ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

20-я дивизия: ген. Беккере; нач. штаба: подполковник К. де Дё-Понт (Цвайбрюккен)

1-я бригада: полковник Спауер
2-й линейный полк 25 53 359 437
6-й линейный полк 12 55 532 599
2-й лёгкий батальон 18 40 190 248
2-я бригада: полковник Валдкирх
3-й линейный полк 23 53 330 406
7-й линейный полк 18 49 312 379
4-й лёгкий батальон 7 30 165 202
3-я бригада: полковник Хаберманн
5-й линейный полк 32 54 463 549
11-й линейный полк 30 60 505 595
5-й лёгкий батальон 15 32 225 292
всего: 180 426 3.081 3.687
итого в корпусе: 313 776 5.686 6.775

Кроме того, один батальон, составленный из солдат различных полков и батальонов обеих дивизий (500 чел.) находился в Глубоком и ещё 200 чел. — в Бешенковичах.[205] Таким образом, б-й корпус к этому времени фактически сократился до размеров одной дивизии.

В донесении императору от 12/24 августа Витгенштейн подвёл итого ратной деятельности своего корпуса в течение трёх недель: «После 6 жестоких сражений с неприятелем и ежедневных стычек… войска мне вверенные взяли более 7.000 чел. в плен, разбили совершенно корпус маршала Удино, заставили быть без действия маршала Магдональда и оттянули от большой неприятельской армии две целые дивизии баварских войск, и все пять дивизий приведены вновь совсем в расстройство; после всего оного, мой корпус немог не ослабеть, как он теперь есть». Генерал заявил, что из-за понесённых потерь он «не может предпринять ничего», и просил царя усилить свой корпус «еще 15.000 пехоты и кавалерии, тогда мог бы очистить совсем здешний край». Эти признания указывают, что описанные победы дались его войскам весьма дорогой ценой, так что противоборствующие стороны оказались в одинаковой степени ослабленными.

По словам Антоновского, арьергард Властова находился «на одном и том же месте без всяких действий», а противник «сам подался от нас, отступив до станции Ковзелевой. Нынешний день нашими конными разъездами без выстрелов взято фуражиров 70 человек в плен, немцев, которые жаловались на недостаточное продовольствие в их войске. 13-го числа 26-й полк был в карауле на пикетах, но никаких беспокойств не встретил в продолжение суток. 14 августа объявлено официально, что ариергард наш переменяется в авангард, и оборот движений наших опять переходит в наступательные действия». С последним заявлением Витгенштейн явно поспешил…

В тот день адъютант Сен-Сира, капитан Л. Киффер был отправлен курьером к королю с донесением о блестящей победе и о чрезвычайных потерях баварцев; он также увёз огромное количество писем на родину. Д’Альбиньяк писал, что баварские «аванпосты были учреждены в Гамзелево, на перекрёстке дорог из Лозовки, Невеля и Белого… Остальной баварский корпус разместился в одном льё позади Гамзелево, на посту Часовня, позади пруда; левый фланг охранялся несколькими пикетами лёгкой кавалерии, смешанными с пехотой, растянувшись до Двины. Швейцарцы разместились лагерем позади 6-го корпуса, впереди Полоцка; хорваты также впереди Полоцка, опираясь на Двину. Остальная часть дивизии Ле Грана заняла часть деревни Спас и берег Полоты, наблюдая за дорогой из Невеля. Дивизия Вердье, тогда под командой генерала Мэзона, который сменил генерала Валантена, возвратившегося во Францию, разместилась лагерем справа от дивизии Ле Грана на равнине, между левым берегом Полоты и правым берегом Двины».

Утром 25 августа позиция цепи аванпостов 6-го корпуса была назначена на линии от Гамзелево через лес до Громево на Полоте, позади которой расположились лагерем обе баварские дивизии. 2-й корпус дислоцировался на левом берегу Полоты, и для облегчения продовольственного снабжения дивизия Леграна растянула свою позицию до Томшино и Юревичи, где разместился 7-й конно-егерский полк. Вечером этого дня останки Деруа, Зибайна, Вредена, Прейзинга и Гедони «со всеми воинскими почестями были преданы земле во дворе церкви Св. Ксаверия, между Полоцком и деревней Спас, то есть на поле боя 18 августа. Судя по всем описаниям, был подлиный всеобщий траур и скорбь о потере столь многих превосходных вождей и офицеров. В аленьком склепе капеллы Ксаверия один холм прикрыл тела глубокоуважаемых генералов Деруа и Зибайна. Они, которых на протяжении 45 лет связывала задушевная дружба товарищей по оружию к украшению армии и родины, должны были также в гробнице оставаться вместе».[206] 28 августа раненый в руку Раглович был отправлен в Вильно для излечения раны. Вследствие больших потерь, произошли значительные перемены в командовании 6-го корпуса.

С 26 по 31 августа баварский корпус оставался на своей позиции у Гамзелево. Согласно перекличке 31 августа, в 19-й дивизии насчитывалось 171 офицер и 3.803 нижних чина, в 20-й дивизии — 162 и 4.702 соответственно. Поскольку такая дислокация оказалась слишком пространной, неудобной с точки зрения добывания продовольствия и, кроме того, могла быть обойдена с обоих флангов, то 1 сентября Сен-Сир приказал баварцам занять более концентрированную позицию ближе к городу таким образом, чтобы 19-я дивизия своим левым флангом прислонилась к берегу Двины, а 20-я дивизия справа от неё растянулась до Невельской дороги. 2-й корпус также был отведён на более тесную позицию, так что его лагерные бараки разместились на ровной местности на левом берегу Полоты до Двины. Служба аванпостов, при занимаемом баварцами пространстве, ежедневно требовала 1.200 чел., которые попеременно выделялись из обеих дивизий, в то время как французские дивизии, которые были вдвое сильнее по численности, прикрывали своими аванпостами более короткое расстояние.[207]

Витгенштейн сообщил 16/28 августа: «Я стою со вверенным мне корпусом под с. Сивошнею, а авангард мой — в Белом; неприятель оставил меня до сих пор в покое, имея свои аванпосты против моих, делает окопы и укрепляется около Полоцка; посылает ежедневно партии для рекогносцировки и грабежа, которые почти всегда попадаются к нам в руки по 60 и по 80 чел. с их офицерами». Спустя неделю он написал: «С неприятелем ничего не происходило, он находится в тех же самых укрепленных местах под Полоцком, претерпевает страшный голод, от чего мрет у него много людей и дезертирует ежедневно человек по 50». Напротив того, части 1-го корпуса получают продовольствие из Псковской губернии и некоторых уездов Витебской губернии, «войска снабжены всем нужным и не имеют ни в чем ни малейшего недостатка».[208]

вернуться

205

Fabry. IV. 809-10; Sauzey. V. 241–43, 396; Pouget. 159; ВУА. XVII. 287; Харкевич. III. 137-38; Бутурлин. I. 371.

вернуться

206

Сен-Сир писал, что после отступления союзников иезуиты удалили из церкви останки французов и баварцев. Но в 1918 один прусский офицер разыскал погребальные камеры и могилы баварцев на церковном дворе, а также дюжину записей в церковных книгах о погребении баварцев (Saint-Cyr. III. 101; Maillinger. 104; Heilmann. 235-36; Braun. 271. Anm. 64 со слылкой на архивное дело: Bohneberg К. Die Bayern und Bayerngraber in Polozk vom Jahre 1812 // KA HS 733).

вернуться

207

Volderndorf. III. 129; Hofreiter. 40, 45; Gruber. 25, 30–31, 40; Saint-Cyr. III. 101-03; Maillinger. 105; Mandler. 73; Sauzey. V. 396–97; Кгаив. 48–50; Heilmann. 235-36; Heilmann J. Feldmarschal Fiirst Wrede. Leipzig, 1881. S. 198, 202.

вернуться

208

ВУА. XVII. 293, 295; Харкевич. III. 139-40.

56
{"b":"222228","o":1}