ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A
* * *

«Зайди, о солнце!..»[78]

Перевод Г. Ратгауза

Зайди, о солнце! Скройся, мой ясный свет!
Кто зрел тебя, кто чтил божество твое?
Доступен ли сердцам мятежным
Свет безмятежный в высоком небе?
Но я дружу с тобою, светило дня.
Я помню час, когда я узнал тебя,
Когда божественным покоем
Мне Диотима целила душу,
О гостья с неба! Как я внимал тебе!
О Диотима, милая! Как потом
Сияющий и благодарный
Взор мой купался в лучах полудня!
Ручьи мне звонче пели, и нежностью
Дышал росток, из темной земли взойдя,
И в небе, в тучах серебристых
Мне улыбался Эфир приветный.

К СОЛНЦЕБОГУ

Перевод Г. Ратгауза

Где ты? Блаженство полнит всю душу мне,
Пьянит меня: мне все еще видится,
Как, утомлен дневной дорогой,
Бог-светоносец, клонясь к закату,
Купает кудри юные в золоте.
И взор мой все стремится вослед ему,
Но к мирным племенам ушел он,
Где воссылают ему молитвы.
Земля, любовь моя! Мы скорбим вдвоем
О светлом боге, что отлетел от нас.
И наша грусть, как в раннем детстве,
Клонит нас в сон. Мы — как струны арфы:
Пока рука арфиста не тронет их,
Там смутный ветер будит неверный звук,
И лишь любимого дыханье
Радость и жизнь возвратит нам снова.

ПАРКАМ

Перевод Г. Ратгауза

Одно даруйте лето, всевластные,
Даруйте осень зрелым словам моим,
И пусть, внимая милой лире,
Сердце мое навсегда умолкнет.
Верховный долг душа не исполнила,
У вод стигийских нет ей забвения.
Высокий замысел, хранимый
В сердце моем, завершить я должен.
Тогда, о царство теней, привет тебе!
Один, без лиры, сниду я в тишь твою,
Душою тверд: я день мой краткий
Прожил, как боги; чего мне боле?

РОДИНА

Перевод Г. Ратгауза

Под отчий кров спешит мореплаватель.
В краю чужом он жатву сбирал свою.
Я не спешу. Вдали от дома
Я пожинал только скорбь и муки.
Мой тихий берег! Ты воспитал меня,
Ты боль смиришь, утешишь любовь мою,
Лес, юности моей свидетель!
О, посули мне покой бывалый!
Ручей, манивший ясной волной меня,
Река, что вдаль свои корабли несла,—
Увижу вас! В предел заветный
Милой отчизны вступлю я снова.
Здесь ждут меня хранительных гор верхи,
Участье близких, дом моей матери,—
Все, все, о ком мечтало сердце.
Здесь заживут мои злые раны.
Друзья мои! Мне ведомо, ведомо:
Не исцелить вам боль и любовь мою,
И звуки песен колыбельных
Не успокоят больную душу.
Так! Нам даруют боги живой огонь,
И боги шлют нам скорби священные.
Я, сын Земли, приемлю твердо
Вечный мой жребий: любить и плакать.

ПРЕЖДЕ И ТЕПЕРЬ

Перевод Г. Ратгауза

В младые дни восход меня радовал,
Закат — печалил. Ныне я старше стал;
          Уже страшусь я зорь тревожных,
                    Вечер люблю я, святой и светлый.

СРЕДИНА ЖИЗНИ

Перевод Г. Ратгауза

В зеркальных водах — берег,
И ветка с желтой грушей,
И диких роз кусты.
О, милые лебеди!
В поцелуе забывшись,
Вы клоните головы
В священную трезвую воду.
Горе мне! В стужу, зимой,
Где взять мне цветов и солнце, и где
Быстролетные тени?
Стоит стена
Безмолвно и холодно, флюгер
Звенит под ветром.

ВОСПОМИНАНИЕ

Перевод Г. Ратгауза

Норд-ост воет,
Мой самый любимый ветер,
Потому что он смелый дух
И добрый путь сулит мореходам.
А теперь иди и приветствуй
Светлую Гаронну
И сады Бордо.
Здесь по острому берегу вниз
Уходит тропа, и в поток
Впадает ручей, а сверху
Благородная смотрит чета, —
Дуб с серебристым тополем.
Еще я четко помню, как
Широковершинные вязы
Над мельницей клонят листву,
А во дворе смоковница растет,
И в праздничные дни
Ходят мимо смуглые женщины
По шелковым тропам.
Все это в марте,
В дни равноденствия,
Когда над неспешной дорогой,
Налит золотыми мечтами,
Плывет усыпляющий ветер.
Но пусть протянут
Душистый кубок мне,
Сияющий темным светом,
И я усну. Отрадно
Сном меж теней забыться.
Нехорошо
Жить бездушными
Людскими мыслями, но славно —
С друзьями вести беседу
Сердечную, слушать рассказы
О днях любви
И о делах минувших.
Но где мои друзья? Где Беллармин
Со спутником? Иные
К истоку боятся подойти,
Исток же любого богатства
В море. Они,
Словно художники, копят
Красоты земли, промышляя
Крылатой войною, чтоб после
Прожить в пустыне долгие годы
Под безлиственным древом, где в ночи не сияют
Празднества городские,
И струнный звон, и туземные пляски.
А теперь в далекую Индию Ушли эти люди.
Там живут на воздушных высях.
Внизу — виноградник. С гор
Спадает Дордонь,
И, слившись с могучей Гаронной,
Широким морем
Плывет поток. В море взоры
Устремите свои. Оно отнимает
И возвращает память, любовь дарует.
А остальное создадут поэты.
вернуться

78

«Зайди, о солнце!..» (1800) — набросок оды. Под именем Диотимы, заимствованным из философского трактата Платона «Пир», Гельдерлин воспел в своем творчестве Сюзетту Гонтар (поэт был домашним учителем в купеческой семье Гонтаров во Франкфурте-на-Майне). Интересна переписка Гельдерлина и Сюзетты, дошедшая до нас, однако, не полностью.

60
{"b":"222274","o":1}