ЛитМир - Электронная Библиотека

– Именно. Принцип таков: если кому-либо потребуется информация, он или она должны проконсультироваться с библиотекарем, и библиотекарь должен обеспечить абонента нужной информацией. Совет не желает, чтобы люди свободно разгуливали по Библиотеке и самостоятельно работали с компьютерами. Члены Совета говорят, что затраты на ремонт и обслуживание компьютеров и прочей библиотечной техники становятся непомерными.

– Но это просто невероятно! Существует тысячелетняя традиция открытого доступа в Библиотеку!

– Существует, но в последние годы субсидии на содержание Библиотеки урезывались несколько раз, и средства у нас уже не те, к которым мы привыкли. Стало очень трудно поддерживать оборудование в должном состоянии.

Селдон потер подбородок.

– Но если субсидии урезаны, следовательно, вы наверняка были вынуждены понизить жалованье сотрудникам и прибегнуть к увольнениям – ну или, по крайней мере, не нанимать новых?

– Вы совершенно правы.

– Но в таком случае, как же вы сумеете взвалить на плечи сотрудников новый объем работы по обеспечению абонентов информацией?

– Замысел таков, что мы не будем обеспечивать абонентов всей информацией, которую они будут запрашивать, а только той, которую мы сочтем потребной.

– Значит, вы не только ограничите доступ в Библиотеку, а еще и ограничите доступ к информации?

– Боюсь, что так.

– Не могу поверить, что этого хотят все библиотекари.

– Ох, профессор Селдон, просто вы не знакомы с Дженнаро Маммери, – вздохнул Лас Зенов, и, поняв по лицу Селдона, что тот действительно не знает, о ком идет речь, продолжил: – «Кто он такой?» – спросите вы, Он – глава группировки в Совете, той самой, что ратует за закрытие Библиотеки, И чем дальше, тем больше членов Совета встает на его сторону. Если я позволю вам и вашим коллегам обосноваться в Библиотеке в качестве независимого подразделения, даже те члены Совета, которые сейчас не поддерживают Маммери, встанут на его сторону. В этом случае я буду вынужден уйти в отставку.

– Послушайте, – неожиданно горячо проговорил Селдон, – это – возможное закрытие Библиотеки, отказ в выдаче нужной информации абонентам, да и ограничение субсидий тоже – это признаки гибели Империи. Разве вы не согласны со мной?

– Если так рассуждать, то, может быть, вы и правы.

– Тогда позвольте мне поговорить с Советом. Позвольте объяснить им, какое будущее может ожидать Библиотеку и всю Империю и каковы мои намерения. Может быть, я сумею убедить их, как убедил вас.

Зенов задумался.

– Мне бы хотелось вам помочь, но вы должны заранее знать, что ваша попытка может оказаться безуспешной.

– Я должен рискнуть. Прошу вас, сделайте все возможное и дайте мне знать, где и когда я смогу встретиться с Советом…

Селдон оставил Зенова в смятенном настроении. Все, что он сказал Главному Библиотекарю было правдой и лежало на поверхности. Не сказал он ему только одного – какова была его истинная цель пользования Библиотекой.

А не сказал он этого потому, что пока и сам этого точно не знал.

9

Гэри Селдон сидел у постели Юго Амариля – печально, терпеливо. Дни Юго были сочтены. Медицина была бессильна, даже если бы Юго решил прибегнуть к помощи врачей, а он от нее отказался.

Ему было всего пятьдесят пять. Селдону – семьдесят, а он все еще был в неплохой форме – вот только ревматизм докучал, из-за приступов которого он время от времени начинал прихрамывать.

Амариль открыл глаза.

– Ты все еще здесь, Гэри?

Селдон кивнул.

– Я не покину тебя.

– Пока я не умру?

– Да, – ответил Селдон и, не сдержав тоски и горечи, сказал: – Ну зачем же ты так, Юго? Живи ты нормальной жизнью, ты бы прожил еще лет двадцать, а то и все тридцать!

Амариль вяло улыбнулся.

– Нормальной жизнью? То есть с выходными, отпусками? Ездил на курорты? Развлекался?

– Да. Да.

– Тогда бы я либо все время думал о том, как бы поскорее вернуться к работе, либо в конце концов мне бы понравилось бить баклуши, и за эти двадцать или тридцать лет я бы больше ничего не сделал. На себя посмотри.

– Зачем?

– Десять лет при Клеоне ты был премьер-министром. Сильно ли ты преуспел в науке за эти годы?

– Я тратил четверть свободного времени на психоисторию, – возразил Селдон.

– Преувеличиваешь. Если бы не я, прогресс психоистории забуксовал бы.

Селдон кивнул:

– Ты прав, Юго. И за это я тебе очень благодарен.

– Да и раньше, и потом, когда ты половину времени тратил на административные дела, кто делал – да, теперь уже делал… всю настоящую работу? А?

– Ты, Юго.

– То-то и оно, – пробормотал Юго и закрыл глаза.

– И все-таки, – сказал Селдон, – ты готов взяться за все эти административные дела, если бы пережил меня?

– Нет! Я хотел возглавить Проект, чтобы он двигался в том направлении, в каком хотелось мне, а административные обязанности я бы отдал другим.

Амариль тяжело дышал. Но вот он слабо пошевелился, открыл глаза и взглянул на Гэри в упор.

– Скажи, что будет с психоисторией, когда меня не станет? Ты думал об этом?

– Думал. И хочу поговорить с тобой об этом. Могу порадовать тебя, Юго. Я верю, что в психоистории произойдет революция.

– В каком смысле? – нахмурился Юго. – Что-то мне не нравится, как это звучит.

– Послушай. Это была твоя идея. Несколько лет назад ты сказал мне, что хорошо бы основать две Академии. Два отдельных учреждения, изолированных друг от друга и призванных послужить зародышами новой, Второй Галактической Империи. Помнишь? Это же ты придумал.

– Психоисторические формулы…

– Знаю. С их помощью. Теперь, Юго, я вовсю разрабатываю эту твою идею. Мне удалось получить кабинет в Галактической Библиотеке…

– Ах, Галактическая Библиотека… – Амариль еще сильнее нахмурился. – Не нравятся они мне. Кучка самовлюбленных тупиц…

– Не все там тупицы, Юго. Главный Библиотекарь, Лас Зенов, человек неглупый и неплохой.

– А тебе не встречался там библиотекарь но имени Маммери – Дженнаро Маммери?

– Нет, но я о нем слышал.

– Полное ничтожество. Однажды мы с ним повздорили – он меня принялся распекать за то, что я что-то с места сдвинул или не туда поставил. А я ничего такого не делал и жутко разозлился. Я словно обратно в Даль попал. Знаешь, Гэри, в далийском жаргоне есть масса оскорбительных словечек. Вот и я использовал одно из них по его адресу. Я сказал ему, что он мешает работе над психоисторией и что в истории останется в образе злодея. Ну, вместо слова «злодей» я ввернул это самое словечко, – Амариль слабо улыбнулся. – Словом, он заткнулся.

Селдон неожиданно догадался о причине враждебного отношения Маммери к посетителям Библиотеки и к самой психоистории – по крайней мере, частично… но об этом он Юго ничего не сказал.

– Так вот, Юго, – продолжал Селдон, – ты говорил, что нужно создать две Академии, так чтобы, если одна погибнет, вторая продолжала работать. Мы пойдем дальше.

– В каком смысле?

– Помнишь, два года тому назад Ванда ухитрилась прочитать твои мысли и увидела, что одна цепочка уравнений в Главном Радианте порочна?

– Конечно, помню.

– Ну так вот: мы найдем других таких же, как Ванда. В одной из наших Академий будут трудиться, в основном, физики, задачей которых будет сохранение знаний, накопленных человечеством. Эта Академия станет прообразом, зародышем повой Империи. А во Второй Академии будут работать только психоисторики, те, которым будет под силу трудиться над психоисторией сообща, объединив свои сознания. Это будет намного быстрее, чем если бы каждый из них мыслил в одиночку. Во Второй Академии соберутся менталисты, телепаты – называй как хочешь. Они станут руководителями плана, теми, кто будет вносить в него необходимые изменения с течением времени – понимаешь? Они всегда будут оставаться в тени – невидимые наблюдатели, хранители Империи.

– Прекрасно! – еле слышно проговорил Амариль. – Просто прекрасно! Вот видишь, как верно я выбрал время уйти? Мне больше здесь делать нечего.

73
{"b":"2225","o":1}