ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Но это же бессмысленно! Вы что, должны угадать, что им нужно?

Он не засмеялся:

– Похитители сказали: «Принесите нам шакала Оостерхауса». Но никто здесь о таком не слышал.

– Вы его гуглили? – поинтересовалась я, потому что сама бы так и сделала.

Лорен хлопнула себя по лбу:

– Боже мой, Карсон! И как мы сами не догадались? Гугл! Какая гениальная мысль!

Карсон выпрямился и ткнул большим пальцем в направлении двери:

– На выход, Лорен. Сейчас же.

Я ждала возражений или очередного закатывания глаз. Но вместо этого ведьма, прежде чем закрыть за собой дверь, доставила себе последнее удовольствие:

– Не дай ей снова себя побить.

Что ж, по крайней мере, Карсон выглядел таким же раздраженным, как и я. Хоть что-то между нами общее.

Комната каким-то образом показалась меньше, стоило стажеру остаться за главного. Рядом с Магуайром и Лорен он ловко отступал в тень, оставаясь неподвижным и собранным, словно является лишь мышцей, ожидающей приказов. Карсона легко недооценить. Возможно, потому он так себя и вел.

Однако сейчас у него был серьезный деловой настрой:

– Да, конечно, мы искали в интернете шакала Оостерхауса. Ничего полезного не нарыли, но Магуайр нанял людей, чтобы те продолжали копать.

Да уж, представляю. Страшные люди, не ограничивающие себя, м-м-м, скажем так, правами и гражданскими свободами. Моя работа – следовать подсказкам, ведущим к Алексис. Вот задание, которое я поклялась выполнить.

Но что-то продолжало меня терзать. Я размышляла над тем, что это может быть, по мере того как возвращалась к антикварному шкафчику. Поглядела на безделушки из коллекции Алексис и взяла фигурку, от которой Лорен велела держаться подальше. Вещица определенно выглядела старой, даже чувствовалась такой при прикосновении. Но другим моим чувствам она казалась странно… инертной. Во всяком случае, к проклятиям из гробницы она отношения не имела.

Когда я обернулась, Карсон наблюдал за мной с любопытством, будто ждал начала шоу.

– Все еще не могу врубиться, – проговорила я, вертя в руках резной камень. – Зачем похитителям просить нечто, чего у Магуайра нет, или к чему он даже доступ не имеет?

– У нас с Лорен есть теория, – отозвался Карсон. – Мы считаем, Алексис известно, что это такое и где его найти. Таким образом, возможно, похитители сделали вывод, что босс тоже в курсе.

– Ее комнату в общежитии полностью разгромили, – сообщила я. – Может, как раз искали там эту шакалью штуковину. Чем бы она ни была.

Стажер забрал из моей руки каменную фигурку и осторожно вернул на полку:

– Она не стала бы держать в общежитии что-либо ценное. Слишком небезопасно.

Тут не поспоришь. Однако его замечание породило новую мысль.

– Это место, – выдала я, подразумевая замок Магуайра, – как чертов форт. Когда последний раз Алексис была дома? Она могла здесь что-нибудь спрятать?

– Около недели назад, – ответил Карсон. – Особняк был бы неплохим местом, чтобы уберечь что-то от посторонних. Мы думали об этом, и Лорен даже гадала. Но ничего такого в поместье не обнаружено.

– Ага, но, если вам точно не известно, что это за шакал, любой вид заклинания локализации окажется лишь немногим лучше догадок. – Я так много знала, потому что обычно то же самое происходило у экстрасенсов.

Я также поймала Карсона на оговорке: «уберечь от посторонних». Где Алексис стала бы держать то, что хотела сохранить в тайне от самого Магуайра?

– Где-нибудь здесь найдется изображение Алексис? Может, фотоальбом? Хотелось бы лучше представить ее физический облик… посмотреть, поможет ли это вообще.

Карсон кивнул на стену, отделявшую рабочую зону комнаты от спального места. На ней в идеально-продуманном декоратором порядке висели рамки, но когда я подошла ближе, то увидела, что снимки по большей части сделаны в непринужденной обстановке. Алексис-подросток в очках и брекетах. Алексис чуть старше, с ровными белыми зубами, обнимает подружек; все девочки одеты в школьную форму, очень похожую на ту, что я носила в школе Богоматери пожизненного снобизма в Сан-Антонио. Алексис перед Эйфелевой башней и Лувром, на горнолыжных склонах Альп, перед Британским музеем и фонтаном Треви.

Единственная совместная фотография с отцом была еще и единственным официальным портретом, одним из тех, на которых люди пытаются выглядеть расслабленно и естественно, но в результате получается лишь журнальное фото счастливой семьи. Возможно, они действительно снимались для журнала. В любом случае Алексис и ее отец не выглядели несчастными, однако их мимика и позы носили едва ли не деловой характер.

Сравним тот снимок с единственной совместной фотографией Алексис и Карсона. Он надел смокинг и выглядел в нем по-настоящему хорошо, и парочка льнула друг к другу, во весь рот ухмыляясь фотографу. Вряд ли фото слишком старое, но, казалось, целая жизнь отделяла запечатленного на нем беззаботного парня от стоявшего рядом со мной молодого мужчины, что наблюдал за моими действиями со сложенными на груди руками.

Я указала на снимок:

– Кто-то наложил на твой выпускной смокинг заклинание счастья, или что?

Карсон позволил себе тень той самой улыбки:

– Первый бал в клубе Алексис, наш первый курс. Она закончила школу для девочек и до университета ни с кем особо не встречалась, а приглашать незнакомца боялась.

Да уж, я легко представляла, каким образом Девлин Магуайр в роли отца мог бы препятствовать романтическим отношениям, с телохранителями и всеми прочими. Так кем же Алексис приходился Карсон? На тот момент он был слишком молод для сотрудника Магуайра. Он и сейчас для этого слишком молод.

– Вы с Алексис давно знакомы? – поинтересовалась я, подходя к прикроватной тумбочке, чтобы в ней покопаться. Что-то продолжало меня беспокоить. Что-то помимо любопытства по поводу Карсона.

Его ответ был нелюбезным:

– Достаточно.

– Встретились в колледже? – предположила я, и глазом не моргнув.

– Раньше.

Стажер определенно понимал, что я выуживала информацию о большем, нежели только об Алексис, и дал мне скупой кусочек:

– Магуайр платит за мое обучение.

Я приостановила свое копание в ящиках.

– Так вот почему ты на него работаешь?

Он слегка улыбнулся, но веселье отдавало горечью. Я задела его за живое.

– Этот ответ был бы самым простым.

И, очевидно, единственным, который я получу.

– Что-то обнаружила? – поинтересовался Карсон. – Или просто притворяешься, между делом учинив мне допрос с пристрастием?

– Поверь мне, – жестко отозвалась я, словно была крутым следователем-экстрасенсом, – если я учиню тебе допрос с пристрастием, ты об этом узнаешь.

И захлопнула ящик. Комнату регулярно тщательно вылизывали, она выглядела до безобразия чистой и совершенно бесполезной для моих способностей. Мне бы лучше призрака дали.

– Здесь нет ни одного снимка мамы Алексис, – внезапно заметила я. – Где она?

– Ушла, – ответил Карсон.

– То есть умерла? – уточнила я, может, немного слишком оптимистично.

От моего тона уголок его рта приподнялся:

– То есть повторно вышла замуж и живет в Европе.

– Что насчет дедушки, бабушки, тети или дяди? – не унималась я. – Кто-то, с кем она была близка, кто мог бы время от времени приглядывать за ней сверху?

– Ее бабушка по материнской линии. – Вероятно, Карсон проследил за моей мыслью, и в его глазах вспыхнуло предвкушение, тем не менее он крепко держал его в узде. Подозреваю, что стажер все эмоции держит в узде. – Лекс, в смысле Алексис, всегда говорила о ней с теплотой.

– Отлично. Бабушки как никто любят совать нос в чужие дела. – Я потерла руки, врубая пятую скорость. Я почти никогда не сдерживаю эмоции. – У Алексис осталось что-то от бабушки? Что-нибудь сокровенное, личное?

– И как я должен догадаться, какая вещь для нее сокровенная или личная? – осведомился Карсон.

– Приятель, ты был ее запасным ухажером. Очевидно, что вы близки.

13
{"b":"222145","o":1}