1
2
3
...
40
41
42
...
59

– Можете на меня рассчитывать, – серьезно ответила Антония.

Сэр Гавейн улыбнулся и тут же в задумчивости сжал губы, словно размышляя, стоит ли ему продолжать.

– Существует еще одна причина моего откровения – намного более важная, чем желание оберегать вас. Видите ли, в Деверилле есть нечто гораздо большее, чем то, что видно с первого взгляда.

Антония кивнула.

– Я всегда догадывалась, что он не просто любитель приключений.

– Полагаю, он стоит десятерых аристократов. – Замечание прозвучало загадочно, но мысли Антонии были заняты другим. Возможно, то, что Трей один из «хранителей», объясняло, почему он так упорно старался спасти ее из когтей жениха и почему при нем она всегда чувствовала себя в безопасности. Он принадлежал к лиге защитников, и защищать других – его долг.

– Я хотела, чтобы Деверилл стал управляющим компании, – сказала Антония. – Но он отказался, заявив, что слишком дорожит своей свободой.

– Отчасти это так и есть. – Гавейн кивнул. – Его жизнь посвящена нашему делу. Работа для него не только призвание, но и страсть – как и для всех, кто служит ордену. Однако Деверилл, кроме того что свято верит в наши благородные цели, считает спасение других своим личным делом.

– Когда-то он не смог спасти свою команду… – Антония опустила взгляд.

– Так вы знаете, что он был узником в турецкой тюрьме? – удивился старый баронет.

– Да, он как-то обмолвился об этом. Я могу только догадываться, как это ужасно.

– Верно, это до сих пор не дает ему покоя. Тем не менее членство в ордене помогло ему вновь обрести себя.

– Спасибо, сэр Гавейн, что вы рассказали мне все.

– Знаете, я люблю его как сына, и ваш отец тоже высоко ценил Деверилла.

Внезапно Антония крепко ухватила удилище и дернула его на себя, но когда она вытащила леску, то крючка на ней уже не было.

Сэр Гавейн огорченно покачал головой, однако Антония была больше раздосадована тем, что их разговор прервался на самом интересном месте.

– Вероятно, вы что-то еще хотели сказать о Деверилле? – спросила Антония, пока баронет привязывал новый крючок и насаживал на него наживку.

– Это не так уж важно, дорогая. – Гавейн слегка улыбнулся. – Старый человек должен понимать, что не следует вмешиваться в дела, которые его не касаются. Итак, довольно серьезных разговоров, иначе вы снова упустите рыбу.

Изабелла перехватила Антонию, как только она ступила в холл.

– Дорогая, уверена, вы не станете возражать, если я украду вас после ленча. Вы еще не выразили должного восхищения крошкой Джонатаном.

– Да, конечно, я согласна, только сначала позвольте мне переодеться. Кстати, сегодня я поймала свою первую рыбу.

Остаток дня прошел вполне мило: Антония должным образом похвалила маленького Джонатана, а на обратном пути домой выслушала комплименты Изабеллы.

– Этот маленький краснолицый сверток просто бесподобен, – заявила Изабелла. – Клянусь, я почти пожалела, что у меня нет собственных детей.

– Вы не хотели иметь ребенка? – удивилась Антония.

– Я бесплодна, дорогая, – Изабелла натянуто улыбнулась. – Несмотря на то, что у меня было три мужа, я так и не родила. Зато у меня было слишком много путешествий по свету и приключений, чтобы жаловаться на отсутствие потомства. С двумя мужьями, которых я обожала и которые обожали меня, я вела удивительную жизнь, полную страсти и волнений. Уверяю вас, это с лихвой компенсирует все. Даже сейчас я способна на великую страсть, что многим вообще недоступно. Вот почему я не могу смириться с мыслью, что вы собираетесь выйти замуж по расчету.

– Увы, я всегда знала, что приготовила для меня судьба, и добровольно согласилась на это. Выйти замуж за дворянина – это единственное, о чем когда-либо просил меня отец.

– Понимаю, дорогая, но… Почему бы вам не выйти замуж за Деверилла? Сэр Гавейн, как и я, одобрит ваш брак…

Антония в изумлении повернулась к графине. Так вот на что намекал ей баронет!

– Боюсь, о браке между нами не может быть и речи.

– А я уверена, что Трей хочет жениться на вас.

– Возможно, но только из чувства долга. Вообще же у него нет никакого желания связывать себя узами брака. Деверилл не тот человек, который позволит себе влюбиться.

– Но ведь существует возможность завоевать даже такого человека.

– Как? – Антония почувствовала, что ее сердце сделало резкий скачок.

– Авантюристов, подобных Девериллу, больше всего привлекают женщины, одобряющие их стремление к независимости. – Изабелла улыбнулась. – Их не следует связывать ни требованиями, ни мольбами – это может помешать их жизненному предназначению. И запомните, вы должны доказать, что ни в чем не уступаете ему.

Легко сказать, подумала Антония. Разве возможно, чтобы у Трея когда-нибудь возникла глубокая привязанность к ней? Сможет ли он когда-нибудь позволить себе полюбить ее?

Сама Антония не могла продолжать делать вид, что не замечает предательского влечения, которое разрасталось внутри ее. В последнее время она все чаще ловила себя на мысли, что ей не хочется быть богатой наследницей и она не обязана исполнять волю отца. Только в этом случае она сможет осуществить свои мечты… Одна только физическая страсть ее больше не устраивала; Антония хотела большего – настоящей любви, которую она постоянно рисовала в своих самых тайных мечтах. К тому же любовь к Девериллу стала бы для нее неповторимым приключением.

Жгучее желание захлестнуло Антонию, и она внезапно осознала: несмотря на то что это, несомненно, будет предательством по отношению к отцу, она готова отречься от своего обещания, если Деверилл полюбит ее. При этой мысли новые ощущения наполнили Антонию – ощущения ожидания и надежды. Возможно, ей и не удастся одолеть злых духов, витающих над ее возлюбленным, но она все же попробует проверить, удастся ли ей завоевать его сердце.

Находясь почти на сто миль южнее, Трей беспокойно всматривался в морскую даль.

Прошедшая ночь выдалась длинной и трудной, но он добился своей цели – поймал кровожадного бандита и теперь возвращался в Фалмут с пленником, запертым в трюме корабля.

После исполнения главной задачи все его мысли снова сосредоточились на Антонии. Он представил ее себе такой, какой видел последний раз, вспомнил ее шелковые волосы и теплую кожу. Антония утешала и в то же время возбуждала его. От одного воспоминания у него в паху возникла боль и одновременно что-то сжало его грудь. Эта девушка пробралась в его душу и, по-видимому, собиралась там остаться навсегда, а он оказался совершенно неподготовленным к такому положению.

Разумеется, если бы ему когда-нибудь предстояло жениться, то он хотел бы, чтобы его жена была в точности такой, как Антония, – пылкой и непредсказуемой загадкой, отчаянной и смелой спутницей жизни.

И все же Деверилл понимал, что должен расстаться с ней, пока еще не слишком поздно. Он решил, что, вернувшись в Корнуолл, положит конец их любовной связи, а когда окажется в Лондоне, воспользуется первой же возможностью навсегда порвать с ней все отношения.

Его решение, несомненно, обидит Антонию, но он по крайней мере получит возможность навсегда удалить ее из своих мыслей и из своего сердца.

После разговора с Изабеллой Антония вернулась домой в приподнятом настроении. Однако ее оптимизму был нанесен удар, когда она получила напоминание об угрозе, все еще висевшей над Девериллом, а именно письмо от поверенного Финеаса Кокрана.

Пройдя с письмом в библиотеку, Антония сломала печать и быстро пробежала письмо глазами.

Дорогая мисс Мейтленд, я по Вашей просьбе заново просмотрел бухгалтерские книги и с сожалением вынужден сообщить Вам, что, как Вы и подозревали, управляющий Трант противозаконно занимался перевозкой рабов.

Когда я встретился с ним, он признался, что угрозами и шантажом лорд Хьюард заставил его подделать счета, чтобы скрыть незаконную деятельность и огромные прибыли.

41
{"b":"225","o":1}