ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я настаиваю.

– Ладно, – уныло согласился Азазел и погрузился в долгую литанию вздохов, пыхтений и бормотаний, долженствующих мне показать, как он тяжело работает. Наконец он сказал: – Готово.

– Ладно, подожди здесь. Я только проверю и вернусь.

Сбежав вниз, я увидел Ганнибала Уэста там, где я его оставил. Бармен подмигнул мне, когда я с ним поравняйся:

– Выпивка не потребовалась, сэр.

Я выдал этому достойному человеку еще пять долларов.

Уэст радостно воскликнул:

– А, это вы!

– Разумеется, – ответил я. – Вы весьма наблюдательны. Я решил проблему звазера.

– Проблему чего?

– Того предмета, который был открыт вами в процессе спелеологических исследований.

– Каких исследований?

– Спелеологических. Осмотра пещер.

– Сэр, – Уэст поморщился. – Я в жизни не был ни в одной пещере. Вы – душевнобольной?

– Нет. Но я вспомнил, что у меня важная встреча. Прощайте, сэр. Возможно, мы больше не увидимся.

Я поспешил наверх, слегка, запыхавшись, и услышал, как Азазел жужжит себе под нос мотивчик, популярный среди его народа. Тамошний музыкальный вкус – если его можно так назвать – весьма извращен.

– Он лишился памяти, – сказал я. – Надеюсь, навсегда.

– Конечно, – отозвался Азазел. – Теперь надо бы заняться самим звазером. Раз он может усиливать звук за счет тепловой энергии Земли, значит, у него должна быть очень тонко подогнанная структура. А тогда мелкое нарушение регулировки в какой-нибудь ключевой точке выведет его из строя навеки. Где он находиться?

Я посмотрел на него, как громом пораженный:

– Откуда мне знать?

Он на меня уставился, тоже как будто громом пораженный, хотя на его миниатюрном личике трудно что-нибудь разобрать.

– Ты хочешь сказать, что мы отерли его память до того, как ты узнал столь важную вещь?

– Да мне и в голову не приходило, – сказал я.

– Но ведь если звазер существует – то есть если его убежденность основывается на фактах, – то кто-то может в него вляпаться снова, или какая-то тварь на него налетит, или просто метеорит стукнет, и это может случиться в любую минуту дня и ночи. И вся жизнь на Земле погибнет.

– Боже правый, – простонал я.

Очевидно, мое отчаяние его тронуло, и он произнес:

– Ну ладно, ладно, друг, не так все страшно. Худшее, что может случиться – исчезнут люди. Всего только люди, а не путное что.

Закончив свой рассказ, Джордж безнадежным голосом добавил:

– И вот так оно и есть. Приходится жить, зная, что весь мир может в любую секунду кончиться.

– Чушь, – совершенно искренне заметил я. – Если даже вы не вре… – извините – говорите правду про этого Ганнибала Уэста, все это может быть просто порождением его больной фантазии.

Джордж высокомерно посмотрел на меня поверх собственного носа и после некоторой паузы произнес:

– Даже за самых прекрасных самини с родины Азазела не согласился бы я разделять эту вашу склонность к дешевому скептицизму. Что вы скажете на это?

Из бумажника он достал кусок газеты. Это была вырезка из вчерашней «Нью-Йорк таймс» с заголовком: «Неясный рокот». Там говорилось о неясном рокоте, который перебудоражил жителей Гренобля во Франции.

– Объяснение, Джордж, единственное. Вы увидели эту статью и присочинили к ней целую историю.

Джордж чуть было не взорвался, но тут я взял в руки счет на довольно приличную сумму, положенный между нами официанткой, и тогда его чувства смягчились, и мы с ним очень дружелюбно попрощались за руку, Но должен признать, мне с тех пор как-то неспокойно спится. И где-то примерно в полтретьего ночи я сижу в кровати и прислушиваюсь к глухому рокоту, который как раз меня и будит.

3
{"b":"2234","o":1}