ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Земля лишних. Два билета туда
Там, где тебя ждут
Цифровая диета: Как победить зависимость от гаджетов и технологий
Ночной Охотник
Кости зверя
Палачи и герои
Правила нормального питания
Ликвидатор. Темный пульсар
Цербер. Легион Цербера. Атака на мир Цербера (сборник)
A
A

– А ну скажи ему… – но осекся. Что толку кричать на робота? То есть кричать-то можно, но на робота крик действует не сильнее, чем шепот. И Бейли продолжал нормальным голосом: – Скажи доктору Либичу или роботу, с кем ты там ведешь переговоры, что я расследую убийство его коллеги, примерного солярианина. Скажи, что я не могу ждать, пока доктор закончит работу. Скажи, что, если он через пять минут не выйдет на связь, я сяду на самолет и встречусь с ним лично в его имении не позже чем через час. Так и скажи – встречусь лично, чтобы не было ошибки, – И Бейли вернулся к своему сандвичу.

Не прошло и пяти минут, как перед ним возник Либич – по крайней мере, солярианин, которого Бейли счел Либичем.

Это был худощавый человек, который держался прямо и чопорно. В темных глазах навыкате застыло отрешенное выражение, сейчас слегка разбавленное гневом. Одно веко было чуть ниже другого.

– Вы землянин? – спросил он.

– Элайдж Бейли; инспектор класса С-7, расследую убийство доктора Рикэна Дельмара. А вы?

– Доктор Джотан Либич. Почему вы позволяете себе беспокоить меня во время работы?

– Потому что это моя работа.

– Так занимайтесь ею в другом месте.

– Сначала мне нужно задать вам несколько вопросов, доктор. Вы, кажется, тесно сотрудничали с доктором Дельмаром?

Либич вдруг сжал кулак и направился к камину, на котором маленький, хитро устроенный часовой механизм совершал сложные, гипнотизирующие глаз периодические движения.

Видоискатель следовал за Либичем так, что тот все время находился в центре кадра – перемещалась комната, дергаясь рывками в такт его шагам.

– Если вы тот инопланетянин, которого грозился доставить Грюер…

– Тот самый.

– Тогда вы здесь вопреки моему совету. Сеанс окончен.

– Нет, не прерывайте сеанс. – Бейли повысил голос и наставил на роботехника палец – тот при этом заметно отпрянул, в отвращении скривив свои полные губы, – Я ведь не блефовал, говоря о встрече.

– Пожалуйста, избавьте меня от вашей земной вульгарности.

– Если я что-то говорю, я это делаю. Я приду к вам, если нельзя заставить вас говорить по-другому. Возьму за шиворот и заставлю выслушать меня.

– Вы грязная скотина, – Либич попятился.

– Это как вам угодно, но я так и поступлю.

– Если вы вторгнетесь в мое имение, я… я…

– Что вы? Убьете меня? Вы часто так угрожаете людям?

– Я вам не угрожал.

– Тогда поговорим. Мы и так уже потеряли много ценного времени. Вы тесно сотрудничали с доктором Дельмаром. Верно?

Роботехник опустил голову и стал дышать медленно и мерно. Когда он поднял глаза, то уже полностью владел собой и даже выдавил короткую безжизненную улыбку.

– Да.

– Дельмара, насколько я понял, интересовали роботы нового типа,

– Да.

– Какого именно типа?

– Вы роботехник?

– Нет. Объясните мне так, чтобы я понял.

– Не уверен, что смогу.

– А вы постарайтесь. Я, например, думаю, что ему нужны были роботы, способные заставить детей слушаться, Что для этого требовалось?

Либич поднял брови.

– Если не вдаваться в детали и опустить различные тонкости, то нужно усилить С-интеграл, управляющий двойной маршруткой реакцией Сикоровича на уровне W-65.

– Ребус какой-то.

– Тем не менее…

– Все равно ребус. Вы не можете объяснить по-другому?

– Это означает некоторое ослабление Первого Закона.

– Почему? Ведь ребенка наказывают для его же пользы – такова идея, верно?

– Для его же пользы! – Глаза Либича вспыхнули, и он, почти позабыв о своем собеседнике, заговорил более свободно. – По-вашему, все так просто? Много ли людей способно претерпеть мелкие неудобства во имя будущих благ? Попробуйте внушить ребенку, что от сладкого у него может заболеть живот, а от горького живот вскоре пройдет! И вы хотите, чтобы это понял робот? Боль, которую робот причиняет ребенку, посылает мощный разрушительный импульс в позитронный мозг. Чтобы уравновесить этот импульс другим, выражающим будущую пользу, нужно столько основных и дополнительных схем, что мозг увеличивается на пятьдесят процентов – если не пожертвовать прочими схемами.

– Значит, вам не удалось создать такого робота?

– Нет, не удалось и не удастся. Да и никому не удастся.

– В день своей смерти Дельмар испытывал именно такую модель?

– Нет, не такую. Нас интересовали и более практические проблемы.

– Доктор Либич, – спокойно сказал Бейли, – мне предстоит еще многое усвоить в области роботехники, и я хочу попросить вас стать моим учителем.

Либич затряс головой, и его приспущенное веко сползло еще ниже, будто он подмигнул, – впечатление получилось жутковатое.

– Излишне объяснять, что курс роботехники нельзя прочесть в считанные минуты. У меня нет времени.

– И все-таки вам придется позаниматься со мной. Тут у вас на Солярии все пропахло роботами. Если вопрос только во времени, я тем более должен к вам приехать. Я землянин и не могу удовлетворительно работать или думать с помощью видео.

Казалось бы, Либичу больше некуда выпрямляться, но он выпрямился.

– Ваши земные фобии меня не волнуют. Визит невозможен.

– Думаю, вы перемените свое мнение, когда я скажу то главное, о чем хотел проконсультироваться с вами.

– Что бы вы ни сказали, это ничего не изменит.

– Да? Тогда слушайте. Я убежден, что на протяжении всей истории существования позитронного робота Первый Закон Роботехники намеренно читался неверно.

– Как неверно? – дернулся Либич. – Глупец! Сумасшедший! Почему?

– Чтобы скрыть тот факт, – невозмутимо сказал Бейли, – что робот способен совершить убийство.

Глава четырнадцатая

Мотив выявляется

Либич медленно разинул рот. Бейли подумал, что он сейчас зарычит, но потом с большим удивлением убедился, что это самая неудачная попытка улыбнуться, которую ему доводилось видеть,

– Не говорите так, – сказал Либич. – Нигде и никогда.

– Почему?

– Потому что опасно поощрять недоверие к роботам даже в самой малой степени. Недоверие к роботам – болезнь человечества!

Он говорил так, будто внушал что-то малому ребенку. Говорил мягко, хотя ему, должно быть, хотелось орать в голос. Говорил, стараясь убедить, хотя с большей охотой, очевидно, прочитал бы Бейли смертный приговор.

– Вы знаете историю роботехники? – спросил он.

– Немного,

– Должны знать, раз вы землянин. Так вот. Вы знаете, что роботов с самого начала встретил комплекс Франкенштейна? Их подозревали. Люди не доверяли им, боялись их. В результате роботехника стала чуть ли не подпольной наукой. Три Закона были приняты ради того, чтобы преодолеть эту враждебность, но даже и тогда Земля не допустила роботов в человеческое общество. Одной из причин, по которой первые поселенцы покинули Землю и отправились колонизировать космос, было создание социальных структур, где роботы могли бы избавить человека от бедности и тяжкого труда. И даже там подозрение продолжало тлеть, готовое в любой момент вырваться наружу.

– А вам приходилось сталкиваться с недоверием к роботам?

– Много раз, – мрачно ответил Либич.

– И потому вы и прочие роботехники сговорились чуть-чуть исказить факты, лишь бы усыпить общее подозрение?

– Никто ничего не искажал!

– И все Три Закона сформулированы правильно?

– Да!

– А я могу вам доказать, что неправильно, и, если вы не убедите меня в обратном, я по возможности повторю это перед всей Галактикой.

– Вы не в своем уме. Какое бы доказательство вы там ни выдумали, оно ложное, уверяю вас.

– Обсудим?

– Если это не займет много времени.

– Встретимся? Лицом к лицу? Худое лицо Либича передернулось.

– Нет!!

– До свидания, доктор Либич, Найдутся люди, которые меня выслушают.

– Подождите. Великая Галактика, да подождите же!

– Встретимся?

Роботехник медленно поднес руку к губам, помедлил, сунул в рот большой палец и уставился на Бейли пустым взором.

32
{"b":"2239","o":1}