ЛитМир - Электронная Библиотека

Они уставились на нее, раздраженные и недоумевающие.

– Мне кажется, это был частный разговор, сударыня, – чопорно проговорил коммандер.

– Да, конечно, – отрезала она, все еще кипя возмущением. – И я приношу извинения за то, что вас подслушала, хотя это и получилось совершенно случайно. Но за постыдные слова относительно секретаря адмирала Форкосигана извиниться должны вы. Они порочат мундир, который носите вы оба, и императорскую службу, на которой вы состоите.

Она говорила негромко, почти шепотом. Ее била дрожь. «Многовато для меня Барраяра. Надо взять себя в руки».

Их перепалка наконец привлекла внимание изумленного Форпатрила.

– Ну-ну, миледи, – запротестовал он. – Успокойтесь, прошу вас… К чему это…

Коммандер повернулся к нему.

– О, капитан Форпатрил, сэр! Я не сразу вас узнал. Э-э… – Он повел рукой в сторону своей рыжеволосой противницы, словно спрашивая: «Эта женщина с вами? А если да, то почему вы не держите ее в узде?» И холодно прибавил: – Мы незнакомы, сударыня.

– Да, потому что у меня нет привычки заглядывать в каждую нору и любопытствовать, какая нечисть там прячется, – выпалила Корделия и тут же поняла, что зашла слишком далеко. Эйрелу сейчас не хватает только новых врагов…

– Коммандер, вы не знаете, с кем… – начал Форпатрил, вспомнив о своих обязанностях сопровождающего.

– Не надо нас знакомить, лорд Форпатрил, – оборвала его Корделия. – Мы только поставим друг друга в еще более неловкое положение.

Сжав пальцами переносицу, она закрыла глаза и постаралась найти подходящие фразы. «А я-то гордилась, что умею держать себя в руках».

– Коммандер, милорд. – Она определила титул второго молодого человека, основываясь на его упоминании об отце, сидящем среди графов. – Мои слова были необдуманными и невежливыми, и я беру их обратно. Я не имела права комментировать частный разговор. Приношу извинения. Самые искренние.

– Так-то лучше, – процедил молодой лорд.

Его брат, лучше владевший собой, ответил:

– Я принимаю ваши извинения, сударыня. Полагаю, этот лейтенант – ваш родственник. И прошу простить за оскорбление, которое вы усмотрели в наших словах.

– Я тоже принимаю ваше извинение, коммандер. Хотя лейтенант Куделка мне не родня, а всего лишь второй любимый… враг. – Она замолчала, и их глаза встретились; в ее взгляде сквозила ирония, в его – недоумение. – И я хочу попросить вас об одолжении. Умоляю вас, сэр, воздержитесь в будущем от подобных замечаний в присутствии адмирала Форкосигана. Куделка был одним из его офицеров на борту «Генерала Форкрафта». Он получил ранение, защищая своего командира во время прошлогоднего мятежа. Лорд-регент любит его, как сына.

Коммандер чуть улыбнулся:

– Вы хотите сказать, что меня пошлют охранять остров Кайрил?

«Что еще за остров Кайрил? Судя по всему, местечко не из приятных…»

– Не думаю… Лорд-регент не станет пользоваться своей властью, чтобы отомстить за личную обиду. Но это причинило бы ему ненужную боль.

– Сударыня… – Теперь он был окончательно сбит с толку.

Кто она такая – эта скромная женщина, так неуместно выглядящая среди разряженной публики на галерее? Братья снова повернулись, чтобы наблюдать за церемонией внизу. Минут на двадцать воцарилось напряженное молчание, затем лорд-спикер объявил перерыв.

Когда Корделия отыскала Форкосигана, тот беседовал о чем-то с графом Петером и еще одним стариком в серебряно-алой мантии. Лорд Форпатрил, доставив свою подопечную, мгновенно испарился, а муж встретил ее усталой улыбкой.

– Милый капитан, ты держишься? Я хочу познакомить тебя с графом Форхаласом. Адмирал Ральф Форхалас был его младшим братом. Нам скоро надо будет уйти – мы приглашены на обед принцессой Карин и принцем Грегором.

Граф Форхалас склонился к ее руке.

– Миледи, это большая честь для меня.

– Граф. Я… видела вашего брата всего несколько секунд. Но адмирал Форхалас произвел на меня впечатление достойнейшего человека. – «Но моя страна все равно разнесла его в пыль».

– Благодарю вас, миледи. Так считали все, кто его знал… А, вот и мои мальчики. Я обещал, что познакомлю их с вами. Ивон мечтает получить место в штабе, но я сказал ему – пусть не надеется на протекцию. Хотел бы я, чтобы Карл так же интересовался службой. О! Моя дочь с ума сойдет от зависти, когда услышит, что ее братья представлены супруге регента. Знаете, миледи, вы переполошили всех наших девушек.

Граф отошел, чтобы подозвать сыновей. «О Боже! – подумала Корделия. – И надо же, чтобы это оказались именно они!»

Те самые двое молодых людей, которые только что сидели перед ней на галерее… Оба побледнели и поспешно склонились к ее руке.

– Но ведь вы уже познакомились, – сказал Форкосиган. – Я видел, как вы разговаривали там, наверху. Что вы так горячо обсуждали, а, Корделия?

– О… Геологию. Зоологию. Воспитание. Мы много говорили о воспитании. У нас получился очень любопытный разговор. И, по-моему, мы все друг друга кое-чему научили.

Она безмятежно улыбнулась.

Коммандер Ивон Форхалас, чья бледность приобрела легкий зеленоватый оттенок, проговорил:

– Да. Я… получил урок, который никогда не забуду, миледи.

Форкосиган продолжил церемонию знакомства:

– Коммандер Форхалас, лорд Карл – лейтенант Куделка.

Куделка, нагруженный пластиковыми копиями документов, дисками, жезлом главнокомандующего (сию регалию Форкосиган только что получил в качестве избранного регента) и своей тростью, никак не мог решить, что ему делать: подавать руку или отдавать честь. От растерянности он выронил свою ношу, и все поспешно бросились поднимать рассыпавшиеся предметы. Куделка покраснел, неловко нагибаясь. Они с Друшикко одновременно протянули руки к трости.

– Мне не требуется ваша помощь, мисс, – прошипел Куделка, и девушка, отпрянув от неожиданности, заняла свое место возле Корделии.

Коммандер Форхалас вручил ему несколько дисков.

– Извините, сэр, – сказал Куделка. – Спасибо.

– Не стоит, лейтенант. Один раз я сам чуть не попал под нейробластер. Перепугался до чертиков. Вы – пример для всех нас.

– Это… было не больно, сэр.

Корделия, по личному опыту знавшая, что это – очень даже больно, промолчала. Но когда все начали расходиться по своим делам, она задержалась перед Ивоном Форхаласом.

– Приятно было познакомиться с вами, коммандер. По-моему, вы далеко пойдете – и не в направлении острова Кайрил.

Молодой барраярец напряженно улыбнулся.

– Мне кажется, вы тоже далеко пойдете, миледи.

Они обменялись уважительными кивками. Затем Корделия взяла под руку мужа, и они зашагали навстречу новой жизни и новым обязанностям. Следом за ними двинулись Куделка и Друшикко.

Несколько дней спустя император Барраяра впал в кому. А еще через неделю, ночью, дворцовый курьер разбудил регента давно ожидаемой вестью:

– Сэр, доктору кажется, что срок настал.

Корделия и Форкосиган, поспешно одевшись, вместе с курьером прибыли во дворец, в прекрасные покои, которые Эзар избрал для последних месяцев своей жизни. Музейная роскошь обстановки являла разительный контраст с нагромождением инопланетной медицинской аппаратуры.

Здесь уже собралось много народу: личные врачи императора, премьер-министр Фортала, граф Петер Форкосиган, принцесса с наследником, несколько министров, кое-кто из главного штаба… Все в глубоком молчании несли последнюю вахту, пока наконец остатки жизни не покинули иссохшее старческое тело, неподвижно лежавшее на огромной кровати. Что за чудовищная идея, подумала Корделия, – делать ребенка свидетелем подобной сцены… Впрочем, она тут же сообразила, что дело здесь не в чьей-либо прихоти, а в требованиях дворцового этикета. Поочередно, начиная с Форкосигана, все присутствующие подходили к Грегору и на коленях произносили текст вассальной присяги, вкладывая руки в ладошки нового повелителя.

Форкосиган подвел к нему и Корделию. У принца – теперь уже императора – были волосы матери, но глаза светло-карие, как у Эзара и Зерга, и Корделия невольно задалась вопросом – в какой пропорции перемешаны в нем душевные качества отца и деда? «Сидит ли в твоих генах родовое проклятие, малыш?» – мысленно спрашивала она, вкладывая свои пальцы в его ладони. Впрочем, благословен он или проклят, все равно она даст ему эту клятву. Слова присяги, казалось, разрывают последнюю нить, связывавшую ее с Колонией Бета. Эта нить лопнула с легким звоном, слышным только ей самой. «Теперь я принадлежу Барраяру».

9
{"b":"222244","o":1}