ЛитМир - Электронная Библиотека

Сашка потащил Вадика на второй этаж клуба, завел в тихую комнату, уставленную запертыми книжными шкафами.

- Как дела? Вид у тебя неплохой. Загорел. И похудел, что ли?

- Нормально у меня все. Кто тут из наших?

- Коля Суворов, Томка...

- Мне бы с Колей побеседовать! - Вадик ухмыльнулся.- Он ко мне в отряд двух госпитальных пациентов взял!.. Представляешь...

- Я в курсе. Мы таких десятка два допустили. Надо, Вадик, надо! Права свои знаешь? Комиссуй, если видишь, что ребята не справляются. Слушай! Я сегодня в Москву еду, хочешь со мной? Присоединяйся. Насчет твоей темы поговорим. Не забыл еще науку?

- Не забыл.- Ему очень хотелось съездить в Москву, заглянуть домой.- Если отпустит меня командир... Я бы с удовольствием.

- А что, у тебя с ним нет контакта?

- Все делим сферы влияния. Да ладно! Где тебя найти?

Вадик побежал на стадион, забрался на верхние ряды трибуны, попытался разглядеть, где сидит отряд, и понял, что это безнадежное занятие: одинаковая форма уничтожила малейшие различия, и сейчас казалось, что на стадионе один большой отряд, разделившийся на группки, болеющие за разные команды.

Как раз начинались соревнования каменщиков. Перед каждым участником стояло ведро с раствором, лежала кучка кирпичей, и диктор по радио объявил, ,что тот каменщик, кто быстрее и качественнее сложит столбик из кирпичей, получит приз, а команда -^ четыре очка.

После гонга каменщики судорожно заработали руками и под все нарастающий вопль стадиона, свист, и отчаянные крики за какие-то считанные минуты сложили столбики для будущей эстрады.

Командир получил четвертое место - одно очко, и, смеясь и крутя головой, раздавая тычки и отбиваясь от них, пробирался по рядам. Проследив за тем, куда он пошел, Вадик увидел отряд и устроился неподалеку.

Командир, очень довольный и веселый, объяснял, размахивая руками, как надо cкладывать столбики. Рядом с ним сидела Оля и, казалось, очень внимательно слушала его, но, уставясь ей в затылок, Вадик внушал: "Оглянись, оглянись!",- до тех пор, пока она не посмотрела в его сторону. Командир, все еще продолжая рассказывать, посмотрел туда же, заметил Вадика и приглашающе махнул рукой. Вадик перебрался к отряду. Ребята подвинулись.

- Слушай, док, ты гипс накладывать умеешь? Тут соревнование будет, участие примешь? Честь района и отряда, а?

- Хорошо!-согласился Вадик.- Это по нашей части.

- Молодец! - Командир хлопнул Вадике по плечу.- А добровольцем будет... Моня. Слышишь, Моня! Давай сюда!

- Нет.- Вадик закачал головой.- У него ж вон какие конечности длинные! Ты что! Лучше уж тогда...

- Юра! - Командир решительно показал на Юру Возчикова. Тот покорно поднялся и пошел вслед за командиром и Вадиком, к палатке с красным крестом - регистрироваться.

- Юрик! - сказал Вадик, разобравшись в условиях соревнования.- Главное - не шевелись и терпи! Туго будет, но быстро, по-фронтовому.

Когда дали команду, Вадик сделал все так, как учила его старая Петровна в травмпункте отцовского госпиталя, и на целую минуту обставил коллег. Юра запрыгал на загипсованной ноге, стадион завыл от восторга, и среди криков и Вадик и Юра услышали голос своего отряда: "Молодцы!" Отсюда, с зеленого поля, они не могли разглядеть лица ребят, помахали им издали, а потом Вадик на спине отнес Юру за футбольные ворота и освободил от твердеющего гипса.

- Помог хорошо, спасибо! Сильно давило?

- Ничего. И вам спасибо,- ответил Юра.- Четыре очка!

Перед футбольным матчем сборных районов объявили перерыв на обед. Ва\цику есть не хотелось, и он побродил по городку. На всех дорожках сквера, в жидкой тени молоденьких деревьев организовывались компании. Разложив на газетах бутерброды, батоны хлеба и колбасы, предавались веселью. Около лотков стояли очереди, и он заметил прошмырнувшего мимо Вовика - Одетый в подогнанную новенькую форму (подарок комиссара), он определенно задумал какую-то шкоду - это чувствовалось по осторожности, с которой он пробирался в толпе, по выражению хитрой мордочки.

-Эй, Вовик! - хотел было остановить его, но тот уже растворился. Зато на возглас Вадика отозвался командир: вместе с комиссаром они стояли в сторонке и сосредоточенно жевали.

- Хочешь? - Командир кивнул на, сверток с бутербродами, торчавший у него из-под мышки.- Ты молодец у нас, док! Через тебя на призовое место вышли. Если еще завхоз гол забьет, точно приз будет! Чего не ешь? Подкрепляйся!

- Ребята,- начал Вадик,- а если я смоюсь до завтрашнего утра домой? Тут мой приятель на машине. Лекарства кое-какие возьму, а?

Командир и комиссар переглянулись, комиссар отвернулся.

- Отрываешься,- прожевав, сказал командир.- Ну, ладно, давай! Неудобно отказать, все-таки первое место взял. Как поощрение, понял? И чтоб к завтраку был на месте. Давай!

- Ну пока! - сказал им Вадик и пошел, чувствуя у себя на спине их неприязненные взгляды, а в душе что-то противное, как накипь. Знал, что командир скажет что-нибудь вроде: "По титьке соскучился!"

Не в первый раз Вадик возвращался в родительский дом после долгого отсутствия - и армейские сборы, и двухмесячная практика в районной больничке под Тамбовом, и выезды на картошку - было уже, было. Но именно сейчас, шагая в стройотрядовской форме по теплой душной Москве, он радовался - не бурно и торопливо, а тихо, смакуя то, что видели его глаза, слышали его уши; почему он так нежно любил их сейчас, свою улицу, свой двор?

В подъезде, по привычке сунув палец в дырку почтового ящика и так же привычно обнаружив в нем "Вечерку", Вадик вдруг вспомнил, что у него нет с собой ключей от дома, и догадался: неожиданность возвращения, неподготовленность его так странно все изменили в уже знакомых ощущениях- что он еще не вернулся домой, нет, только забежал вдохнуть дым родного очага.

Он поднялся к своей двери и позвонил. И услышал быстрые мамины шаги, и вот она широко распахнула дверь.

- ...Как ты вырвался оттуда? - Мама разглядывала Вадика и улыбалась.-Похудел... И загорел... И глаза другие стали... Все здоровы,- рассказывала мама.- Машка сейчас на этюдах, вот придет, сама все расскажет. Ну, папа, как всегда, в полном порядке.- А мама была бледной, усталой, и Вадику стало неловко за свой крепкий и здоровый вид. Он погладил маму по руке.- Вот сюрприз для нас!.. Что же ты там делаешь, доктор?

- Отдыхаю,- признался Вадик.- Загораю, читаю... Работы нет.

- И хорошо, что у тебя нет работы - значит, все здоровы,- с улыбкой сказала мама.- Да и потом- ведь у тебя каникулы. Последние каникулы.

После кофе сесть в такое теплое, мягкое кресло, закурить не спеша сигарету и, поглядывая на экран телевизора, просмотреть принесенную мамой "Вечерку" - обычный вечер, их было уже сотни, но этот оставит след, наверное, потому, что все было, как в первый раз.

Он сам открыл отцу - в их семье была привычка звонить в дверь, даже держа ключи в руке: чтобы тебя встретили и приняли то, что ты принес, будь то улыбка, слезь! или просто тяжелая сумка.

- Вадя!..- сдержанно-удивленно сказал папа. Он был в летней легкой военной форме, сухой, загорелый, прежний.

Они никогда не целовали друг друга - ни при встречах, ни при расставаниях, но отец клал руку Вадику на затылок, и его пальцы будто щекотали за ухом, отчего Вадик всегда поводил головой, как тот маленький, за которым папа пришел в детский сад. Так и было - Вадик любил, когда отец отводил его в детский сад, и еще больше, когда отец забирал его оттуда у всех на виду.

Отец оглядел прихожую и, не увидев ни чемодана, ни рюкзака, спросил коротко:

- Надолго? - Теперь он снял фуражку, повесил ее на крючок вешалки и, обернувшись к Вадику, переспросил: - Надолго?

- До утра.

- Вот и сына к себе залучили.- Отец улыбнулся маме, выглянувшей из кухни, а потом опять окинул взглядом Вадика, только теперь это был - Вадик почувствовал - докторский взгляд: он схватил и цвет лица и чистоту глаз, пробежался по фигуре.- Здоров?

14
{"b":"222131","o":1}