Содержание  
A
A
1
2
3
...
13
14
15
...
63

Я крепче сжала трубку. В эту минуту песня закончилась и я кивнула:

– Отключи нас, Марти. – Потом, глубоко вздохнув, я сказала в трубку: – Привет.

– Привет, Бренда, – послышался глубокий, спокойный голос Ника, – мне бы хотелось поговорить с тобой обо всем, но не в эфире.

– Почему? Ты хочешь сказать, что свидание отменяется?

Ник засмеялся. Господи, как он хорошо смеется!

– Конечно, нет. Просто я хотел предупредить тебя, что со мной в ресторан отправится наш режиссер – он хочет сделать прямой репортаж о нашей встрече.

– Что ж, наш режиссер собирается заняться тем же, – мрачно сообщила я.

– Если ты не захочешь встретиться со мной, я пойму…

– Нет. – Если мы сейчас не встретимся, то, возможно, другого шанса увидеться с Ником не будет. Я постаралась унять дрожь в голосе. – Мы обязательно пойдем, если, конечно, ты сам не передумал.

– Ни за что. И еще – я хочу с тобой встретиться вовсе не для того, чтобы повысить рейтинг своей радиостанции.

У меня в груди что-то екнуло.

– Почему же тогда ты все время звонил мне в прямой эфир, а не домой? Почему не позвонил мне и не сказал: «Привет, Бренда, мне было с тобой хорошо. Даже твой дурацкий братец ничего не испортил… Мне бы хотелось встретиться с тобой еще раз. Как насчет субботы?»

Ник снова засмеялся:

– У меня нет твоего номера, и к тому же я не знал, что ты та самая Бренда, которая работает на Кей-си-эл-пи. Я догадался об этом только утром в понедельник.

– Ладно, я тебе поверю.

На самом деле это не совсем так, но было лучше превратить все в шутку.

– Эй, Ник, – сказала я.

– Да, Бренда?

– Ты ведь записал наш разговор, да? Когда я повешу трубку, не пускай это в эфир, хорошо?

– Слово джентльмена. В любом случае я никогда не сделал бы этого.

– Отлично. Я верю тебе, Ник. До встречи.

Когда я повесила трубку, мое сердце бешено колотилось в груди, и каждый его толчок сопровождался каким-то неприятным болезненным ощущением. Заметив, что Марти по-прежнему ухмыляется, я включила Кей-би-зед и стала слушать, что у них там происходит. Наш разговор Ник в эфир не пустил, но это ничего не значило: он мог включить его в любое другое время.

Люди звонили мне и говорили, что они очень рады за меня, что ожидали именно такого завершения этого недельного противостояния. Некоторые, правда, сердились, и один молодой человек сказал мне:

– Напрасно ты сдалась, Бренда!

– Мне просто стало жаль Ника, – попыталась я защититься.

Потом позвонил еще один парень и спросил меня:

– Свидание в эту субботу?

– Да. Приходи в «У Тонио» и поучаствуй в шоу: там можно будет выиграть отличный приз.

– А мне показалось, что в эту субботу ты собиралась встретиться с мамой. Я слышал, как пару дней назад ты обещала пойти с ней за покупками, разве нет?

Боже, я совсем забыла о своем обещании, или, возможно, я просто не хотела о нем помнить.

Я сняла наушники, меня раздражало, что другие люди гораздо лучше меня знают обо всем происходящем в моей жизни.

Глава 7

ДЖЕРРИ РАССТРАИВАЕТ СВИДАНИЕ

Как ни странно, моя мать была в курсе всех событий, которые происходили у нас на радиостанции: оказывается, она слушала все мои выпуски. Теперь она показала себя с лучшей стороны, проявила такое понимание и такое великодушие, что мне оставалось только порадоваться и поблагодарить ее за это. Правда, при этом я почему-то снова почувствовала себя маленьким, беспомощным ребенком, до которого снисходили взрослые.

Разумеется, она стала терпеливо объяснять мне, что нашу встречу можно перенести на другое время. В соответствии с ее новым планом я должна была приехать к ней в десять часов, и потом мы бы отправились в кафе… Но тут я стала возражать. В два часа у меня встреча с Ником в «У Тонио», и мне совсем не хотелось съедать два ленча подряд. На это мама сказала, что во время похода в кафе с ней я могу ограничиться только салатом.

Уже с самого начала было понятно, что я проиграю этот бой, хотя Дэвид тоже не хотел, чтобы я шла с матерью. И все же я не могла так с ней поступить.

Попрощавшись с Дэвидом и Клариссой, я отправилась к матери. В десять часов пять минут я была уже около ее дома и, припарковавшись, вышла из машины, а затем подошла к двери и постучала.

Неожиданно я услышала за дверью странное постукивание, пощелкивание и шуршание. Раньше я бы просто вошла в дом и посмотрела, что там происходит, – ведь ключ от входной двери все еще лежал у меня в сумочке; но теперь мне совсем не хотелось видеть, как моя мама катается вместе с Джерри по постели. Все, что угодно, только не это.

Дверь открыл Джерри Мерфи, на нем были голубые джинсы и красная футболка. Этот цвет очень хорошо подходил к его загорелой коже и темно-каштановым волосам, однако мне не понравилось то, что я все еще находила его привлекательным.

– Заходи. – Он сделал картинный жест рукой и посторонился.

Я вошла в гостиную и огляделась. В 1970 году еще можно было позволить себе такую роскошь, как собственный дом в Сан-Диего. Тогда большой популярностью пользовался стиль, называемый «калифорнийское ранчо», и именно в таком стиле был построен этот дом – большой, с высокими потолками, с целой вереницей проходных комнат, с гигантской хозяйской спальней в одном крыле и с детскими комнатами в другом. Окна гостиной с камином выходили во внутренний дворик, за которым виднелся залив. Этот фантастически прекрасный пейзаж с разноцветными лодками, яхтами и парусами наполнял дом ощущением покоя и гармонии. В родительской спальне было две двери, одна из них, стеклянная, выходила во внутренний дворик. Там, вероятно, мать и Джерри завтракали, когда стояла хорошая погода.

Мать и отец пару раз делали в доме ремонт и однажды даже постелили новый линолеум с рисунком, имитирующим мексиканскую плитку. А еще они заменили тканевые обои деревянными панелями, потому что им нравилось все время что-то делать в доме. Я бы даже сказала, что они были помешаны на этом.

Плюхнувшись на кожаный диван, я сложила руки на груди.

– Где мама?

Джерри присел на кирпичный приступок у камина.

– Она вышла ненадолго.

– И куда же она отправилась, зная, что я приду?

– В магазин, ей там срочно что-то потребовалось.

– Значит, мы здесь одни?

Джерри кивнул.

– Если хочешь, мы можем немного поговорить. Я поднялась.

– Думаю, лучше мне подождать в машине. Джерри тоже встал и подошел ко мне.

– Постой, Бренда.

Я вдруг почувствовала, что смертельно устала от мужчин, которые то и дело вставали у меня на пути и начинали что-то от меня требовать.

– Отойди!

Джерри просительно посмотрел на меня грустными карими глазами, в которых можно было ненароком утонуть.

– Подожди, пожалуйста. Нам правда нужно поговорить.

– О чем? О тебе и о моей матери? Мне совсем не хочется говорить об этом.

– Но ты должна смириться с этим.

– Смириться? С чем я должна смириться? Она заманила меня сюда, сказав, что хочет пройтись со мной по магазинам, а вместо этого…

– Это моя идея.

– А Мне следовало догадаться.

– Я хочу объяснить тебе кое-что. Сара – это лучшее, что было в моей жизни, и я действительно люблю ее.

– Правда?

– Да. Я хочу, чтобы ты сказала это Дэвиду.

Похоже, Джерри сильно огорчал тот факт, что Дэвид отвернулся от него. Слушая бесконечные разговоры Дэвида и Клариссы, я сделала вывод, что Джерри и Дэвид были очень дружны в Чикаго Джерри был единственным человеком, который не оставил Дэвида после того, как тот разорился, и даже помог ему вернуться в Сан-Диего.

Одна часть меня хотела поверить Джерри, но другая по-прежнему ненавидела его. Этот человек говорил, что не хотел причинить Дэвиду боль, однако он сделал это.

– Скажи, а как бы ты чувствовал себя, если бы Дэвид стал встречаться с твоей матерью?

Джерри улыбнулся, но через мгновение его улыбка погасла.

– Возможно, мне это не понравилось бы, но я бы попытался посмотреть на ситуацию ее глазами.

14
{"b":"223","o":1}