ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Все это, конечно, не отменяет тот исторический факт, гласящий, что воительницы-женщины являлись именно из этих неведомых регионов иногда по одиночке и становились предводительницами, а иногда приходили целыми отрядами и поступали на службу в качестве рядовых бойцов и лагерной обслуги. Подобное явление, на самом деле, едва ли можно приписать одному только времени или историческом региону. Например, в Британии сохранилась память о доблести, проявленной Боудиккой, королевой иценов, о ее внезапном появлении на исторической арене, приведшем к избиению римских легионеров, об осаде римских лагерей и городов и о ее благородной кончине. История и искусство повествуют нам о германских и галльских женщинах, сражавшихся против римлян. Подобные ситуации повторяются снова и снова. Французская революция в 1792 году сопровождалась образованием отряда новых амазонок. Не безынтересно заметить, что достойный французский историк за несколько лет до этого утверждал, что франки являются прямыми потомками амазонок Сарматии. Женский отряд восемнадцатого столетия состоял из матрон предместий Галле и Фобург Сент-Антуан, ощутивших в крови жар убийства. Разодевшиеся в соответствии со смутными представлениями о классических временах (той героической поре, которая воспламеняла мысли всего революционного поколения) в короткие юбки, красные фригийские колпаки, они вооружались весьма делового вида пиками. Плутарх сообщает нам о доблестных жительницах Аргоса, столь удачно защищавших свой город от спартанцев, что им было позволено посвятить статую Аресу, кроме того, они получили право в день своей свадьбы носить накладные бороды.

Однако в отношении боевой доблести мы располагаем куда более пикантным инцидентом, повествующим о Фалестриде, представшей перед Александром, войско которого возвращалось через Парфию сразу после завоевания Персии и поражения от скифов. Царица эта вполне могла явиться во главе легиона своих воительниц-женщин, чтобы поклониться завоевателю, хотя титул «царицы амазонок», возможно, является украшением, дарованным ей впоследствии греческими историками. Конечно, Плутарх считает всю эту историю вымышленной и цитирует Лисимаха и самого Александра в поддержку своего мнения. Им мы можем противопоставить рассказы о вторжении в Персию во времена Кира «варваров», возглавлявшихся женщинами. Слухи о воинственных «дамах» постоянно циркулировали в Азии, и традиция эта находит свое комическое завершение в батальоне из 150 амазонок, охранявших в Лахоре Ранджита Сингха. Путешественники сообщали о существовании на Кавказе отрядов воительниц еще в относительно недавние времена, однако эти группы являлись частью общества, а не представляли собой женское государство. Традиция распространяется и на запад, так как воинственные женщины обнаруживаются на территории Богемии в VIII веке, и мы располагаем сообщениями о попытках установления ими матриархата.

Известия о наличии амазонок в Африке относятся к ранним временам, и возникновением своим они обязаны отчасти реально существовавшим великим царицам и их женской страже. Однако все подобные рассказы бесспорно расцвечены греческим мифом. Нам известны повествования об амазонках, обитавших в регионах, расположенных к юго-востоку от Египта, а также в другой стране ужасов, которую столь наглядно описала леди Лугард. Расположена она к югу от цивилизованной части континента и населенной народом ням-ням, лем-лем, рем-рем, дем-дем или ньям-ньям (дикари и по сей день любят подобные названия). К этим словам, оставивший сообщение автор всегда прибавлял: «которые едят людей».

Любопытно, что греки упоминают об африканских амазонках, обитавших на востоке и севере континента и завоевавших Азию, а также о великом вторжении воинственных женщин, направленном из Эфиопии на запад. Некоторым даже хотелось бы заставить нас поверить в то, что эти амазонки являлись потомками скифских воительниц, переплывших Средиземное море, миновавших Гибралтарский пролив и добравшихся до Гесперид, откуда они атаковали Эфиопию, после чего в направленном на восток походе вступили в Египет, перебрались на Ионические острова и в Азию. Там в итоге они были побеждены Гераклом. Весьма любопытная история об этом вторжении связана с союзом, заключенным с Гором, сыном Изиды, богини солнца, супруги и преемницы первобытного бога луны и зерна, а также великого царя Осириса, связанного с человеческими жертвоприношениями и ритуальными увечьями. Нынешние представления об истории части Африки, расположенной к северу от экватора, указывают на наличие постоянного проникновения на континент с востока людей азиатского происхождения, осуществлявшегося через Аравию и далее на запад. Эти африканизированные азиаты, по всей видимости, считали, что постепенное проникновение в глубь континента через средиземноморское побережье происходит достаточно медленно, и, захватив берега Атлантики, отправились на восток — навстречу своей шедшей от Нила родне. Если воительницы пришли с захватчиками, то воистину являлись потомками амазонок, любительницы копья много столетий сражались бок о бок с собственной жестокой родней мужского пола. Или же цивилизованные египтяне и берберы осторожно продвигались в вечной борьбе с чернокожими ням-нямами, то есть людоедами, обнаруживали земли, заселенные вооруженными девами, готовыми преградить им путь? В подобном случае имел место спонтанный рост, впоследствии преувеличенный греческими риторами. Не сомневаться можно лишь в том, что мы располагаем ранними свидетельствами, доказывающими существование боевых отрядов африканских женщин. Среди них наибольшей известностью обладают склонные к бесполости королевские гвардии Конго и Дагомеи, далее с меньшей определенностью знакомые нам воительницы из матриархальных стран восточной стороны материка. Однако достойных доверия упоминаний о лишенном мужчин и управляющемся женщинами государстве просто не существует.

Неизбежным образом оказалось, что Америка располагает собственными амазонками не только вооруженными до зубов, но имеющими собственное, свободное от мужчин государство. Над Европой пятнадцатого столетия властвовал греческий дух. И побуждаемые им европейцы отправились на запад не для того, чтобы открыть Новый Свет, но чтобы отыскать кратчайший путь в Индию, к ее беспредельным богатствам, чудесам и чудовищам, о которых сообщали древние. Мечты о погибшей Атлантиде, якобы существовавшем великолепном острове-континенте, месте нахождения Елисейских полей, таинственном золотом мосте между Африкой и Индией, были постоянным наваждением европейской культуры. Существование Атлантиды прекрасным образом разрешало множество недоумении, служило подтверждением многих умозрительных теорий. Соответственно ранние путешественники из многих стран, но в особенности те, кто находился в близком контакте с арабской цивилизацией, получившие от нее интеллектуальный стимул, воспринимали мир искаженным образом. Причиной тому служили предвзятость мнений, непостижимая доверчивость и изобильный запас суеверий. Не обязательно оспаривать повествование Франсиско Орельяны о том сопротивлении, которое оказали ему отряды вооруженных женщин на берегах Мараньона. Порядок вещей требовал, чтобы он переименовал реку в Амазонку и извлек из недр своей доверчивой памяти описание государства, в точности соответствовавшего описанию страны скифских амазонок. То, что ему вместе с многочисленными современниками пришлось сражаться с вооруженными женщинами, следует признать за факт; возможно также, что они жили отрядами или «племенами». Местный фольклор повествует о великих властительницах и предводительницах. Нам известно о существовании жриц; на некоторых стадиях развития жрец представляет собой вождя и воина. Причудливые повествования путешественников, посещавших эти края следом за конкистадорами, подозрительны как с точки зрения слишком близкого совпадения с азиатскими мифами, так и благодаря неподтвержденности многих деталей.

В данном случае можно ограничиться немногими словами в адрес исторических амазонок. Природа поведения человека в условиях стресса ныне остается и останется такой, какой была в прошлом; и находящаяся в трудном положении женщина будет иметь склонность к преувеличению человеческих страстей. Незачем, да и напрасно, обращать особенное внимание на тезис, который превосходно проиллюстрировали миф и история.

2
{"b":"222272","o":1}