ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В этой эйфории счастья несказанно близкого товарищеского, как всем казалось, общения с наследником престола немыслимо было представить, сколько лицемерия, лжи и коварства обнаружится вскоре за мнимой его любезностью и обходительностью. Никому не дано было предвидеть, сколь многим из соприкасавшихся с молодым императором государственных и военных деятелей предстоит испытать на себе горечь самого низкого предательства и сколь гибельной для судьбы страны окажется совершенно неподходящая для государя, неустойчивая и маниакально упрямая натура последнего из правящих Россией Романовых. Не мог и лейтенант Трусов предвидеть, что он в числе многих обречен на гибель в войне, состоявшейся и проигранной по вине того, кто в дни торжеств во Владивостоке в 1891 г. излучал столько обманчивых добра, приветливости и света {3}.

Полуброненосный фрегат “Память Азова” (1885-1925) - pic_18.jpg

“Память Азова” во Владивостоке. (С гравюры того времени)

Путешествие Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича и Великого Князя Николая Александровича

(Из журнала “Север ” Ns 45 за 1890 г.)

Полуброненосный фрегат “Память Азова”.

23-го октября Государь Наследник Цесаревич выехал из Гатчины в Триест, откуда Его Высочество отправился в продолжительное путешествие по Востоку, в сопровождении следующих лиц: свиты Его Величества генерал-майора князя Барятинского, штабс-ротмистров князя Кочубея и Волкова и флигель-адъютанта князя Оболенского.

Нельзя не признать некоторого политического значения за торжественной и радушной встречей, какая оказана была в Вене Наследнику Российского престола. Тут важна была не пышность обстановки этой встречи, не сердечность и задушевность приема австрийского императора, а сам факт этой встречи. Вся австрийская печать приветствовала этот визит как благоприятный политический симптом. “Сына того Императора, дружба с которым является драгоценным залогом всеобщего мира”. Славянские газеты пошли еще дальше и прямо заявляют, что только союз Австрии с Россией мог бы вполне удовлетворить австрийских славян.

Фрегат “Память Азова”, на котором служит в чине мичмана Его Императорское Высочество великий князь Георгий Александрович, состоял в той эскадре, которая встретила Наследника Цесаревича в Триесте. На этом же фрегате Его Высочество совершит значительную часть своего путешествия по Дальнему Востоку. Предполагается посетить многие порты Европы и Черное море, а затем через Суэцкий канал фрегат направится в Индию, Зондский архипелаг, различные порты Китая и Японии и, наконец, во Владивостоке закончится первая часть плавания. Отсюда Его Высочество Наследник Цесаревич начнет сухопутное путешествие по Сибири, а Великий Князь Георгий Александрович отправится продолжать свой объезд вокруг земли.

Таковы исключительные условия плавания фрегата “Память Азова”, и потому мы помещаем на страницах “Севера” рисунок, отчетливо представляющий внешний вид фрегата. Вот некоторые подробности об его устройстве.

Фрегат “Память Азова” был спущен на воду 20-го мая 1888 г. с верфи Балтийского завода. По своей конструкции он принадлежит к группе полуброненосных крейсеров, начало которым положил адмирал А.А. Попов. Это судно спроектировано инженерами Балтийского завода, под общим указаниям управляющего этим заводом М.П. Кази. Корпус фрегата построен из стали и в подводной части обшит деревом и медными листами. Размеры крейсера таковы: наибольшая длина 385 ф., наибольшая ширина 51 ф.; высота от киля до планширя 43 ф. 9 д; среднее углубление 23 фута; водоизмещение или общий вес 6100 тонн. Из этого числа 1100 тонн приходятся на запас угля, дающего крейсеру возможность пройти полным ходом, т. е. по 17,5 узлов, почти 3360 миль, без возобновления запаса угля. Но обыкновенно скорость движения ограничивается 9 узлами, и при этом условии крейсер может пройти около 14000 миль, на что потребуется около 61 суток.

В четырех средних водонепроницаемых отделениях помещается паровой механизм в 8500 индикаторных сил. Эти отделения снизу защищены, на случай пробоины, внутренним стальным дном, с бортов слоем угля в сажень толщиной и шестидюймовой бортовой броней, а сверху-палубной стальной броней в два дюйма толщины. В следующих водонепроницаемых отделениях, так же прекрасно защищенных, размещаются пороховые, бомбовые и минные погреба. Вообще, все судно в подводной своей части разделено внутренним дном, палубами и переборками на 60 водонепроницаемых отделений. Самое большое из этих отделений — машинное и вмещает до 360 тонн воды, которая, в случае пробоины, все-таки не лишит судна способности держаться на воде, но только осадить его на 11 дюймов глубже. Конечно, поставлен ряд машин-насосов, способных отливать в минуту 2000 ведер. Таким образом, все существенные части крейсера хорошо защищены, как положением их в судне, так и поясом стальной брони в 6 дюймов толщины, положенной на бортах почти во всю длину и возвышающейся над водой на 2 фута, а, кроме того, стальной палубой в 2 дюйма толщиной, предохраняющей внутренние помещения от навесных выстрелов.

Эта палуба называется жилой. На ней помещается команда во время сна, аптека с лазаретом, офицерская кают-компания, каюты для 34 офицеров и чиновников и 3 выбрасывающих аппарата для мин Уайтхеда. Следующая палуба, на высоте 10 футов над уровнем воды, называется батарейной: здесь стоит 13 дальнобойных пушек 6-ти дюймового калибра, изготовленных на Обуховском заводе. Тут же устроено помещение для адмирала и командира. Еще выше, на 17 футов над водою, помещается батарея из 2 дальнобойных 8-дюймовых орудий, поставленных на особых выдающихся за линию борта выступах для большего угла обстрела, и, кроме того, здесь же стоят 15 скорострельных пушек по бортам палубы и на мостиках, которые поднимаются еще на 8 футов над палубой.

Верхняя палуба защищается от мелких снарядов невысоким фальшбортом, за которым устроены ящики для помещения коек команды для отдыха днем. Парусность судна небольшая — всего 17009 квадр. футов, паруса распределены на трех мачтах. По бокам крейсера помещаются 4 паровых катера и 6 гребных судов.

Командиром фрегата состоит капитан 1-го ранга Николай Николаевич Ломен, старшим офицером Оскар Адольфович Энквист; нижних чинов 580 человек.

Из рапортов о плавании фрегата “Память Азова”

От 1 сентября 1890 г.

23 августа, в 8 час. 40 мин. утра, по приеме на фрегат свиты его Величества контр-адмирала Басаргина и состоящей под его председательством комиссии, снялся с якоря с Кронштадтского рейда и пошел в море, причем фрегат имел осадку: форштевнем 22 фт. и ахтерштевнем 26 фт. 2 дм. Выйдя за Толбухин маяк, приступил к определению девиации компасов. В 11 час, по окончании определения девиации компасов, дал полный ход обеим машинам, имея пары во всех котлах. В 8 час. 10 мин. вечера, по открытии Ревельстейнского маяка, уменьшил ход, взял курс на Ревель, где и стал на рейде в 10 час. 45 мин. вечера 24 августа. Контр-адмирал Басаргин, а затем и все остальные члены комиссии по приему фрегата в казну, по окончании занятий отбыли с фрегата.

25 августа, в 8 час. 15 мин., снялся с якоря для следования в г. Плимут, имея пары в половинном числе котлов. При выходе из Финского залива встретил пасмурность, при тихой погоде. 27 августа, после полуночи, увидел маяк Фальстербо-риф, а в 1 час. 55 мин. подошел к этому маяку. Переход от Ревеля в 526 миль совершен в 42 часа. Принял лоцмана для проводки фрегата Бельтом и Каттегатом в Скагеррак, фрегат остался на якоре для исправления повреждения в штурвале, заключающегося в том, что при переводе штурвала для осмотра на ручной согнулся рычаг разобщенной муфты, что было исправлено своими средствами через несколько часов.

В 4 час. 10 мин. пополудни снялся с якоря; в 11 час. 25 мин. вечера, за темнотой, вновь вынужден был стать на якорь в Бельте. Снялся в 5 час. 30 мин. утра 28 числа и в 4 часа пополудни вошел в Каттерат.

19
{"b":"222224","o":1}