ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Невеста Смерти
Богатый папа, бедный папа
Августовские танки
Список заветных желаний
Карильское проклятие. Возмездие
Аргонавт
Посею нежность – взойдет любовь
Кукловод судьбы
Не прощаюсь

Я хорошо помню тот день, когда смогла покинуть стены страшной больницы. Меня не беспокоила ни моя неестественная бледность, ни то, что на голове осталась лишь малая часть моих роскошных волос. Я благодарила Бога, что осталась жива, выкарабкалась и теперь могу быть рядом со своими близкими и друзьями.

Мы обменялись с Милой телефонами и присели на дорожку.

– Ты только не пропадай, – возбужденно говорила подруга, вытирая слезы, – звони. Мы же все-таки теперь не чужие, столько пережили вместе. Завтра и меня выписывают.

Я поцеловала Милу в щечку.

– Главное, чтобы и ты не пропадала. Тоже звони, я буду ждать. Очухаешься, придешь в себя, снова выйдешь на работу. Думаю, босс к тебе все-таки неравнодушен.

Мила глубоко вздохнула:

– Если бы все было так, как ты говоришь! Уверена, он уволил меня к чертовой матери и взял какую-нибудь здоровенькую старлетку.

– Не придумывай! Пока ничего не известно, – прикрикнула я.

Внизу меня ждали родители. Понять, что чувствовали мы, глядя в глаза друг другу, может только тот, кто пережил нечто подобное. Мама обняла меня за плечи и зарыдала. Папа протянул роскошный букет и погладил по голове.

Глава 5

Дома меня ждал удар. За время моей болезни Андрей увез из нашей квартиры почти все вещи. Я окинула безразличным взглядом полупустую квартиру и присела на стоящий посреди комнаты стул.

– Понимаешь, доченька, мы не хотели тебя расстраивать, – неуверенно начала мама. – Андрей заказал машину и все вывез сразу, как только вернулся со сплава. – Голос мамы заметно дрожал, она готова была расплакаться. – У него никогда не было совести. Даже вещи сына зачем-то забрал. Чтоб они ему поперек горла встали.

– Да ладно, бог с ним со всем, наживем, – отрешенно произнесла я. – Заработаем. Лишь бы больше не потерять, например здоровье.

Когда родители ушли, я принялась разглядывать себя в зеркало. Выпирающие скулы, осунувшееся лицо, словно я вернулась не из больницы, а из концлагеря. Ничего, самое страшное уже позади. Я победила болезнь, я смогла, я справилась, я оказалась сильнее.

Побродив по дому, я достала из сумочки аккуратно сложенный листок с адресом дачи Костиного отца. Сердце сжалось. Так жалко этого мальчика! Господи, как же страшно умирать в таком возрасте. Он хотел жить, он цеплялся за жизнь… Он любил… Наверное, это была его первая, еще юношеская, но уже такая глубокая любовь. Ради любимой он украл деньги… Он хотел ей доказать… Стоп! Вспомнив о закопанных деньгах, я почувствовала странное возбуждение. Деньги… Денежки бы мне пригодились, ведь мне так хочется подарить родителям домик. Двадцать тысяч долларов – приличная сумма, на нее я смогла бы что-нибудь подыскать. Остальные сто тридцать нужно отдать Костиной женщине. Мне чужого не надо.

На другой день с утра я поехала в магазин и купила вполне удачный парик. Пока отрастут свои, пройдет немало времени, поэтому иного выхода не было. Немного косметики – и лицо стало более привлекательным. Исчез противный бледно-зеленый оттенок. За время болезни я ужасно похудела, почти высохла. Пришлось немного обновить гардероб. Ничего, скоро я обрету прежнюю форму и буду вызывать восхищение мужчин и откровенную зависть женщин. Все обязательно будет, нужно только подождать.

Вернувшись из магазина, я еще в прихожей услышала телефонный звонок.

– Привет.

– Тебя выписали? – обрадовалась я звонку Милы.

– Как и обещали. Даже не верится, что нам с тобой эти гребаные больничные каталки не пригодились.

Мила замолчала, а я подумала, что этот черный юмор можем понять только мы, те, кто был в нескольких шагах от смерти, кто каждый день боялся и ждал ее приближения.

– Как твой Челноков? – Вопрос прозвучал немного осторожно, даже, можно сказать, нерешительно.

– А что ему сделается… Вывез все домашнее добро. Дай бог, чтобы это ему на пользу пошло. Даже вещи сына подрезал. Не понимаю, на черта они ему сдались, у них ведь совсем разный размерчик.

– Может, на барахолке загонит?

– Может, и загонит. Эта сволочь ничем не побрезгует.

– Вот и выходи замуж. – Мила немного помолчала. – Никогда в жизни не выйду замуж по любви, только за деньги. Уж лучше жить с пухлым кошельком и ни в чем себе не отказывать, чем выйти за какого-нибудь выродка, терпеть его скотскую любовь и ждать, пока он окончательно уйдет налево, не забыв при этом обчистить квартиру.

– Тебе проще. У тебя есть кандидатура.

– Какая?

– Твой шеф. Возможно, он расчувствуется и возьмет тебя под свое мясистое крылышко.

Я бросила взгляд на свою сумочку, в которой лежали Костины записочки. Мне не хотелось действовать в одиночку, напарница в ранге самого настоящего телохранителя мне бы совсем не помешала. Вдвоем веселее и как-то сподручнее.

– Послушай, Мила, а ты себя как чувствуешь?

– Если сравнивать с тем, как я себя чувствовала в больнице, то просто восхитительно.

– Хорошо. Пройдет совсем немного времени, и мы будем вспоминать наши с тобой страдания как страшный сон. Знаешь, мне нужна твоя помощь.

– Я всегда рада тебе помочь, говори, что надо?

– Мне нужно съездить на дачу к одному человеку и выкопать на его дачном участке шкатулку.

– Шкатулку? – от удивления Мила громко присвистнула. – Странно! А какого черта он ее закопал? Люди на своих огородах помидоры да огурцы сажают, а этот придурок какие-то шкатулки.

– Долгая история. Я расскажу тебе позже. Так ты со мной едешь?

– Поеду, если это для тебя так важно.

– Ты даже не представляешь, насколько важно. Только это немного опасно. Мы должны приехать ночью и выкопать шкатулку так, чтобы никто не увидел.

– А может, мы лучше сделаем это днем? Ночью ведь копать неудобно. Мы же не кроты.

– При свете нельзя. Я же тебе говорю, мы должны сделать все незаметно.

– Как скажешь … Только я лопатой не очень хорошо орудую.

– За это не переживай. Лопатой буду орудовать я. Ты же профессиональный телохранитель. Так занимайся своим делом.

– Ты хочешь сказать, что я должна тебя охранять?

– Вот именно. Будешь стоять рядом со мной и смотреть по сторонам, наблюдать за тем, чтобы не было ни одного лишнего шороха.

– Это для меня пара пустяков.

– Словно я твой босс…

– Мой босс шкатулки на огородах не сажает, – развеселилась Мила.

– Тогда приезжай ближе к вечеру, все и сделаем.

Положив трубку, я отправилась к родителям, чтобы повидать сына. Со вчерашнего вечера я уже успела соскучиться. Сашка сидел за компьютером и играл в какую-то замысловатую игру. Мы просидели с ним около двух часов, потом я вернулась к себе. К моему великому удивлению, ключи от машины оказались на месте. Челноков никогда не умел водить машину, может быть, поэтому пока еще не прихватил ее. Я сварила кофе, мечтательно закрыла глаза и вновь представила очаровательный домик на берегу. Мои мечтания прервал пронзительный звонок в дверь. Андрей? Я вскочила. Может быть, он одумался и пришел попросить прощения? Господи, какие же мы, бабы, дуры… Даже после стольких гадостей верим в лучшее, ищем хоть какое-нибудь оправдание.

Открыв дверь, я облегченно вздохнула: передо мной стояла похорошевшая Мила.

– Это я – Челноков, пришел для того, чтобы забрать у тебя последнее. Я забыл забрать свой старенький диван, на котором сидел и портил воздух столько лет, – весело пробасила она и чмокнула меня в щеку.

– Забирай свой вонючий диван и уматывай к чертовой матери, – подыграла я подруге и впустила ее в квартиру.

Мила быстро прошла по всем комнатам и покачала головой:

– У тебя тут словно военные действия прошли недавно.

– Челноков постарался. Даже стиральный порошок и хозяйственное мыло уволок.

– Может, он этим мылом будет свое хозяйство промывать.

– Было бы хозяйство, а то так, какое-то недоразумение.

– Так он у тебя и в постели был парень хреновенький?

– Хреновенький – слишком мягко сказано. У него член толщиной со спичку, ей-богу.

7
{"b":"222227","o":1}