ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Мы им положим небольшое жалование за труды, – решил Бендер.

– Это можно. Это будет по справедливости, – кивнул Балаганов.

– Вот так и решим, – подвел черту совещания Бендер.

На следующий день вечером перед днем отъезда компаньонов в Крым, бывший начальник морского клуба «Два якоря» и его друзья устроили прощальный банкет в самом лучшем ресторане города.

Присутствовали не только Исидор Кутейников, Савва Мурмураки, но и наставник Бендера по водолазному делу Федор Николаевич Прихода.

Все много ели и пили. Бендер заказал самые лучшие закуски, напитки и блюда к ним. Вечер шел не в прощально-грустном настроении, а в веселом обнадеживающем тонусе.

– Капитан! – воскликнул Козлевич, когда в ресторане начал играть оркестр. – Не возражаете, если я закажу свою любимую музыку?

– Какие могут быть возражения, Адам! Заказывайте, и мы послушаем.

После заказа Козлевич поднял палец, призывая друзей слушать. Оркестр заиграл полонез Огинского. И хотя музыканты исполняли его фальшиво, неискушенным слушателям мелодия понравилась. А когда прозвучали последние аккорды, Адам Казимирович растроганно сказал:

– Это бессмертная музыка, – обвел он взором всех сидящих за столом. И неожиданно воскликнул: – Ой, ще Польска не сгинэла!

Остап, изрядно захмелевший, взглянул на него и подтвердил:

– Не сгинэла… Как и мы не сгинем, Адам, – и поднял наполненную рюмку.

– Не сгинем, капитан! – воскликнул Прихода. Он был в наилучшем настроении. Хотя Бендера и уволили из морского клуба, Приходу, как инструктора по водолазному делу, оставили на службе в ОСВОДе с той же хорошей зарплатой. И он благодарно и преданно посматривал на бывшего своего начальника, а теперь друга. И еще раз провозгласил: – Не сгинем, друзья-товарищи! Будем жить! – и выпил вместе со всеми.

Для его отличного настроения была еще одна причина. Поскольку катер «Алые паруса», при передаче его портом, Бендер оформил непосредственно на свое имя, то он и принадлежал ему. Великий предприниматель оставлял этот катер Приходе для временного пользования. И для того, чтобы с ним на рыбалку могли ходить верные друзья Бендера Савва Мурмураки и Исидор Кутейников.

– Если он нам не понадобится, камрады, – сказал Остап после принятого такого решения своим компаньонам, – то мы выгодно его продадим. В любом морском городе моторный баркас для рыбаков – мечта!

Рано утром, подготовленный к дальней дороге непревзойденным автомехаником Адамом Козлевичем, «майбах» вырулил из своего гаража и помчался к выезду из Мариуполя в сторону Бердянска.

Его провожали Мурмураки и Исидор Кутейников со Звонком на руках. Они стояли на улице и долго махали руками, пока автомобиль с их друзьями-хозяевами не повернул за угол.

Остап был одержим новой идеей. Он развалился на заднем кожаном сидении и, разложив на коленях карту, изучал самый краткий маршрут в Крым. Рядом с ним лежал путеводитель по европейской части России, издания 1913 года.

– Если по справедливости, – говорил Балаганов, – так я счастлив. Едем на мягкой машине навстречу новому делу. По пути будем знакомиться с новыми городами, людьми…

– Людьми, – передразнил его Остап. – Если нужными и полезными, то неплохо, Шура. Но энкавэдисты и огэпэушники тоже относятся к двуногим, именуемым людьми. И подобные им легавые, как вы обычно называете милиционеров.

– Да, командор, я таких и не имею ввиду, – замотал головой Балаганов. Он сидел рядом с Козлевичем и мог уже заменить его, если тот устанет.

Несмотря на то, что дорога была вся в выбоинах и колдобинах, они вскоре достигли Бердянска, портового города на северном побережье Азовского моря.

Остап раскрыл путеводитель и прочел вслух своим друзьям:

– Город основан в 1827 году. Назывался тогда Кутур-Оглы, после – Ново-Но-гайск и сейчас – Бердянск. Славится своими целительными грязями и рапой с трех лиманов. Много солнца, море – курорт. Познакомились? – спросил он своих компаньонов.

– Вот видите, я же говорил, новые города… интересно, – тряхнул своими кудрями Балаганов.

– Познавательно, капитан, – гуднул Козлевич на собаку, сдуру выскочившую на дорогу.

– Адам, Шура, вы пробовали когда-нибудь шоколад «Сюшар»?

– Откуда, командор! – замотал головой Балаганов.

– Не приходилось, Остап Ибрагимович, – не оборачиваясь к нему ответил Козлевич.

– В путеводителе реклама его. Гранд-Прикс, Париж… И адреса, если изволили бы заказать: Санкт-Петербург, Караванная улица, 12. А в Москве на Тверской, 76. И Одесса!.. – пришел в восторг Бендер. – Отрадная, 1!

Запасной водитель-бортмеханик обернулся, с любопытством взирая на своего командора, которого одесский адрес почему-то развеселил. Мельком взглянул на Остапа и Козлевич, с тем же желанием узнать причину восклицания его. Но их предводитель молчал.

– Так чем знаменита одесская Отрадная, командор, – не удержался от вопроса бывший уполномоченный по рогам и копытам.

– Да, что вы так… – прошелся легонько рукой по своим кондукторским усам водитель «майбаха».

– Ох, не касайтесь вопросами моего прошлого, детушки, – ответил сын турецко-подданного.

Не задерживаясь, они проехали Бердянск, свернули от моря и помчались к Мелитополю.

– Мелитополь расположен на реке Молочной. Основан в 1816 году на месте Ново-Александровки, камрады, – прочел вслух в путеводителе Остап и спросил:

– Шура, я не сомневаюсь, что вы побывали в этом городе, как сын лейтенанта Шмидта?

– Ой, командор, это не тот город, где можно было добывать хлеб насущный, – обернулся к предводителю компании молочный брат, которого так когда-то определил Бендер.

– Ясно. Не распространяйтесь о своем незавидном пижонстве в прошлом, брат Коля, – засмеялся Остап. А после сказал: – Есть предложение, Адам Казимирович. Заночевать в этом городе, навевающем грустные воспоминания на нашего молодого друга. Бывшего бортмеханика «Антилопы», а сейчас запасного шофера нашего роскошного «майбаха». Ищите гостиницу, Адам, по пути следования.

– Вы с Шурой в гостинице, а я ночую в машине. Неровен час, тут может оказаться такая публика, что все кожаные сидения срежут.

– Это возможно, дорогой автомеханик. Наше детище надо беречь, – согласился Бендер.

Они остановились у дороги возле невзрачной гостиницы с вывеской «Мелитополь». Остап и Балаганов заняли двухместный номер и устроились. Поужинали компаньоны в ресторане.

Утром первым проснулся великий предприниматель и, растолкав своего рыжеголового друга и помощника, сказал:

– Проснитесь, граф, нас ждет дорога в солнечный Крым, – и пошел умываться.

Козлевич уже занимался автомобилем. Заливал из бидонов бензин, масло, подкачивал камеры колес и, увидев Бендера, приветствовал его и доложил:

– Наш «майбах» к дороге готов, Остап Ибрагимович.

– Прекрасно, Адам. Заедем на базар, купим еды и позавтракаем в самом живописном месте нашей дороги. В путь, мои верные визиры! – улыбнулся Бендер.

– Я хочу вас спросить, Остап Ибрагимович, как ваши суставчики после болезни?

– Вы знаете, Адам, уже никакой боли не испытываю. Хорошо, что глубина была небольшая, благодарение Богу.

Балаганов, услышав последние слова своего «молочного брата», тут же вставил:

– Вот-вот, командор, именно благодарение Богу, а он милостив к нам, как к людям, которые ничего не делают плохого другим. Так говорил всегда отец Никодим, – и под взглядами Бендера и Козлевича трижды осенил себя крестным знамением. – Светлая память, если он жив, а если нет, то царствие небесное ему, – промолвил он и отошел в сторону.

Заехав на шумный городской базар, компаньоны накупили фруктов, помидор, огурцов, рыбы, ветчины и домашней колбасы. Остап долго и придирчиво осматривал колбасу, принюхивался к ней и, наконец, решился купить. Завернули в полотенце высокую хлебину домашней выпечки, залили походные фляги мелитопольской водой, которой знатоки приписывали целебные свойства, и тронулись в дальнейший путь. Солнце было уже высоко, освещая дорогу и радужные надежды мчавшихся к заветной цели путешественников.

6
{"b":"222172","o":1}