ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Разъяренные рассказами о том, как придворные топтали трехцветные кокарды национального знамени в присутствии короля и королевы и заменили их «антипатриотичными» черными или белыми лентами, женщины немедленно собрались в поход на Версаль. Юная девушка с центрального рынка схватила барабан и сыграла общий сбор. К хлынувшей вперед толпе женщин присоединялись другие — из Фобург Сент-Антуана и прочих мест. В Пале-Рояле к ним обратилась с речью молодая женщина. Еще одна особа, пользовавшаяся скандальной известностью актриса Теруань де Мерикур, получившая прозвище Льежская Амазонка, схватив зажженный фитиль, уселась верхом на пушку, и ее в таком виде повезли во главе разношерстной процессии, полудружелюбной, полуостервеневшей, но почти полностью обезумевшей, к аристократическому и невыразимо изысканному Версалю. Женщин не должны были задержать, и они в значительно большей мере, чем мужчины, послужили инструментом для возвращения короля и королевы вместе со свитой и дофином назад в Тюильри, что самым существенным образом приблизило трагическую развязку. В начале 1792 года Парижский муниципалитет постановил вооружить всех санкюлотов пиками, а в августе того же года Национальное собрание постановило вооружить всех горожан, после чего женщины заявили, что также подпадают под букву закона. Решение было в духе «Декларации прав женщин», выпущенной Олимпией де Гонге в качестве противовеса «Общественному договору» Жан-Жака Руссо и «Декларации прав человека», в которой было провозглашено: «Женщина рождена свободной и обладает равными правами с мужчиной. Женщина имеет право подняться на эшафот: она должна иметь право и подняться на трибуну оратора».

В итоге эти грубые торговки и их сестры из Фобург Сент Антуана образовали отряд амазонок, вменив себе в обязанность стеречь узников и сопровождать несчастных осужденных на гильотину, ожидавшую их на Пляс де ла Революсьон. Облачены они были в короткие юбки с синими, белыми и красными полосами; на ногах их были деревянные башмаки-сабо, а на головах фригийский колпак («Колпак свободы», признанный опознавательным знаком якобинцев в 1792 году), украшенный огромной трехцветной кокардой. На плече каждой женщины лежала перевязь с абордажной саблей, в руках находилась демократическая пика. Уродливый отряд нередко занимался еще более уродливой работой. В большинстве таких случаев женщин возглавляли Теруань де Мерикур и Роза Лякомб. Теруань была назначена командиром третьего армейского корпуса в Фобург, и отправилась туда в красном костюме для верховой езды и огромной шляпе с плюмажом, при презентованной ей наградной шпаге. Другая воительница, оперная певица ла Майллар (la Maillard), изображавшая Богиню Свободы на Пиршестве Разума, нашла иное внешнее проявление «правам женщины», она облачилась в мужской костюм, участвовала в дуэлях и в компании аналогично одетых дам обходила Париж, пытаясь уговаривать всех особ женского пола следовать ее примеру[13]. Всех этих женщин ждал печальный конец. Теруань, которую амазонки заподозрили в жирондистских убеждениях, была схвачена ими на террасе Тюильри, раздета догола и высечена как провинившееся дитя своими боевыми подругами под насмешки зевак. Она сделалась буйно помешанной и умерла в Бисетре уже в 1817 году. Карьера Розы Лякомб погибла от любви: она впала в немилость, пытаясь спасти аристократа; однако, низвергнутая с места фаворитки народа, оказалась более везучей, чем ее упомянутая выше товарка, потому что сумела умереть в тишине и покое уже после того, как отгремели революционные бури. Олимпия Гонге, прогневавшая Робеспьера своими претензиями и безответственностью, была приговорена к смерти, и хотя она просила помилования по беременности, суд матрон отправил ее на гильотину. Ну а ла Майллар, попытавшаяся заставить своих сестер носить брюки, наделала столько шума, что Комитет общественной безопасности срочно выпустил декрет, запрещавший женщинам участвовать в правительстве, а заодно и создавать любого рода женские политические клубы.

Менее шокируют человеческие чувства столь же воинственные вооруженные женские батальоны, организовывавшиеся в провинциях, особенно в Дофине, присягавшие на верность отечеству и демократии. Они также проявляли активность в клубах и политических кругах. Кроме того, женщины, остававшиеся верными королю или реакции, служили в армии: среди них были командиры и бойцы, однако объединение в чисто женские отряды наблюдалось нечасто. В то время женщины Франции стремились разделять с мужчинами труд и ответственность, но не узурпировать власть.

Глава 7. АМАЗОНКИ АФРИКИ

Диодор Сицилийский, цитируя историка Дионисия, говорит, что некогда существовал удивительный народ амазонок, возникший, добившийся чрезвычайного процветания и исчезнувший задолго до Троянской войны, причем в такой древности, что слава его затмилась новой славой понтийских амазонок. Эти древние амазонки обитали в Ливии, той части Африки, которая с востока ограничена Египтом и Эфиопией, с запада — Атлантическим океаном, с севера — узкой полосой классического Средиземноморья, а с юга — воображаемой рекой Океан, — в земле, населенной множеством разнообразных чудес и народов. Эти края, в соответствии с «древними повестями», к несчастью не названными, одно время славились «воинственными и могучими женщинами». К их числу принадлежали Горгоны, посмевшие вступить в войну с богами и греками. С ними посреди великих трудностей и опасностей воевал герой Персей, — князь, наделенный высокими добродетелями, сын Зевса, первый среди греков того времени. Мощь и доблесть этих женщин была ужасной. Подобное полное приятие горгономахии дает нам прекрасный повод с осторожностью относиться к этим «древним историям». Интересно отметить, что Диодор видит в горгонах многолюдное племя или народ, а не классических трех сестер, с которыми кроткая ликом Афина и благородный Персей обошлись столь низким образом. Бесспорно, что мегеры, сходные нравом с Горгонами и пренебрегавшие божественными и людскими законами, то и дело появлялись и в наших краях, и в расположенных к югу от них землях. Однако, отставив в сторону эту интересную мысль, мы видим: наши авторы утверждают, что к славе своей амазонки впервые восстали у западных пределов этих загадочных земель, «у отдаленнейших краев земли». Там они «вели иной образ жизни, чем наши женщины, потому что ради сохранения собственной девственности некоторое время занимались воинственными деяниями, а потом выходили замуж, чтобы иметь детей. Они держали в своих руках всю власть, занимали все общественные должности и ведали всеми делами, в то время как их мужчины на манер наших женщин ведали хозяйством, повиновались своим женам и не имели совершенно никакого представления о войне и управлении обществом». В данной форме брака мы имеем дело с радикальным отклонением от принятой в Феми-скирском полисе. Можно только удивляться тому, что она самым удивительным образом совпадает с зафиксированной среди африканских амазонок исторического времени, в чем можно убедиться при рассмотрении восточных и западных регионов. В остальных частностях — военных упражнениях, угнетении правой груди и особом уповании на искусство верховой езды — африканские и азиатские обычаи совпадают.

В отношении первой столицы этого общества возникает ряд самых интересных вопросов. Диодор утверждает, что они обитали на острове Гесперия, иначе Тритония, называвшемся так, потому что он был расположен посреди топи, носившей имя Тритонида и получившей его от впадавшей в Океан реки. Топь располагалась между Эфиопией и Атласом. По общему мнению, под названием сим подразумевались Геспериды, или Счастливые Острова (современный Канарский архипелаг), и подобная идентификация как будто бы подтверждается тем, что Тритония являлась страной, подверженной землетрясениям, в которой, как и в азиатской колыбели племени амазонок, из земли выбивалось пламя. Однако описание, приведенное нашим автором, скорее относится к оазису, расположенному посреди болота, или, быть может, в Великой Сахаре, или же на острове, находящемся внутри наносной дельты. Стоит заметить, что последняя вклинивается между Атласским хребтом и землей черных людей. Подобные уголки, как нам известно, служили в разные времена прибежищем для отнюдь не чернокожих народов. В них развивались местные цивилизации, отсюда высшие расы расселялись, покоряя соседей огнем и мечом. Кроме того, нам известно, что впоследствии Тритония погрузилась под воду и была проглочена морем в результате страшного землетрясения. Такое утверждение позволило многим связывать Африканскую Амазонию с погибшей Атлантидой, хотя описание последней никоим образом не согласуется с любопытными топографическими деталями, приведенными Диодором.

вернуться

13

Аналогичные экстравагантности имеют место и в наше время. Поклонницы ла Майллар и Теруань в цветовой гамме замечены среди "передовых" женщин Финляндии. Мистер Пауль Вайнеман говорит: "Красный цвет является теперь любимым среди женщин-социалисток. Они почитают его настолько, что на заседаниях парламента обязательно присутствуют в ярко-красных платьях". — Примеч. авт.

19
{"b":"222272","o":1}