ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Туалет в конце вагона оказался немногим больше, чем в самолете. Я закрыла дверь на защелку, достала телефон МакУблюдка – тот самый, что свистнула из кармана Карсона под амурным предлогом – и набрала номер по памяти, гадая, ответят мне или нет.

Кузина Фин ответила на втором гудке и, не потрудившись поздороваться, начала:

– Вообще-то, предполагается, что экстрасенс должен чувствовать опасность и знать, как ее избежать.

Даже такое нахальство удивительным образом успокаивало. Если б Фин не стала надо мной подтрунивать, тогда мне точно крышка.

– Привет, Игорь. Мне не до шуток. Скажи, возможно ли создавать магию при помощи сверхъестественной энергии, вроде как от духов или призраков?

– О, конечно же! – Кузина с энтузиазмом приветствовала идею. – Но придется учитывать коэффициент потери энергии при конвертации нематериального в материальное.

Ну да, что-то вроде того. Даю девяносто процентов гарантии: она сейчас это все с потолка взяла.

– А то же самое, но для «чайников»?

– Большой выгоды не получишь, – тут же перевела Фин. – Даже на простейшие заклинания угрохаешь кучу энергии.

– А на практике что бы тебе для этого понадобилось?

– Хм. Наверное, какой-нибудь передатчик-усилитель. Или источник бесконечной силы. – Над вторым вариантом Фин рассмеялась. Когда я не последовала ее примеру, она пояснила: – Ну его же не существует.

Дурацкая шутка.

– Ладно, поняла.

– Мы живем в ограниченном мире, хоть он и настолько велик, что кажется…

– Я поняла, Фин.

Именно этим Братство и промышляло, и, похоже, весьма успешно. Один использовал очень сильный отпечаток, просто чтобы разбить стекло Тауруса, а МакУблюдок исчерпал все воспоминание о юной Клеопатре всего лишь ради возможности избавиться от пут. Как-то не очень для оружия, способного остановить армию.

Но это навело меня на мысль, чем же мог оказаться Шакал.

– А что, если существует объект, способный либо усиливать энергию, либо расходовать ее более экономно?

– Тогда другое дело. Но его же нет, – ответила Фин. – Он был бы… вроде философского камня. Легендарным и совершенно невозможным.

– Но если бы он и правда существовал – за него можно было бы убить?

– О да, – подтвердила кузина с ноткой зависти в голосе. – За такое определенно можно было бы убить.

На том конце провода послышался шум какой-то потасовки, и в разговор вклинилась кузина Ами:

– Дейзи! Что это сейчас Фин говорила про убийства? Ты вообще где? Все в порядке? Что происходит?

– Поверишь, если скажу, что не могу ответить ни на один из этих вопросов?

– Ты? Да. – Но успокаиваться Ами не желала: – Что мы можем сделать?

«Приезжайте и помогите. Рискните жизнью, душевным здоровьем и возможностью угодить в рабство помешанному на магии криминальному боссу». Мне хотелось уберечь их от Магуайра и Братства, но я знала, что стоит мне попросить – и они пожертвовали бы всем ради спасения жизни Алексис.

Поэтому сказала лишь:

– Скажите тетям не волноваться.

И поймала взгляд собственного отражения в зеркале. Видели бы они меня… Темные круги под глазами, яркая россыпь веснушек на бледном лице…

И губы, распухшие так, что сразу понятно: я недавно с кем-то от души целовалась. Да я сама о себе беспокоилась.

– Мне пора. – Я нажала отбой прежде, чем успела поддаться странному искушению вывалить свои тревоги кузинам. Они наверняка решили, что я а) не в духе и б) упрямая. Больше, конечно, «а». Не хотелось бы разрушать их иллюзии, поддавшись слабости.

Пока не растеряла решимость, я набрала второй номер.

– Тейлор, – отозвался агент настороженно: я звонила ему на личный телефон.

– Я хочу сделать анонимное заявление. – Он наверняка узнал мой голос.

Раздался едва слышный вздох облегчения, а затем гулкие шаги, словно Тейлор шел по музею.

– Я вас слушаю, абонент, и с радостью приму от вас любую информацию.

– Угнанный мотоцикл на верхнем этаже парковки торгового центра Юнион-сквер, – сообщила я, отбросив притворство. – А Корветт на стоянке у музея искусств. Прости.

– Принято.

– Я звоню с телефона парня, который пырнул ножом охранника. Ты поэтому оказался в Сент-Луисе? Выследил Майкла Джонсона?

– Да. Принял ваше предыдущее заявление. – На заднем фоне хлопнула дверь, и Тейлор тоже бросил притворяться: – Дейзи, ты…

– Охранник выжил? – перебила я, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не размякнуть.

– Да. В критическом состоянии, но жить будет.

Я выдохнула – сама не заметила, как задержала дыхание.

– А те полицейские, что врезались в римские статуи?

– В порядке, но им назначили психиатрическую экспертизу.

Разумеется. Не каждый же день встречаешься с пирокластическим взрывом.

– Там еще один парень был, в зале с греческими урнами.

– Мы там никого не нашли. Только разбитую вазу. Служители из-за нее очень расстроились.

Я прислонилась к двери покачивающегося вагона. Значит, преступники скрылись, и о похищении Алексис допрашивать некого. Получается, все на нас с Карсоном.

– Сбежать можешь? – спросил Тейлор. – Если бы ты сама пришла, я бы тебе помог, ты знаешь.

Он говорил не про поиски, а про обвинения в преступной деятельности. Но я предпочла сделать вид, будто не поняла:

– Агент Тейлор, если бы ты попытался мне с этим помочь, то уже тебе понадобилась бы психиатрическая экспертиза.

Тейлор помедлил, раздумывая над моими словами:

– Странно, да?

– Да. Передай агенту Джерарду, что я собираюсь выключить этот телефон, так что пусть и не пытается его отследить. И не звони моим тетям. Они и так сейчас с ума сходят.

– Что-нибудь еще? – Невзирая на ситуацию, в его голосе промелькнула смешинка.

– Да, – ответила я, по-прежнему надеясь, что он все еще хорошего обо мне мнения. – Верь мне.

Затем я выключила телефон и с ноющим телом, кипящими мозгами и щемящей болью в сердце пошла обратно.

А там застала Карсона за стоящим на откидном столике открытым ноутбуком с подключенной флешкой. Стажер даже глаз не поднял, делая вид, будто поверил, что я столько времени провозилась в туалете.

– Ты, когда договорила, выключила телефон, чтобы они не отследили нас по GPS?

Господи, и как только девушки своих настоящих парней обманывают? Ни с Карсоном, ни с Тейлором мне ничего подобного не удалось, а ведь они оба даже близко не подходили под это определение.

Рытье в кармане во время поцелуя не считается.

– Я не идиотка.

– Я и не считаю тебя идиоткой, – ответил Карсон. – Просто милой девушкой, которой никогда не приходилось задумываться, что ФБР может отследить ее звонок.

– И вовсе я не милая. – Не в том смысле, который он подразумевал и который слишком сильно смахивал на «наивную». – Ну как, удалось взломать флешку?

И вовсе я не пыталась сменить тему.

На экране висело окошко с требованием ввести пароль. Карсон что-то набрал, но программа выдала ошибку.

– Я перепробовал все ее обычные пароли, любимые группы, клички животных, цвета, дни рождения, девичью фамилию матери…

Похоже, он упражнялся все время, пока меня не было. Может, гораздо больше переживал из-за моего разговора с Тейлором, чем делал вид.

– Фамилию Оостерхауса вводил? – Судя по взгляду – да. – Шакал? Черный шакал?

Он попробовал последнюю версию, но безуспешно.

– А по-латыни или по-гречески? Она же оба языка знала, да?

– Ага, – ответил Карсон. – Вот только я не знаю. – Он откинулся на спинку сиденья и уставился на экран прищуренными глазами, словно пытаясь загипнотизировать. – Кстати, хорошая мысль.

Подлизываться бесполезно.

– Ты уже осматривал шакала из музея?

– Ждал тебя. – Он нагнулся, вытащил из-под сиденья сумку МакУблюдка и осторожно поставил между нами. – Только ты можешь сказать, обладает он какой-то сверхъестественной энергией или это просто отвлекающий маневр.

Я выудила сверток размером с дыню, только овальный. В безопасности благодаря высоким спинкам кресел и шуму поезда, я развернула ткань, так и оставив ее на всякий случай вокруг хрупкой статуэтки, которая определенно походила на изображенную в записях о раскопках Оостерхауса. Худощавый мужчина с головой шакала, высотой всего в ладонь; одно ухо с небольшим сколом, но, похоже, давнишним. Красивый золотой лист, изображавший широкое ожерелье, раскрашенная юбка и крохотные украшения.

41
{"b":"222145","o":1}