ЛитМир - Электронная Библиотека

– Заместителя министра иностранных дел, лорда Уиттингтона и, возможно, еще кого-нибудь из дворян, не связанных с правительством, но обладающих влиянием в обществе. С такими свидетелями успех нам обеспечен.

В течение следующего часа они подробно обсудили план предстоящих действий. В качестве ловушки Финеас Кокран предложил свою адвокатскую контору в Сити – она располагалась среди узких пустынных улочек, а позади нее находился двор, в котором Деверилл мог дожидаться Хьюарда, если тот попадется на удочку.

Одобрив это предложение, заговорщики разошлись. Первым ушел Финеас, за ним Райдер и, наконец, лорд Торн с Антонией. Ночь Антония должна была провести у Торна и его молодой жены Дианы, а назавтра вернуться в собственный дом под охраной небольшой армий вышколенных слуг Торна.

Трей помог Антонии надеть накидку и последовал за остальными вниз по внутренней лестнице, но, выйдя через парадный вход, задержал ее на ступеньках, и она почувствовала, как внутри ее всколыхнулось неприятное предчувствие – следствие необходимости расстаться с Девериллом и неопределенности того, что может случиться с ним в ближайшие несколько дней.

– До пятницы я еще увижусь с тобой, правда? – тихо шепнула Антония.

– Боюсь, что вряд ли. – Он посмотрел на нее потемневшими от беспокойства глазами. – Не предпринимай ничего рискованного, когда встретишься с Хьюардом на маскараде. Я хочу, чтобы ты просто обратила его особое внимание на меня.

– Я все выполню.

Взяв Антонию за руки, Деверилл опустил взгляд к ее губам, словно собирался поцеловать ее, но так и не позволил себе этого, из-за чего Антонию охватило разочарование. Ей хотелось поцеловать Деверилла, крепко обнять его и попросить отказаться от задуманного опасного плана, но она ограничилась тем, что сказала:

– Пожалуйста, будь осторожен.

– Я куда больше беспокоюсь за тебя. – Он покачал головой. – На маскараде барон, вполне вероятно, постарается остаться с тобой наедине, но ты не должна и на секунду упускать из виду Торна. И убедись, что у тебя в сумочке лежит заряженный пистолет.

– Хорошо. А ты обещай мне, что не станешь без необходимости идти на риск, когда встретишься с Хьюардом.

– Обещаю.

Антония пристально посмотрела на Деверилла, горюя, что не знает, как уберечь его от опасности.

– В пятницу вечером я возьму с собой свой лук, потому что гораздо лучше стреляю из лука, чем из пистолета.

– Как хочешь. – Деверилл не сдержал мрачной улыбки. – Надеюсь, у тебя не будет случая применить его, так как ты и близко не подойдешь к Хьюарду и будешь присутствовать лишь в качестве зрителя. – Взяв Антонию под руку, он повел ее вниз и помог сесть в экипаж. – Позаботься о ней, – понизив голос, обратился он к своему другу и соратнику по ордену «хранителей».

– Непременно позабочусь. – Торн сел рядом с Антонией и постучал по крыше, давая кучеру знак, что можно трогаться.

Глядя вслед экипажу, удалявшемуся по темной улице, Трей чувствовал себя так, словно у него отрезали маленький кусочек сердца. Вопреки своему инстинкту защитника он выпустил Антонию из поля зрения, и она вполне могла оказаться беспомощной перед кознями Хьюарда. Разумеется, он без колебаний доверил бы Торну собственную жизнь, но ведь речь шла о жизни Антонии. И в то же время у него не было сомнений, что никакие силы не способны удержать Антонию в стороне от предстоящих событий.

Поднявшись по тускло освещенной лестнице и войдя в квартиру Мзкки, где ему предстояло скрываться следующие несколько дней, Трей увидел хозяина, удобно расположившегося в кресле с бокалом в руке. Он тоже решил в последний раз побаловать себя перед окончательной расправой с Хьюардом и налил себе немного бренди.

– Итак, старина, – с любопытством посмотрел на гостя Макки, – ты готов заняться наследницей?

– Что ты имеешь в виду?

– Мисс Мейтленд. Она красива, к тому же богата, и у нее, очевидно, есть голова на плечах. Кроме всего прочего, она, несомненно, неравнодушна к тебе. Может, уже пора пожелать тебе счастья?

«Еще вопрос, смогу ли я убедить ее выйти за меня замуж», – подумал Трей, но вслух сказал:

– Насколько мне известно, у ее отца были другие планы.

– И что же ты собираешься с этим делать? Полагаю…

– Это тебя не касается, – обрезал Деверилл и одним большим глотком осушил бокал.

– Тогда дело дрянь, мой друг. – Макки тихо присвистнул. – Давай признавайся.

– В чем признаваться?

– Что ты по уши влюблен.

Трей долго не шевелился: ему почему-то стало трудно говорить. Пытаясь успокоить взбудораженные мысли, он медленно наполнил бокал, потом пересек гостиную и опустился на диван.

– Неужели это так заметно? – Его голос неожиданно охрип.

– Ты же знаешь, я актер, и моя профессия – изучение человеческих характеров. Некоторые мелочи тебя выдают, например то, как ты на нее смотришь. – Макки засмеялся. – Забавно, никогда не думал, что доживу до этого дня. Что случилось с упрямым искателем приключений, который постоянно заявлял, что никогда не остепенится?

– Держи язык за зубами, старый болтун, – беззлобно проворчал Деверилл.

– Как скажешь, – хмыкнул Макки. – Я молюсь, чтобы это несчастье тебя миновало. Сначала Каро, потом Торн, а теперь ты. – Он покачал головой. – А вот я еще долго пробуду холостяком. В море слишком много симпатичных рыбок, чтобы плавать только с одной. Тем не менее могу похвалить твой вкус – она красивая, умная, обаятельная и… богатая. Если мне придется жениться, желаю себе, чтобы моя жена оказалась так же хороша, как мисс Мейтленд.

Деверилл сделал еще один большой глоток бренди. Антония обладала всеми качествами, которые перечислил Макки, и еще многими… но они почти не имели отношения к тому, почему он не устоял перед ней. Она заставила его чувствовать, пробудила в нем желание, влечение, страсть, нежность, заботу, привязанность. И… любовь. Он как мог боролся против любви к Антонии и изо всех сил старался не обращать внимания на невысказанное желание, которое она разожгла в нем, но она против его воли пробралась к нему в душу. Теперь ему оставалось только удивляться тому, каким он был дураком, упрямо обманывая самого себя. Всего два дня назад он принял решение жениться на Антонии и пытался убедить себя, что делает это ради нее, а на самом деле старался ради самого себя, потому что не мог жить без нее. Теперь уж он точно не уступит Антонию другому мужчине. Она выйдет замуж за него, и ни за кого другого. Антония принадлежит ему, и если он сумеет взять верх над Хьюардом, то будет добиваться ее до последнего вздоха.

Сделав глоток бренди, Деверилл ощутил, как оно обожгло ему желудок, и поморщился, но тут же его морщины разгладились. Будущее с Антонией стоило того, чтобы за него сражаться. Сложность заключалась лишь в том, что, если ему не удастся разоблачить Хьюарда, его самого могут повесить за убийство, и тогда у него вообще не будет будущего – ни с ней, ни без нее.

Антония смотрела через наполненный народом бальный зал на лорда Хьюарда и не понимала, как могла когда-то мечтать о будущем с ним. Сейчас даже от пребывания в одном помещении с ним ее бросало в дрожь.

Барон не надел маскарадный костюм, как и большинство гостей, а лишь накинул простое черное атласное домино поверх вечернего костюма. Полумаска, закрывавшая верхнюю часть его лица, не могла скрыть мрачного выражения, с которым он оглядывал собравшихся.

Когда Хьюард взглянул в ее сторону, Антония сжала губы в ожидании неприятностей, однако он не узнал ее в одежде пастушки. Этот наряд, выбранный специально, имел двойное преимущество: пышный напудренный парик скрывал бросающиеся в глаза огненные волосы, а крючковатая палка, которую Антония держала в руке, в случае необходимости могла обеспечить ей хоть какую-то защиту. При этом рядом с ней с одной стороны стояли лорд и леди Торн, а с другой – Алекс Райдер, одетый грабителем; проказливый Макки тоже вертелся неподалеку, изображая из себя лакея.

47
{"b":"225","o":1}