ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Видимо, к этому времени следует отнести рассказ Марбо о том, как рано утром русские попытались обойти крайний правый фланг французов, «большая колонна русских гренадеров атаковала наших союзников из Португальского легиона и привела их в полную панику. Потом эта колонна направилась к большому крепкому дому почтовой станции. Это был очень важный опорный пункт». Тогда Удино, «который под огнём был всегда впереди», примчался к 23-му конно-егерскому полку и велел атаковать противника. «Я двинул мой полк в атаку галопом, надеясь охватить неприятельскую линию справа наискосок, что всегда сильно мешает пехоте стрелять. Поэтому огонь неприятельских гренадеров оказался почти бесполезным». Внезапно русские «развернулись и бросились бежать к канаве у себя в тылу. Все они прыгнули в эту весьма глубокую канаву и открыли из неё сильный ружейный огонь». Марбо получил пулю на излёте в левое плечо. В этот момент «генерал Мэзон, прибывший со своей пехотной бригадой, передал мне приказ отойти за его батальоны. Потом он атаковал неприятеля с обоих флангов».

Одновременно с этой атакой 24-й егерский полк полковника Е.И. Властова, находившийся на русском правом фланге, атаковал неприятеля, находившегося против него в лесу, но безуспешно. По словам Витгенштейна, противник «открыл с батарей своих, на высотах за м. Якубовою расположенных, жестокий огонь и начал снова наступать на оба фланга наши, стараясь обходить левый». Первая атака французов была отражена перекрёстным огнём батарейной № 5 и лёгкой № 27 рот. Подкреплённые свежими войсками, французы вновь подались вперёд против русского центра и левого фланга, но были отражены удачным действием русских батарей.[69]

Первое Полоцкое сражение (боевые действия на Западной Двине в июле-августе 1812 г.) - img_17.jpeg
Е.И. Властов (1769–1837)

Заметив колебание и замешательство в рядах неприятельских войск, Витгенштейн приказал первой линии Берга атаковать противника. Севский, Калужский пехотные полки, поддержанные частью Гродненских гусар, под командой Казачковского двинулись на центр неприятеля. Пермский и Могилевский пехотные полки под командой генерала князя А.В. Сибирского бросились в штыки на правый фланг французов. 26-й егерский полк следовал эшелонами в промежутке между Калужским и Пермским полками, а 23-й, 24-й и 25-й егерские полки атаковали левый фланг противника в лесу. В то же время вторая боевая линия корпуса выступила из Ольхова для подкрепления первой. Наградные документы гласят, что Казачковский «командовал правым флангом 1-й линии кор-де-батайль, разбил неприятеля и преследовал до р. Нищи большею частью на штыках, при чем взято много в плен». Пермского полка майор Манглер, «не взирая на многочисленного неприятеля, опрокинул его и обратил в бегство». Русские ударили в штыки и опрокинули сначала центр, а затем левый фланг французов. «Быстрое движение дивизии Берга, — писал Витгенштейн, — ободряемой примером всех начальников, мужественное нападение егерских полков, жестокое действие артиллерии, управляемой князем Яшвилем, в миг решили участь сражения. Неприятель бежал к песчаным высотам Нищи».

Французы не смогли выдержать этой атаки. Отступая от Якубова к Нище, Удино приказал войскам выстроиться на песчаных высотах правого берега и, чтобы обезопасить переправу, велел своему центру изобразить наступательное движение, которое, впрочем, было удержано огнём 27-й лёгкой роты подполковника И.И. Байкова. Витгенштейн двинулся со всех сторон на песчаные высоты, и, несмотря на упорное сопротивление, неприятель был прогнан за реку между 8 и 9 часами утра. Так кончился первый акт сражения при Клястицах.

Первое Полоцкое сражение (боевые действия на Западной Двине в июле-августе 1812 г.) - img_18.jpeg
П. Хесс. Сражение при Клястицах.

Изображён самый яркий эпизод сражения, когда 2-й батальон Павловского гренадерского полка бросился по горящему мосту через реку Нищу и, перейдя на другой берег, ударил в штыки и опрокинул неприятеля. В центре полотна изображены павловцы, которые ведут бой с французскими сапёрами и солдатами 3-го швейцарского полка. В первой шеренге павловцев видна фигура офицера в кивере, вероятно, капитана Крылова, который первым, бросился на пылающий мост, а в глубине колонны, у знамени — командир батальона майор Кишкин. На заднем плане слева изображены гродненские гусары и ямбургские драгуны, переходящие реку вброд. Хесс ошибочно изобразил гусар в коричневых мундирах. Но главная ошибка художника заключается в том, что швейцарские полки в сражении не участвовали, ибо находились на 15 км южнее, охраняя брод на р. Дрисса у д. Сивошино.

По словам Трефкона, «особенно пострадали 3-й и 4- й батальоны 56-го линейного полка. В некотором роде они были забыты во время отступления. 26-й лёгкий полк ускорил своё движение назад, тогда как должен был произвести его вместе с нашим. Он перешёл реку перед нами. Нас посчитали взятыми в плен или уничтоженными, и велико было удивление, когда мы возвратились, будучи вынуждены отступать, переправляясь в линию. Это движение, довольно трудное для исполнения под огнём неприятеля, было сделано батальон за батальоном в двух линиях». При этом 3-й батальон потерял часть своей гренадерской роты; лейтенант вольтижеров А. Крево был ранен пулей в правую ногу, пикой в колено и попал в плен.

Удино не привёл в рапорте деталей этого боя. Но он подробно объяснил причины своего отступления: «Упорство неприятеля, ущербность моей позиции, так как я имел позади себя дефиле, необходимость беречь боеприпасы, а не расходовать их в одном деле, которое не представляло мне в перспективе никакого большого результата, наконец, беспокойство за мой левый фланг, который оставался под угрозой действий неприятеля, который имел силы, почти вдвое больше моих, все эти мотивы вместе побудили меня не задействовать больше войск, а пойти вновь занять мою позицию 29-го числа».[70]

Для довершения победы корпусу Витгенштейна необходимо было переправиться через реку и выбить противника из Клястиц. Но «доминирующий левый берег Нищи, где неприятельские батареи, будучи прикрыты строениями с. Клястицы, поддерживали стрелков своих» и препятствовали переправе русских войск через единственный мост. Витгенштейн направил всю кавалерию под командой генерала Балка влево, выше по течению к д. Гвоздова (Гвозды), то есть на свой крайний левый фланг, поскольку бродов на реке ещё не было обнаружено. Кавалерия остановилась при Гвоздах, так как сильно заболоченная местность и высокая вода реки препятствовали переправе. Тогда Витгенштейн приказал полковнику Сиверсу спешно строить временный мост через Нишу, и пионерная рота капитана А.К. Геруа приступила к постройке моста. В наградном документе говорится, что Геруа, «находясь при построении мостов под выстрелами неприятельскими, всегда оные оканчивал с особенною скоростию». В это же время 25-го егерского полка штабс-капитан Плескачевский «переправлен был через реку с вверенной ему ротой и выбил неприятеля из кустарников»; подпоручик Завязкин «находился в стрелках и, будучи отрезан неприятелем, пробился сквозь оного».

Увидев это движение и опасаясь за свой правый фланг, Удино начал отступать. Но предварительно он приказал поджечь находившийся в Клястицах мост. Тогда русские егеря, имея во главе запасный батальон Павловского гренадерского полка, и будучи поддержаны огнём батарейной № 5 и лёгкой № 27 рот, бросились на горящий мост, перебежали через него под ружейным огнём противника и ворвались в селение. Наградной документ гласит, что Павловского полка капитан Дмитрий Крылов «при реке Нище бросился с батальоном в штыки и не дал неприятелю сжечь мост»; за этот подвиг он получил орден св. Георгия 4-й ст., а командир батальона майор Кишкин — золотую шпагу с надписью «За храбрость». Опрокинутый противник бежал из Клястиц. «Для поддержания сего подвига, — пишет Витгенштейн, — приказал я тотчас всей пехоте двинуться вперед, а Ямбургскому драгунскому полку и 2 орудиям легкой роты Байкова перейти р. Нишу при самом селении в брод, что они благополучно выполнили, хотя с большим трудом пехота проходила чрез сожженнную деревню и горящий мост». Орудия перевёл через брод Сухозанет, который оставил позади свою роту из-за понесённых ею накануне больших потерь. Могилевский и Пермский полки, следовавшие за павловцами, заняли ближайшие к мосту дома. Унтер-офицер Ямбургского полка Павел Фёдоров первый врубился в неприятельский фронт и увлёк за собою товарищей. Прочая кавалерия стала переходить речку через брод, найденный ниже селения. Противник начал поспешно отступать, прикрываясь «пушечными выстрелами из прикрытых кавалериею пушек».

вернуться

69

26-й егерский полк был поставлен в прикрытие батарей. По словам Антоновского, «полковник Рот, быв перепоясанный турецкою саблею, которую всегда употреблял во время сражений, и объезжая кругом колонну, беспрестанно твердил стоять смирно, не шевелиться, не пригибаться и не кланяться французским ядрам, а, заметив поклонников, налетал к ним с саблею, грозя изрубить на куски. Офицерам приказывал смотреть, чтобы выбытие ряда тотчас заменялось, и во взводах сохранялся порядок… Вот как нас в сегодняшнем параде школили, и с этой минуты научились забывать и пренебрегать смерть. Честь и слава храброму Роту!» (Харкевич. III. 68–70).

вернуться

70

Fabry. II. 347, 390; III. 331-32; IV. Annexe. 31–32; Trefcon. 95–96; Reguinot. 15–16; Marbot. III. 85; Chambray. I. 262; Marco de Saint-Hilaire. 216-17; Kukiel. II. 44–45; Марбо. 537; ВУА. XVII. 289; Бутурлин. I. 333-34; Михайловский-Данилевский. 140-41; Богданович. I. 357-58; Поликарпов. 196-97, 200; Крылов. 469.

13
{"b":"222228","o":1}