ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Чекисты накануне 22 августа произвели массовые аресты и уже 21 сентября 1920 г. «Советская Сибирь» опубликовала сообщение Павлуновского о ликвидированных организациях в ряде губернских центров и аресте свыше 1.000 чел. Павлуновский сообщал, что на 85–90 % эти организации состоят якобы из офицеров карательных отрядов Анненкова, Красильникова, Семёнова, а также контрразведчиков Колчака; остальные — просто строевые офицеры. Командиров РККА было среди арестованных только 10 чел., что опровергало легенду о широком проникновении белых агентов в воинские части. Руководящий состав «организации» в значительной степени состоял из чекистских агентов.

Расправа над «заговорщиками Драчука-Орлеанова» была беспощадной: как сообщал один из ведущих следователей Омгубчека К.Я. Крумин, по этому делу было расстреляно свыше 400 чел. Многих (как, например, семью Сейфулиных) расстреливали по обвинению в недоносительстве, причём судьбы арестованных были предрешены ещё до приговора: так, при осуждении младших Сейфулиных в качестве отягчающего обстоятельства указывалось, что они — дети «расстрелянных буржуев», хотя глава семьи был приговорён к высшей мере неделей позже, а матери расстрел заменили заключением[204]. Ныне «заговорщики» в основном реабилитированы, хотя самого Драчука-Орлеанова и некоторых других его сторонников в опубликованных списках реабилитированных нет. История с белогвардейским общесибирским заговором стала, похоже, первой масштабной «липой» Павлуновского на новом месте службы.

8 января 1921 г. ВЧК издала приказ «о карательной политике органов ЧК», в котором отвергала как устаревшие методы террористической работы периода гражданской войны, опиравшиеся непосредственно на вооружённую силу, предписала пересмотреть дела осуждённых рабочих и крестьян, постановила создать действенную информационную службу, именно её выдвинув на первый план в чекистской работе[205]. Данная установка через конференцию сибирских чека была доведена до региональных руководителей. Судя по всему, она была воспринята как критика достаточно топорной работы сибирских чекистов, от которых требовалось не просто механическое уничтожение затаившихся представителей свергнутой власти, а вскрытие «красивых» заговоров.

Следующий большой заговор — «Сибирского Крестьянского союза» — оказался ещё более крупным, чем «орлеановский» (якобы десятки тысяч участников!) и принёс Павлуновскому летом 1921 г. орден Красного Знамени. Согласно официальной версии, эсеры по приказу своего ЦК с марта 1920 г. вместе с энесами начали повсюду создавать ячейки нелегальной вооружённой организации «Сибирский крестьянский союз». Учредителями его были эсеры С.Т. Тагунов-Ельшевич, Е.Ф. Тяпкин, И.С. Юдин, Макушин, бывший эсер Б.М. Дьяконов, народные социалисты В.И. Игнатьев, Ф. Савченко, Меринов. К маю в одной Алтайской губернии подпольных ячеек насчитывалось якобы до 400, причём эсеры блокировались с белыми офицерами, чтобы создать боеспособные отряды.

В политическом отношении «заговор» Крестьянского союза прикрывал провал работы ведомства Павлуновского, оказавшегося не в состоянии дать информацию о подготовке грандиозного, самого крупного в советской истории Западносибирского крестьянского восстания. Крах военно-коммунистической политики можно было объяснять кознями политических врагов, нанёсших коварный удар в спину. Связь успехов западносибирских повстанцев с разветвлённой подпольной деятельностью эсеровских крестьянских союзов стала краеугольным камнем историографии событий 1921 г. на весь советский период.

Чекисты, исходя из своих оперативных соображений, определили дату для выступления «белоэсеровских» организаций для ряда регионов Сибири — 8 февраля 1921 г. Они к этому времени с помощью агентуры уже создали некоторое количество региональных «организаций» и были готовы «снять урожай». По сигналу Павлуновского сразу после начала Западносибирского мятежа в Омске, Новониколаевске, Барнауле, Томске, Тюмени были произведены массовые аресты. Дата 8 февраля было выбрано не случайно, а для создания убеждения о том, что чекисты сорвали общесибирский заговор, приуроченный к началу восстания в Тюменской губернии. 1 марта 1921 г. Павлуновский сообщил зампреду ВЧК Ксенофонтову, что не может выехать в Москву в связи с восстанием и разработкой сибирской организации «Крестьянского союза»[206].

Власти Тюменской губернии были жизненно заинтересованы в том, чтобы свалить вину за полный провал своей работы на политических врагов. Поначалу глава Тюмгубчека Студитов писал: «Что-либо сказать и доказать документально об участии эсеров вообще, то к великому горю сказать не могу, но убеждён, что была усиленная подготовка к тому, что в настоящее время происходит…». Зато в обширном докладе от 5 апреля 1921 г. Студитов уже уверенно заявлял, что «причиной восстания послужила подготовка крестьян эсерами и другими контрреволюционными группами». В качестве одной из групп фигурировала молодёжная организация, руководимая корнетом С.Г. Лобановым, которая была «раскрыта» чекистами в Тюмени в ночь на 11 февраля 1921 г.

Однако никакой подпольной организации и её главаря-корнета не было, ибо 19-летний студент техникума Лобанов в армии никогда не служил. Его вместе с другими юношами чекисты обманом заманили в одну из квартир и арестовали. Всего в «организации» насчитывалось 39 чел., в том числе двое малолетних. Основные показания на участников «организации» дал бывший офицер и сексот Д.Т. Львов: он по заданию ЧК сам трезвонил о необходимости помочь восставшим и захватить город. Львов для обеспечения конспиративности был выведен из дела, а уже 4 марта 17 чел., включая 14-летнего подростка, расстреляли. В число «заговорщиков» по инициативе начальника Секретно-оперативного отдела губчека И.С. Бойко была включена и 18-летняя комсомолка Косарева — секретарь СОО, отвергнувшая любовные приставания Бойко.

Что касается так называемого «Тобольского повстанческого центра», то эта группа антисоветски настроенных местных гимназистов попыталась осуществить единственную акцию: похитить оружие из гарнизонного клуба, во время проведения которой в ночь на 2 февраля 1921 г. они и были арестованы. Реально никакой контрреволюционной работы среди населения эта группа «Русский союз» во главе с 15-летним С. Долганевым (его отец был убит большевиками, также красные замучили его дядю — архиепископа Тобольского Гермогена) не вела. Тем не менее чекисты, отпустив остальных мальчишек, расстреляли Долганева как «опасного и неисправимого представителя семьи классовых врагов»[207].

В Красноярске в ночь на 19 февраля было арестовано 89 чел. во главе с земскими деятелями, организовавшими якобы заговор из эсеров, меньшевиков и колчаковских офицеров. Название «организации» лишь подчёркивало убожество фантазии следователей: «Комитет красноярской организации объединённых». Всего же арестовали около 300 «заговорщиков». Месяц спустя, в ночь на 21 марта, красноярские чекисты ликвидировали организацию «Всероссийский комитет по борьбе с Советской властью», «боевая группа» которого насчитывала 108 человек. Как саморазоблачительно сообщает чекист-краевед В.М. Бушуев, Енисейская губчека «внедрила в эту организацию своих сотрудников, через которых была в курсе замыслов заговорщиков».

Во всех губерниях «заговорщиков» однообразно обвиняли в составлении списков коммунистов и их адресов для последующего уничтожения партийно-советского аппарата. Некоторые авторы — В.Ф. Гришаев, М.А. Ефремов — обнаруживая незнакомство с современной историографией вопроса, в работах новейшего времени приводят исходящие от чекистов данные о том, что на территории Алтайской губернии было-де раскрыто 220 групп Союза с тысячами участников. Ефремов также повторяет версию о героическом предотвращении восстания «эсеро-белогвардейского союза» в ночь на 8 февраля 1921 г. в Новониколаевске, когда командование местного коммунистического полка за 45 минут собрало 500 вооружённых людей и внезапно захватило «белогвардейский штаб»[208].

вернуться

204

ГАНО Ф п-11а Оп.1. Д.45 Л.90; "Забвению не подлежит" Т.7. — Омск, 2003

вернуться

205

Петров М.И. "ВЧК-ОГПУ…" С.97.

вернуться

206

РГАСПИ Ф.17. Оп.112. Д.167. Л.90.

вернуться

207

"За Советы без коммунистов…" С. 641–642; Шишкин В.И. "Тюменский «заговор корнета Лобанова»" //История белой Сибири. Тезисы 4-й науч. конф. — Кемерово, 2001. C.20I; Петрушин А.А. "Чекистские истории. Хлебное место" //Тюменский курьер. № 89–90 2005,9 июля.

вернуться

208

Красноярский рабочий. 1922, 17 дек. С.2; Бушуев В.М. "Грани…" С. 49–50,53, Ефремов М.А. "80 лет тайны…" С.131; Гришаев В.Ф. «За чистую советскую власть…» — Барнаул, 2001.

35
{"b":"222178","o":1}