? От вас не убудет, если вы прочитаете маленькую лекцию…

Поколебавшись, Мина села обратно в кресло.

– Вы очень странный человек, граф. Странный и… Ну хорошо. Что конкретно вас интересует?

– Конкретно – все. А в частности – кто такие Иные и кто такой Визари.

Сама Мина знала немного, поскольку политической ситуацией в Короне не интересовалась совершенно. Однако и ее рассказа хватало, чтобы понять.

Увы, Иные не были выходцами из других Вселенных – они были коренными жителями Гаранда.

Как уже говорилось, Гаранд, подобно Земле, был миром исключительно технологическим, научным, рационалистическим и, так сказать, модернистским. Все началось лет пятьдесят назад, когда в обществе возникла дурацкая идея о возможности альтернативного прогресса, в основе которого лежат колдовство и магия. Нет, всякие там безобидные астрологи, хироманты, целители и ворожеи существовали, разумеется, в любые эпохи – но лишь как невинная забава для обывателей и средство для облегчения кошельков доверчивых граждан, однако в последнее время начала проявляться странная, настораживающая власти тенденция: все громче поговаривали о том, что наука, дескать, пошла по неверному пути и завела мир в тупик; что наука себя исчерпала; что необходимо вернуться к истокам и вспомнить о существовании волшебства; вообще, что картина мира совершенно не такова, какую нам навязывают, и так далее, и тому подобное… Метрополия поначалу смотрела на брожение в умах со снисходительностью многомудрого отца семейства, наблюдающего за возней своих чад, а когда спохватилась, едва не стало поздно. В основном, новоявленные чародеи, как водится, были обыкновеннейшими шарлатанами, фокусниками и гипнотизерами, однако и среди них попадались личности, чьи способности невозможно было объяснить в рамках традиционной науки. И пока власти решали и совещались, как быть с носителями сих способностей, число магов росло в геометрической прогрессии. Открывались кафедры колдовства при весьма уважаемых университетах и даже целые институты, всерьез занимающиеся проблемами альтернативного пути развития. Все больше ученых с мировым именем, из разных областей, совершенно открыто, не таясь, переходили на сторону паранауки, обыватель перестал обращаться к официальным врачам, передоверив свое драгоценное здоровье целителям всевозможных мастей и предсказателям. Промышленность, в особенности легкую, засбоило – не подтвержденная практикой идея о том, что куда проще добывать продукцию прямо из воздуха, путем заклинаний, нежели корячиться с ее производством, захватила умы, по Короне прокатилась волна забастовок и саботажей… Но лишь когда чародеи, кстати, называющие себя Иными, попытались выйти на политическую арену, империя сказала свое веское слово.

Колдовство и волшебство были запрещены разом и повсеместно, ордены, сообщества и секты принудительно распущены Каскадом. Началась форменная охота на ведьм – в буквальном смысле слова. И шарлатанов, и настоящих магов ловили без разбора, сажали, пытали, казнили… Но всех адептов «нового» прогресса истребить оказалось уже невозможно – расплодившиеся Иные ушли в подполье, как пожар на торфяниках уходит под почву. И чем больше усердствовал Каскад, тем крепче становилось сопротивление…

А десять лет назад у Иных появился лидер. И какой! По слухам, Визари был самым сильным колдуном за всю историю Гаранда, он сумел сплотить разрозненные группы сподвижников в монолитную организацию. Никто не видел его в лицо. Никто не знал, где он скрывается. Официально считалось, что Визари не существует, что это миф, очередная легенда о мессии, который, якобы, приведет мир к Золотому веку посредством свержения технократического ига. Но то – официально. В народе свято верили, что Визари так же реален, как земля, вода и магия. И, очевидно, народ был прав: это был если не один человек, так уж, несомненно, группа единомышленников, потому что в организации Иных, несомненно, существовало некое ядро, центр, революционный штаб – называйте как хотите, но уж больно слаженно и целеустремленно действовали ее отделения во всех уголках Короны…

Шантажом, подкупом, убеждениями и запугиванием Каскад пытался переманить на свою сторону колеблющихся магов. Каскад разрабатывал новое оружие, поражающее исключительно людей, наделенных колдовскими способностями. Каскад проводил облавы, назначал награды за любую информацию о скрывающихся чародеях, принимал карательные меры и закручивал гайки, что уважения ему, естественно, не прибавляло… Мина замолчала и допила вино.

Молчал и Сварог, переваривая информацию. Штурмовые отряды, виселицы на площадях, коптящие костры, ночные звонки в дверь, зловещие черные фургоны… Он помотал головой. Да нет, не может быть. Бред. Средневековье. Хотя… У них же на самом деле средневековье, феодализм в чистом виде: бароны, маркизы и прочие благородные доны…

– То есть, я – Иной, – сказал он с полувопросительной интонацией.

– Ты умеешь делать из воздуха предметы, – сказала Мина. – Ты говорил, что умеешь отличать правду от лжи… Почти как Гран-Тай – он умеет отличать простого человека от мага… Почему я позволила тебе подняться на борт. Ты – Иной.

– Гран-Тай – маг?

– Для того и держу растяпу…

– Ну и дела… Стало быть, твой Вазари ищет меня, потому что я… Так, минуточку! Стало быть, Каскад тоже ищет меня? (Мина молчала.) «Черная молния»… Но эти-то откуда узнали, что я появ…

Сварог осекся и потер лоб ладонью. Мина молчала.

– Ну хорошо. Ладно. Допустим. А ты сама видела этого Визари?

– Я же говорю: его никто не видел.

– Тогда как ты поняла, что именно он связался с тобой? – Существуют способы, с помощью которых… Прости. Я не могу сказать, это не моя тайна. Но поверь мне: никто, кроме Визари не сумел бы…

– Верю, а что еще остается… – вздохнул Сварог и хлопнул себя по колену. – Черт побери, теперь я и сам хочу встретиться со столь информированным вождем угнетенных…

– Встретишься, – пообещала Мина. – Он сам найдет тебя… Вот только… Хочешь еще вина?

– А то. После таких новостей… Нет, погоди, не доставай. Раз уж я колдун, да еще в розыске, так давай играть в эти игрушки до конца.

Он проговорил нехитрое заклинание, и в его руке материализовалась пузатенькая бутылочка «Кабаньей крови» – настоящая, будто только что из королевских подвалов, даже с тонким слоем настоящей пыли на стекле.

– Отведайте-ка нашего, магического… – он стер пыль с бутылки, лихо сковырнул пробку, плеснул по бокалам.

Мина осторожно подняла свой бокал, понюхала вино. Призналась нерешительно:

– Пахнет великолепно…

– Ну, мы, потомственные колдуны, бодяги не держим, – усмехнулся Сварог. – Пейте, капитан, не бойтесь. Я не предлагаю отравленного вина красивым дамам. – И, приветственно приподняв бокал в качестве молчаливого тоста, сделал глоток.

11
{"b":"222109","o":1}