ЛитМир - Электронная Библиотека

Но потом Ева вспомнила другое – как быстро сдулось высокомерие Брайана и как он опечалился, стоило попросить его лечь в другой комнате. Она несколько секунд постояла у двери спальни, обдумывая возможные последствия, и забралась в постель, оттянув начало потенциального сражения.

Проснулась Ева в пятнадцать минут четвертого от крика Брайана, затеявшего борьбу с одеялом. Щелкнула кнопка ночника. Когда Ева сумела сфокусировать взгляд, то увидела, что муж скачет по ковру на одной ноге, держась за правую лодыжку.

– Судорога? – спросила она.

– Нет, не судорога! А твои долбаные шпильки! Ты продырявила мою долбаную ногу!

– Тебе следовало остаться в комнате Брайана-младшего, а не пробираться в мою.

– В твою? – переспросил муж. – Она всю жизнь была нашей.

Брайан не слишком умел справляться с болью или кровью, и вот посреди ночи столкнувшись вдруг и с тем и с другим, он завопил во весь голос. Окончательно проснувшись, Ева увидела, что в пострадавшей ноге действительно дыра.

– Столько крови… Промой рану, – простонал он. – Нужно полить ее дистиллированной водой с йодом.

Ева не собиралась покидать кровать. Она дотянулась до стоящего на тумбочке флакона «Шанель № 5», направила распылитель на ссадину Брайана и нажала на пульверизатор. Брайан взвизгнул, зайцем запрыгал по бежевому ковру и выскочил за дверь.

«Я все сделала правильно», – удовлетворенно подумала Ева, снова проваливаясь в сон. Всем известно, что в чрезвычайной ситуации «Шанель № 5» – отличный антисептик.

Около половины шестого Ева снова проснулась. Брайан хромал по комнате, выкрикивая:

– Больно! Больно!

Когда Ева села в постели, он пожаловался:

– Я позвонил в неотложку. Там сплошные идиоты! Придурки! Болваны! Дебилы! Слабоумные! Бестолочи! Кретины! Переворачиватели гамбургеров! Планктон! Да африканский знахарь соображает лучше!

– Брайан, пожалуйста, – утомленно сказала Ева. – Ты не устал бороться с миром?

– Нет, мир мне нравится все меньше.

Еву захлестнула волна жалости к полуголому мужу, стоявшему у кровати с продырявленной ногой, обмотанной белой полотняной салфеткой, с крошками от тоста в бороде. Она отвернулась.

В этой комнате, отныне ставшей ее личной спальней, он был лишним элементом.

Брианна в который раз спросила себя, сколько еще Поппи будет рыдать. За стенкой не умолкали всхлипы.

Девушка посмотрела на будильник, который у нее был с младенчества. Барби указывала на четыре, а Кен – на единицу. Не такого она ждала от первой ночи в университете.

«Эта ужасная истеричка затащила меня в мыльную оперу “Жители Ист-Энда”», – раздраженно подумала Брианна.

Около половины шестого ее беспокойный сон был прерван громким стуком в дверь. Услышав хныканье Поппи, Брианна замерла. С шестого этажа общежития от соседки никак не убежать, да и окно открывалось всего на несколько сантиметров.

– Это я, Поппи! Впусти меня!

– Нет! – закричала Брианна. – Иди спать, Поппи!

– Брианна, помоги мне! – взмолилась Поппи. – На меня напал одноглазый мужик!

Брианна открыла дверь, и Поппи ввалилась в комнату.

– На меня напали!

Брианна окинула взглядом коридор. Пусто. Дверь комнаты Поппи была распахнута, и оттуда неслись звуки песенки «Почти любовник» эмо-группы «Fine Frenzy», пластинку Поппи явно запилила. Брианна заглянула в комнату незваной гостьи. Никаких признаков яростной борьбы. Даже покрывало нетронуто.

Вернувшись в комнату, Брианна, к своему неудовольствию, обнаружила, что Поппи облачилась в ее любимую фланелевую ночную рубашку, забралась под одеяло и теперь всхлипывает в подушку. Брианна не знала, что делать, поэтому включила чайник и спросила:

– Мне позвонить в полицию?

– Тебе не кажется, что меня уже достаточно осквернили? – с новой силой зарыдала Поппи. – Я просто посплю сегодня в твоей постели вместе с тобой.

Спустя полчаса Брианна притулилась на краю кровати, обещая себе с утра пораньше пойти в университетскую библиотеку и отыскать книгу о том, как перестать быть бесхребетной.

Глава 4

На второй день Ева проснулась, откинула одеяло и свесила ноги с кровати.

Затем она вспомнила, что нет нужды вставать и готовить на всех завтрак, будить детей, опустошать посудомойку, закладывать вещи в стиральную машину, гладить кучу белья, тащить наверх пылесос, перебирать содержимое шкафов и ящиков, чистить духовку, протирать пыль на всех поверхностях, включая горлышки бутылок с кетчупом и соевым соусом, полировать деревянную мебель, мыть окна и полы, чистить ершиком загаженные туалеты, собирать испачканную одежду и складывать ее в корзину, менять лампочки и рулоны туалетной бумаги, носить оказавшиеся не на своем месте предметы с первого этажа на второй и наоборот, идти в химчистку, пропалывать газон, ехать в садовый магазин за луковицами и однолетниками, начищать обувь или нести ее в ремонт, возвращать библиотечные книги, сортировать мусор, оплачивать счета, навещать мать и корить себя, что не заглянула к свекрови, кормить рыбок и чистить аквариум, отвечать на звонки за двоих подростков и передавать им сообщения, брить ноги и выщипывать брови, делать маникюр, перестилать белье на трех кроватях (если на календаре суббота), стирать вручную шерстяные джемперы и сушить их на банном полотенце, покупать еду, которую она не станет есть сама, везти тяжелые пакеты на магазинной тележке к машине, загружать в багажник, ехать домой, убирать покупки в холодильник и в шкафчики, расставлять консервные банки и бакалею на полке, до которой ей не дотянуться, а вот Брайан доставал без труда.

Сегодня она не будет резать овощи и поджаривать мясо для рагу. Не будет печь хлеб и торты, которые всегда пекла из-за того, что Брайан предпочитал домашние магазинным. Не будет косить траву, подрезать растения, подметать дорожки и собирать листья в саду. Не будет мазать креозотом новый забор. Не будет рубить дрова, чтобы растопить настоящий камин, рядом с которым устраивается Брайан, придя зимой домой с работы. Не будет укладывать волосы, принимать душ и в спешке краситься.

Сегодня она не станет делать ничего из перечисленного.

Не станет беспокоиться, что ее вещи разложены как попало, потому что не знает, когда снова начнет носить одежду. В обозримом будущем ей понадобятся только пижама и халат.

Пускай другие люди кормят ее, обихаживают и покупают для нее еду. Она не знала, кто возьмет на себя роль феи-крестной, но верила, что большинство окружающих пожелают продемонстрировать свою врожденную доброту.

Ева знала, что скучно ей не будет – столько нужно обдумать.

Она поспешила в ванную, умылась, поплескала под мышками, но вне постели ей было некомфортно. Пожалуй, стоя на полу, легче поддаться чувству долга и спуститься вниз. Возможно, в будущем она попросит мать привезти ведро. Она помнила фарфоровый горшок под провисшей бабушкиной кроватью – в обязанности Руби входило опорожнять посудину каждое утро.

Ева откинулась на подушки и тотчас уснула, но Брайан вскоре разбудил ее вопросом:

– Куда ты подевала мои чистые рубашки?

– Отдала их проходившей мимо прачке, – ответила Ева. – Прачка отнесет их к журчливому ручью и отобьет на камнях. Вернет в пятницу.

Брайан, по обыкновению не слушавший жену, закричал:

– В пятницу?! Так не пойдет! Мне нужна рубашка сейчас!

Ева отвернулась к окну. С клена, кружась, падали золотые листья.

– Ты вполне обойдешься без рубашки. У вас же нет дресс-кода. Профессор Брэди одевается так, словно играет в «Роллинг Стоунз».

– И это чертовски конфузит, – проворчал Брайан. – На прошлой неделе к нам приезжала делегация из НАСА. Все они были в блейзерах, рубашках и галстуках, а экскурсию проводил Брэди в скрипучих кожаных штанах, футболке с Йодой и ковбойских казаках! И это при его-то зарплате! Все космологи одним миром мазаны. Когда они собираются в одной комнате, это похоже на встречу наркоманов в реабилитационном центре! Говорю тебе, Ева, если бы не мы, астрономы, эти пустозвоны уже давно по миру пошли бы.

5
{"b":"222160","o":1}