ЛитМир - Электронная Библиотека

6

Утром Джулиус был не в лучшем настроении. Когда Анна пришла к нему в спальню, то поняла, что Эдвин уже рассказал ему о приезде Марии. Пожилой человек еще не видел ее, но по каким-то причинам уже невзлюбил.

— Что это за манеры?! — бушевал он, пока Анна поднимала с пола книги и складывала их аккуратной стопкой на столике у кровати. — Ответь мне! — настаивал он. — Нужно иметь воистину средиземноморский темперамент, чтобы врываться вот так без приглашения в чужой дом. Тем более на неопределенное время. Скажи же хоть что-нибудь!

Анна дипломатично заметила, что в свое время знала нескольких итальянцев и не думает, что это их национальная черта.

— Прекрати ходить вокруг да около. И почему ты снова надела этот скучный наряд. Мне нравится больше, когда ты в розовом, как вчера.

Внезапная перемена темы разговора ничуть не удивила ее. Мысли Джулиуса часто принимали самый неожиданный поворот, и она привыкла.

— Сегодня будет холодно и промозгло, — спокойно ответила Анна. — Поэтому я решила надеть что-нибудь теплое и уютное.

Она, конечно, не сказала, что, одеваясь скромно, чувствовала себя увереннее, удобнее, она привыкла работать в такой одежде. А, кроме того, и присутствие Эдвина почему-то беспокоило ее меньше, чем вчера.

— Хм, — Джулиус неприязненно окинул взглядом белый свитер и темную плиссированную юбку. — Теперь, когда я, так сказать, снова на ногах, нам, пожалуй, нужно поехать в Лондон и купить тебе по-настоящему красивую одежду.

Анна испуганно посмотрела на него. Она никогда не слышала от него ничего подобного. Собственно говоря, он никогда не обращал внимания на ее одежду.

— Пожалуйста, не надо, — поспешно сказала она.

— Тогда, ради бога, не одевайся так однообразно. — Он посмотрел на нее исподлобья и грубовато бросил: — Ты слишком красива, чтобы прятаться под этими невыразительными одеждами. Кстати, а что она собой представляет?

— Мы почти не разговаривали, — пробормотала Анна. — Вроде бы она… интересная.

— По-моему, невоспитанная.

— Но ее ведь все-таки пригласили. — Он поднял брови:

— И кто же? Уж не Эдвин ли?

— Конечно, кто же еще. — Анна пожала плечами, и Джулиус раздраженно посмотрел на нее.

— И это все, что ты можешь сказать? Хотя бы как она выглядит? Расскажи.

— Увидите за обедом. — Анна открыла дверь, но он снова остановил ее, подошел, взял за руку и спросил:

— Не знаю, кем она приходится моему сыну, но если она… они… ладно, скажем так, если я и видел Эдвина в обществе женщин, то они всегда были привлекательны.

— Она очень привлекательная.

Анне совсем не хотелось обсуждать Марию. И так наверняка ее ждет не одна неприятность, связанная с этой женщиной. Враждебность в глазах итальянки была явно не случайной. Но сейчас думать об этом не хотелось. Мария как раз из тех женщин, которые, по мнению ее матери, очень нравились мужчинам, расцветали в обществе мужчин и обычно были настроены враждебно к представительницам своего пола, видя в каждой из них соперницу.

Когда они с Джулиусом вошли на кухню, Марии не было видно. Эдна сообщила, что Эдвин, уходя, предупредил: Мария не привыкла вставать рано, по крайней мере, тогда, когда ей не нужно куда-нибудь идти.

Все это было сказано недовольным тоном, и Джулиус нахмурился — он ожидал чего-то подобного. Анне даже на какой-то момент стало жалко Марию, но, вспомнив суровый и пренебрежительный взгляд ее карих глаз, решила поберечь свое сочувствие для другого случая.

Она пила кофе, болтала с Джулиусом о том, о сем, пока тот ел свой традиционный горячий завтрак. Потом спросила, чем он собирается сегодня заниматься, и ответ удивил ее. Джулиус ответил, что она может взять выходной.

— Поезжай в Лондон, — предложил он. — Я вернусь домой только к вечеру. Мне нужно пройтись по книжным магазинам, кроме того, сын пригласил меня на ланч. Назначена встреча с одним человеком, который будет работать здесь, в его компании. На самом деле, — он опустил взгляд и принялся намазывать хлеб маслом, — этот джентльмен придет к нам на ужин. Так что, может быть, ты вернешься к половине седьмого?

— У нас к обеду будут гости? — удивилась Анна, а он недовольно ответил:

— Иногда и в этом доме происходят странные вещи.

— Хотя и с недавнего времени, как я успела заметить, — вмешалась в разговор Эдна.

Джулиус отрезал:

— Чем обращать внимание на пустяки, лучше постарайся, чтобы обед получился вкусным.

— А разве вы когда-нибудь могли пожаловаться на мою кухню? — Она вытерла руки о фартук и повернулась к нему, воинственно уперев руки в бока. Джулиус посмотрел на нее встревоженно.

— Никогда, — уступил он. — Но все имеет свое начало. — Он поднялся, похлопал Анну по плечу и вдруг поцеловал в щеку.

Она покраснела.

Едва старик вышел из комнаты, Эдна покачала головой:

— Он стал ненормальным. То не хочет выходить из дома ни за что на свете, то в следующую минуту его не удержишь здесь и на привязи. Чудак.

Анна рассмеялась, но позже, шагая по лондонским улицам, сочувствуя спешившим мимо нее замерзшим людям, рассчитывавшим, видимо, на теплый летний день, она признала, что Джулиус и вправду вел себя в последние дни несколько странно. Сначала поднял шум, что она не так одета, потом исчез на весь день. Может быть, самостоятельный поход в библиотеку дает ему уверенность в своих силах? Или, подумала она с грустью, это Эдвин растревожил его душу, как сделал это с ней.

Она вернулась домой ровно в половине седьмого. Выходной получился ленивым и неспешным. Она встретилась с подругой, чтобы вместе позавтракать, затем пошаталась по магазинам, почитала книгу в поезде на обратном пути и чувствовала себя вполне отдохнувшей.

Поднявшись наверх, Анна открыла дверь в свою спальню и замерла на пороге. На кровати лежало платье. Не простое платье, а изысканный темно-синий наряд с глубоким вырезом и зауженной талией. Очень дорогое. Она не слишком разбиралась в модной одежде, но поняла это по названию фирмы, которое прочла на этикетке.

— Нравится? — спросил появившийся за спиной Джулиус.

Она повернулась, решив сказать как можно более вежливо и осторожно, что просто не может принять такого подарка. Но лицо старика выражало такое нетерпение и в то же время нерешительность, что она невольно улыбнулась.

— Значит, так вы провели сегодняшний день? И что же я буду с ним делать?

— Просто я решил, что тебе захочется надеть что-нибудь новое к сегодняшнему вечеру. Размер я узнал по платьям в твоем гардеробе. Надеюсь, ты не возражаешь, дорогая?

— Не возражаю ли я? — Она подошла к нему и сжала руку. — Оно прекрасно! Мне будет так приятно его надеть.

От такого проявления чувств он смутился, кашлянул и похлопал ее по руке.

— Гости придут в половине восьмого. Напитки в гостиной. — Он собрался выйти, но вдруг снова повернулся к ней. — Да, чуть не забыл! — Достал из кармана коробочку и открыл. В ней лежало потрясающее бриллиантовое ожерелье. — Оно принадлежало моей матери. Его долгое время не носили. Матери Эдвина оно не нужно. Я хочу подарить его тебе.

Анна взглянула на ожерелье и не смогла вымолвить ни слова. Наконец ей удалось пробормотать какие-то слова, означавшие, что она просто не может принять такого дорогого подарка. Но он уже вложил ожерелье ей в руку.

— Пожалуйста, — проговорил он, — сделай старику приятное.

Она со вздохом взяла драгоценность.

— Но только на сегодня, — предупредила она. — Оно должно остаться у вас. Это украшение должно принадлежать будущей жене вашего сына.

— Согласен, — ответил Джулиус с обезоруживающей улыбкой и ушел, оставив ее одеваться.

Еще оставалось время, чтобы принять ванну и не спеша привести себя в порядок. Платье она решила надеть в последнюю очередь. Анна и думать не думала, что когда-нибудь в жизни у нее будет такая чудесная вещь. Однажды, в день шестнадцатилетия мать сделала неожиданный жест — подарила ей платье, красивое, но совершенно другое. Уже потом Анна поняла, что, подарив то скромное девичье платье, мать неосознанно пыталась продлить детство своей девочки и подольше сохранить свое влияние. Она никак не хочет верить и до сих пор, что дочь выросла.

14
{"b":"222237","o":1}