ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Игра в возможности. Как переписать свою историю и найти путь к счастью
45 татуировок продавана. Правила для тех, кто продает и управляет продажами
Нора Вебстер
Охотник на вундерваффе
Цвет. Четвертое измерение
Книга о власти над собой
Брачный контракт на смерть
Оружейник. Приговор судьи
Путы материнской любви
A
A

– Почему бы тебе хоть раз не попридержать свой поганый язык? Я подошел первым, а этот ваш польский холуй пытался меня бортануть. Лично я думаю, что ему здесь вообще нечего наливать пиво.

Тираду произнес мужчина лет пятидесяти. Он был высоким, лысым, и его пивное брюхо перевешивалось через ремень потрепанных джинсов. Кожа и глаза покраснели: от гнева и обильной выпивки к ним прилила кровь.

– К счастью, присутствующим, черт возьми, совершенно плевать на то, что думает такое дерьмо, как ты, Эд, – сказала Ханна нежным голосом.

Илир с лицом, черным от ярости, исподлобья глядел на обидчика. Он что-то гневно пробормотал на родном языке, и Эд отпрянул, так много злости прозвучало в этих непонятных словах.

– Все слышали? Я знаю, когда мне угрожают, даже если это делает обезьяна, которая и говорить-то по-человечески не умеет. Ну что, Мюррей, сам выбросишь его отсюда или это сделать мне?

Пит Мюррей посмотрел на Ханну, потом на Эда, а затем с сожалением сказал Илиру:

– Возможно, лучше пойти домой, приятель. Не стоит связываться, а?

– Нет! Почему мы должны уходить только из-за того, что пьяному дураку пришло в голову покуражиться? – возразила Ханна.

– Вы послушайте, что она мелет! Это я-то пьяный! Давай, собака, ступай в свою конуру. – И лысый ткнул пальцем в Илира, не обращая внимания на враждебные взгляды окружающих.

Последовало тяжелое молчание. Зак подумал о том, чтобы как-то успокоить Ханну, например положить руку ей на плечо, но она тряслась от гнева, и он подозревал, что она может развернуться и ударить его. Никто не двинулся с места, и Эд снова злобно посмотрел на Илира, изображая притворное удивление:

– Ты все еще здесь? Пошел вон, выметайся, пока я не позвонил в иммиграционную службу. – Воздействие этих слов на Илира было видно невооруженным взглядом. Кровь бросилась ему в лицо, глаза расширились. Зак услышал, как Ханна сделала резкий вдох. На краснощеком лице Эда расплылась широкая улыбка. – Ах вот как? – произнес он радостно. Эд обвел сидящих в пабе пьяным взглядом, стараясь запомнить присутствующих. – Вы все видели, а? Кажется, я попал в больное место? Не случится ли такого, что, когда констебль Плод нанесет тебе визит, документы у тебя окажутся не в порядке? А, солнышко?

Говорящий ткнул Илира пальцем в грудь, и Зак понял, до какой степени пьян этот человек, если не обращает внимания на убийственный взгляд цыгана.

– Конечно, его документы в порядке, слышишь ты, задница, – снова вмешалась Ханна.

– Ну, тогда никаких проблем не возникнет, если я сделаю завтра один маленький звоночек в участок. Ведь правда? – Эд торжествовал.

– А теперь, Эд, почему бы тебе обо всем не забыть и не насладиться выпивкой? Что посеешь, то и пожнешь. Нет смысла создавать людям проблемы… – проговорил Пит тихим голосом и поставил перед бузотером новую пинту пива.

Эд ухмыльнулся в лицо Илиру:

– Ты бы лучше сегодня вечером упаковал вещи. Насколько я знаю, полицейские не дают времени на сборы, когда вышвыривают домой таких, как ты.

Он отвернулся, взял кружку и попытался отпить из нее, не проливая пива. В следующую секунду Илир налетел на него.

Первый удар по голове Эда пришелся сбоку, и тот лишь пошатнулся и выронил кружку. Последовал маленький взрыв, в результате которого осколки разлетелись во все стороны. Илир шагнул вперед, схватил Эда за грудки и, оскалив зубы от ярости, одним толчком впечатал толстяка в барную стойку. Зак услышал, как Ханна ахнула, и, пока он смотрел, онемев от удивления, она бросилась вперед и попыталась оттащить Илира. Эд был выпивоха, но превосходил Илира ростом и имел длинные руки. Поэтому ему удалось заехать кулаком в глаз противнику прежде, чем Илир снова успел ударить его с короткого расстояния. На этот раз удар цыгана пришелся в живот, отчего толстяк задохнулся и стал ловить ртом воздух, но все-таки урон, нанесенный ему, оказался недостаточно сильным, чтобы тот согнулся пополам и прекратил сопротивление.

– Илир! Не надо! – крикнула Ханна.

Несколько человек вышли вперед, чтобы удержать Илира, а другие схватили также и Эда, когда он с налитыми кровью глазами пошел на противника, словно само воплощение неуклюжей воинственности. Илир выглядел так, будто был готов на убийство, и Зак, шагнувший вперед, чтобы встать рядом с Ханной между дерущимися, обрадовался, что обоих задир крепко держат за руки.

– Ханна! – крикнул Пит Мюррей, демонстрируя готовность перепрыгнуть через стойку и принять участие в наведении порядка.

– Уходим! – лаконично ответила она.

На щеке Эда виднелся красноватый синяк.

– Вы это видели! Все видели! Он на меня напал! Не думай, что я не выдвину против тебя обвинений, слышишь ты, неграмотное чучело! У меня есть свидетели! – Голос Эда от негодования стал визгливым.

– Остынь, Эд. Всякое бывает в запале. Уверен, мы все слишком растеряны, чтобы вспомнить, кто замахнулся первым. Согласны? – Хозяин паба обвел взглядом своих завсегдатаев, и некоторые из них кивнули, выражая одобрение сказанному.

Эд фыркнул, задыхаясь:

– Вы жалки! Все вы!

– Люси, пожалуйста, вызови такси для Эда. Он вроде немного не в себе. А ты, – Пит ткнул пальцем в Илира, – ступай домой. Прямо сейчас. – Илир произнес длинное ругательство на родном языке, высвободил руки и гордо прошествовал к двери, прихватив по дороге сапоги. – И ты тоже, Ханна. Думаю, для одного вечера этого достаточно.

– Ладно, – сказала Ханна, взглянув на Эда пылающими глазами.

– И правда… Всем доброй ночи, – отозвался Зак, выходя следом за ней на улицу.

Илир уже дошел до середины переулка, который вел не в сторону фермы. Он слегка покачивался, и сапоги у него были надеты не на ту ногу, отчего нелепо топорщились у лодыжек.

– Илир! Подожди! – крикнула Ханна, стоя под навесом у входа в паб и возясь с собственными сапогами. Дождь хлестал серыми потоками. Голова Илира была непокрыта, и в тусклом свете уличного фонаря его мокрые волосы выглядели прилизанными и блестящими. – Илир! – Она побежала за ним, догнала и нежно взяла за руку. Зак смотрел, не зная, что делать, сутулил плечи и ежился от ночной сырости. Он видел, как Ханна разговаривает с Илиром, но не мог расслышать ни одного слова. Потом, к его удивлению, цыган опустился на колени прямо посреди мостовой. – Зак! – позвала Ханна.

Ругнувшись, Зак выскочил под дождь и трусцой побежал к ним. У Илира из угла правого глаза сочилась кровь и, смешиваясь с дождем, текла по лицу. Глаз заплыл, веко распухло и не открывалось.

– Господи, может, нужно наложить швы? – пробормотал Зак.

Мокрыми от дождя руками Ханна обхватила лицо Илира, чтобы лучше разглядеть рану. Илир закрыл второй глаз. Он тяжело дышал, судорожно глотая воздух.

– Нет, просто… помоги мне его поднять. Хорошо? Эд, верно, ударил его сильней, чем я думала.

Они взяли Илира под руки и повели, но шаги его были неуверенные, ноги подкашивались.

– Пойду схожу за машиной. Ждите здесь.

– Погоди. Насколько ты пьян? – спросила Ханна.

– После нынешнего происшествия я трезв как стеклышко и холоден как лед. А вообще-то, мне жутко не повезет, если меня заставят дыхнуть в трубку по дороге из этой деревни на твою ферму. Или ты все-таки попытаешься довести его до дома в таком состоянии?

– Ладно, иди, – согласилась она, поскольку Илир снова осел, подняв руки над головой, словно моля о помощи.

Ханна присела на корточки и обняла своего товарища, положив подбородок на его мокрые волосы. Нежный жест, так отличающийся от всего, что Зак видел раньше. Он невольно почувствовал укол ревности.

Им удалось уговорить Илира забраться на заднее сиденье машины, затем Ханна села на переднее, и Зак погнал по дороге, хотя руль то и дело выскальзывал из мокрых рук. Рассмотреть что-либо впереди сквозь проливной дождь было трудно, и он был рад, когда они свернули с дороги в проселок, ведущий к ферме, где им уже наверняка не мог встретиться ни один автомобиль. Зак остановился как можно ближе к дому, но они все равно еще раз вымокли, пока помогали выйти Илиру, едва держащемуся на ногах. Дождь хлестал как из ведра. Снова взяв раненого под руки, Ханна с Заком, пробираясь между старой ненужной мебелью и кучами мусора, протащили Илира через кухню и подняли вверх по лестнице, ведущей к его комнате. Открыв дверь, они словно попали в совершенно другой дом. Комната Илира оказалась безупречно чистой и опрятной. Кровать аккуратно застлана простынями, одеяло подоткнуто, покрывало расправлено. Шторы постираны и поглажены. На полу ни одежды, ни обуви. Ковер безукоризненно вычищен пылесосом. На каминной полке под настенным зеркалом ненавязчиво красовались бутылочка дезодоранта и расческа. Ханна перехватила скептический взгляд Зака.

76
{"b":"222173","o":1}