ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
11 врагов руководителя: Модели поведения, способные разрушить карьеру и бизнес
Любовь и брокколи: В поисках детского аппетита
Сила мифа
С любовью, Лара Джин
Я хочу больше идей. Более 100 техник и упражнений для развития творческого мышления
Милая девочка
Ложь
Эльфика. Другая я. Снежные сказки о любви, надежде и сбывающихся мечтах
Соль

– Не подходите! – взвизгнула Антония. – Я не шучу, Деверилл, и непременно прыгну, если вы не доставите меня обратно в гавань. – Она затаила дыхание, понимая, что своей безрассудностью создала безвыходное положение: она отказывалась подчиниться Девериллу, а он отказывался выполнить ее требование.

– Что ж, отлично. – К ее изумлению, Трей беззаботно пожал плечами. – Капитан Ллойд, – окликнул он моряка, стоявшего за штурвалом, – поворачивайте в порт.

– Слушаюсь, сэр.

– А вы, Антония, будьте внимательны, – предупредил он, – иначе крепеж бизани вас ударит.

Взглянув вверх, Антония увидела, что треугольный парус, прикрепленный к толстому деревянному брусу, движется в ее сторону; затем шхуна неожиданно нырнула, и Антония едва не потеряла и так неустойчивое равновесие. Она изо всех сил ухватилась за поручни, чтобы не упасть за борт…

В ту же секунду сильные руки оттащили ее с ненадежной позиции на твердую палубу.

– Будьте вы прокляты! – в ярости завопила Антония. – Вы обманули меня!

– Дорогая, для вашего же блага, поверьте.

Антония постаралась освободиться от его мощной хватки, но Деверилл обхватил ее обеими руками, и это безжалостное объятие только еще больше разозлило ее.

– Пустите! Вы меня совсем задушили!

– По-видимому, не совсем, – сухо возразил он. Столь язвительное замечание, разумеется, не осталось незамеченным; Антония откинула голову назад и ударила Трея по подбородку. Одновременно она наступила ногой на его сапог, и он скорее от удивления, чем от боли, выпустил ее.

Антония тут же отскочила от него, дрожа от негодования.

– Вы… Вы… – Она не могла найти слов.

– Дьявол? – любезно подсказал Трей, потирая ушибленный подбородок.

– Вот именно! Вы дьявол, изверг и негодяй!

– Возможно. Но зато я стараюсь вас спасти. – Он снова шагнул к ней, и Антония лихорадочно окинула взглядом палубу в поисках оружия для защиты. Заметив кусок цепи, она ухватилась за ее конец, и хотя цепь была очень тяжелой, сумела приподнять ее…

– Флетчер… – Деверилл вытянул руку вперед. – Все в порядке.

По-видимому, он обращался к кому-то слева от нее, но Антония не собиралась снова попадаться на его удочку и с цепью в руках двинулась на него. Однако она успела сделать всего один шаг, когда краем глаза увидела пожилого мужчину, которого оглушила в каюте: он направлялся прямо к ней, держа в руках нечто похожее на большой парусиновый мешок или кусок паруса.

Заметив жест Деверилла, он остановился, но когда Антония в тревоге обернулась и замахнулась цепью, старый моряк с пронзительным криком бросился на нее, высоко подняв свой «парус», словно собирался набросить его на голову пленницы. При этом он наступил на угол «паруса» и, падая, подобно тарану врезался головой в бок Антонии.

Страшный удар мгновенно вышиб из легких Антонии воздух, ее развернуло, и она почувствовала, что летит на палубу, а старик падает на нее сверху. Потом голову пронзила адская боль, и свет перед ее глазами померк.

Десять минут спустя Деверилл, мучимый угрызениями совести, сидел возле потерявшей сознание Антонии и прикладывал к синяку у нее на лбу мокрый «парус». Флетчер топтался позади него, хмуро бормоча извинения, сопровождаемые проклятиями. Гордость старого моряка была основательно задета: сначала он получил от сопливой девчонки удар по голове проклятым горшком, а потом чуть не убил ее своими неуклюжими действиями. В конце концов Девериллу пришлось выпроводить его, и только после этого он остался с Антонией наедине.

Слава Богу, она по крайней мере жива. У него чуть не остановилось сердце, когда упрямая красотка пригрозила утопиться. Разумеется, Трей вполне понимал ее чувства и даже отчасти разделял их: во время двух месяцев заточения в турецкой тюрьме ему постоянно хотелось наброситься на своих врагов, но стремление выжить взяло верх, и он берег силы, пока не представилась возможность убежать и спасти тех из его команды, кто еще оставался в живых.

Оторвавшись от мрачных воспоминаний, Деверилл опустил тряпку в стоявшую рядом с койкой миску и бережно провел мокрой тканью по кремовой коже Антонии.

Бесконечная нежность всколыхнулась внутри его – естественное стремление мужчины защитить свою женщину. Вот только она не была его женщиной. Пока.

Трей усмехнулся, вспомнив, как еще совсем недавно ее глаза пылали праведным гневом. Он и не ожидал, что Антония сдастся без борьбы, однако ее изобретательность застала его врасплох. У нее хватило выдумки развести огонь, чтобы отвлечь его внимание, и если бы она умела плавать, то непременно убежала бы от него. Это сочетание непокорности и ранимости трогало его куда больше, чем он мог себе позволить…

В этот момент Антония тихо застонала. Взглянув на нее, Трей уже не мог отвести взгляд от ее красивого лица, окруженного облаком пламенеющих волос. В этот момент ему больше всего на свете хотелось поцеловать ее, отведать вкус пухлых губ, успокоить ее… И все же он подавил этот порыв, зная, что должен защищать Антонию от себя не меньше, чем от коварного барона, за которого она собиралась выйти замуж.

Протянув руку, Трей осторожно убрал с ее лица растрепавшиеся пряди волос, и от его нежного прикосновения Антония тихо вздохнула. Ей снова снился Деверилл, но если это сон, то почему его прикосновение столь реально? И почему у нее так ужасно болит голова?

Она с трудом приподняла голову и медленно огляделась: Деверилл сидел возле нее, прижимая мокрую тряпку к ее ноющей голове.

– Где я? – спросила Антония и страшно удивилась, когда Деверилл ответил ей, тем самым доказав, что он не плод ее воображения.

– В моей каюте.

– В каюте?

Она пыталась понять, как оказалась в столь странном месте, но так и не смогла ничего вспомнить.

Длинные смуглые пальцы Деверилла нежно погладили ее по лбу, и от этого сердце ее забилось быстрее, а чувства словно пробудились.

– Вы ударились головой, когда упали, – негромко сообщил Деверилл.

Подняв руку и ощупав лоб, Антония обнаружила здоровенную шишку и, внезапно вспомнив все, вздрогнула. События последнего часа предстали перед ней с пугающей ясностью. Предательство Деверилла, ее попытка убежать, внезапная темнота… Должно быть, Деверилл принес ее, пока она была без сознания, в свою каюту, очень похожую на ту, где ее заперли, только большую по размерам и богаче обставленную.

– Точнее, когда на меня напали, – хриплым голосом уточнила Антония.

– Мне очень жаль. Вы пострадали ни за что. – Голос Деверилла даже не дрогнул.

– Тогда зачем же вы удерживаете меня здесь?

– Я хочу защитить вас, и пошел на обман, так как знал, что вы не станете слушать никаких разумных доводов.

– Пожалуйста, не говорите мне о доводах, вы просто-напросто обыкновенный пират!

Деверилл вздохнул и покачал головой, глядя на нее так, как будто одновременно досадовал и восхищался ее упрямством.

– Тронут вашей признательностью, дорогая. Я всего лишь помешал вам выйти замуж за убийцу и потом стать его жертвой.

– А мне бы хотелось, чтобы вы избавили меня от своей заботы и своего возмутительного деспотизма! – Антония попыталась сесть, но боль в голове не позволила ей сделать это. – Итак, управлять моей жизнью стало вашим предназначением, не так ли, Деверилл? Вам нравится делать выбор за меня?

– Дело не в «нравится или не нравится», просто после смерти вашего отца я считаю вас своей подопечной.

Понимая, что спорить дальше абсолютно бесполезно, Антония в упор посмотрела на него.

– Вы сказали, что у вас есть подтверждение ваших заявлений. Или это тоже ложь?

Поднявшись, Деверилл поставил миску с водой на умывальник, затем подошел к письменному столу и, взяв с него потрепанный лист бумаги, подал его Антонии.

– Вот письмо, которое миссис Пик прислала мне несколько месяцев назад. Прочитайте его. Вам решать, есть у меня основания для подозрений или нет.

Антония быстро пробежала глазами письмо, и ее сердце сжалось.

20
{"b":"225","o":1}