ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

На этот раз обе вошли, улыбаясь, а Капелька Сорок Третья, та, что была посерьезнее, протянула Дорс серый балахон – кертл.

– Очень красивая вещь! – улыбнулась Дорс – А орнамент просто замечательный.

– Ничего такого особенного! – пропищала Капелька Сорок Пятая. – Это мой старый, кертл. Наверное, сидеть будет, не очень хорошо, ты же выше меня. Но в нём можно выйти на улицу, и мы отведем тебя в самый лучший магазин, и ты сама себе выберешь что-нибудь получше. Там такие красивые есть…

Капелька Сорок Третья нервно улыбнулась и молча, потупив взор, протянула Дорс еще один балахон – белый, аккуратно сложенный. Дорс не стала разворачивать сверток и протянула его Гэри.

– Судя по цвету, это для тебя.

– Может быть, – пожал плечами Селдон – Только отдай-ка его обратно. Пусть она сама мне даст.

– Ох, Гэри… – Дорс укоризненно покачала головой.

– Сказал – не возьму, значит не возьму, – уперся Селдон. – Я хочу, чтобы она сама отдала мне эту вещь.

Дорс немного помедлила и неуклюже протянула свернутый балахон Капельке Сорок Третьей.

Та сложила руки за спиной и отшатнулась, смертельно побледнев. Капелька Сорок Пятая стрельнула глазками на Селдона, быстро шагнула к Капельке Сорок Третьей и обняла ее.

Дорс прошептала:

– Гэри, ты не прав. Уверена, Сестрам не разрешается разговаривать с чужими мужчинами. Зачем доставлять им боль? Она ничего не может поделать. Может, она и варваров никогда не видела.

Обратившись к Капельке Сорок Третьей, Дорс мягко, заботливо спросила:

– Ты видела раньше варваров?

Девушка молча помотала головой.

– Ну, что я говорил? – взмахнул руками Селдон. – Обет молчания относится только к Братьям. Разве послали бы к нам этих девушек, если бы им нельзя было разговаривать с варварами?

– Но, Гэри, может быть, им можно разговаривать только со мной?

– Чепуха. Не верю и не поверю. Я не просто варвар, я почетный гость Микогена. Четтер Челвик просил, чтобы ко мне относились именно так. Сам Протуберанец Четырнадцатый встретил меня и привез сюда. И я не желаю, чтобы ко мне относились так, будто меня не существует. Как только я буду говорить сПротуберанцем Четырнадцатым, я непременно пожалуюсь ему.

Капелька Сорок Пятая захныкала, а Капелька Сорок Третья слегка покраснела.

Дорс собралось было еще раз уговорить Селдона, но тот показал ей кулак, и уставился, не мигая на Капельку Сорок Третью.

Наконец те подала голос – дрожащий, робкий. Видимо, ей было очень трудно заставить себя обращаться к мужчине.

– Ты не должен жаловаться на нас, варвар. Это будет несправедливо. Ты заставляешь меня нарушать обычаи моего народа. Чего ты хочешь от меня?

Селдон дружелюбно улыбнулся и протянул руку.

– Я хочу, чтобы ты отдала мне одежду, которую принесла для меня. Кертл.

Девушка молча протянула ему сверток.

Селдон церемонно поклонился и дружески, тепло поблагодарил:

– Большое спасибо, Сестра.

«Ну что, съела?» – сказал его лукавый взгляд, обращенный на Дорс. Та сердито отвернулась.

Никаких украшений типа вышивки на белом балахоне не было. Видимо, мужчинам излишеств не полагалось. Правда, к балахону прилагался белый же пояс с кисточками; который, по всей вероятности: нужно было как-то по-особому завязывать.

– Пойлу в венную, переоденусь, – сказал Селдон. – Я быстро.

Селдон шмыгнул в ванную, но дверь за ним не закрылась Туда же влетела Дорс и захлопнула дверь за собой.

– Что ты себе позволяешь! – накинулась на Селдона Дорс. – Ты просто тиран, Гэри! Почему ты так мучаешь эту несчастную девушку?

– Но я должен был заставить ее заговорить со мной! – прошипел полушепотом Селдон. – Мне нужно выудить у нее кое-что, и ты это знаешь. Жаль, что пришлось прибегнуть к силе, но как иначе можно было нарушить это проклятое табу?

Дорс хлопнула дверью с другой стороны. Когда Гэри вышел из ванной, она уже успела облачиться в свой балахон. Удивительно – несмотря на шапочку, скрывавшую прекрасные волосы, и мешковатый балахон, Дорс все равно продолжала оставаться весьма привлекательной. Ее балахон был подпоясан более широким поясом, который был сшит из ткани чуть более темной, чем сам кертл. И надо же – спереди пояс застегивался на пряжку из ярко-голубого камня. «О женщины? – подумал Селдон. – Они всегда и всюду стремятся выглядеть красивыми, даже тогда, когда их так притесняют».

– Ну-у-у, – развела руками Дорс. – Ты просто нестоящий микогенец. По крайней мере теперь мы запросто можем выйти на улицу в сопровождении Сестер.

– Да, – кивнул Селдон, – Но только меня гораздо больше интересуют микрофермы. Мне бы очень хотелось, чтобы Капелька Сорок Третья повела меня на экскурсию на микроферму.

Капелька Сорок Третья широко раскрыла глаза и сделала шаг назад.

– Посмотреть хочется, – спокойно пояснил Селдон.

Капелька Сорок Третья бросила умоляющий взгляд на Дорс.

– Варварша…

– А, понятно, – кивнул Селдон. – Ты, наверное, просто ничего не знаешь про микрофермы.

Видимо, он задел больное место. Не поворачивая головы и глядя по-прежнему на Дорс, девушка чуть-чуть запрокинула голову и сказала:

– Я работала на микрофермах. Там работают все Братья и Сестры.

– Ну так отведя же меня на экскурсию! – воскликнул Селдон, – И давай больше не будем препираться. Я не Брат, с которым тебе нельзя разговаривать и общаться. Я варвар и почетный гость. Я ношу эту шапочку и балахон, чтобы не привлекать к себе внимания, но я – ученый, и покуда я здесь, мне нужно кое-что узнать. Не могу же я сидеть в этой комнате и изучать стены! Я хочу увидеть то, чего больше нет нигде в Галактике – ваши микрофермы. Мне казалось, ты сочтешь за честь показать их мне.

– Да, мы гордимся ими, – Капелька Сорок Третья мотнула головой и наконец посмотрела Селдону в глаза. – И я отведу тебя туда. Не думай, что тебе удастся разузнать наши секреты, если ты за ними охотишься. Я поведу тебя на микрофермы завтра утром. Нужно время, чтобы договориться.

– До утра я так и быть подожду, – согласился Селдон. – Но ты не обманешь меня? Даешь честное слово?

– Я – Сестра, – гордо ответила Капелька Сорок Третья. – Как сказала, так и сделаю. Слово сдержу, даже данное варвару.

Голос ее к концу последней фразы стал холодным, а вот глаза засверкали. «Что бы это значило?» – без особой радости подумал Селдон.

42

Ночь выдалась беспокойная. Во-первых, Дорс объявила, что она непременно пойдет на микроферму вместе с Селдоном, а он уперся – нет и нет.

– Как ты не понимаешь? – возмущался он. – Весь замысел состоит в том, что мне нужно заставить ее говорить свободно, а для этого нужно поставить ее в необычные условия. Она будет наедине с мужчиной – пускай варваром, неважно. Обычаи уже нарушены, и теперь легче нарушить их еще немножко. А если ты пойдешь с нами, она будет говорить с тобой, а мне достанутся одни отбросы!

– А вдруг с тобой опять что-нибудь случится, как тогда, наверху?

– Ничего не случится. Прошу тебя! Если хочешь помочь мне, останься дома. Если не останешься, я больше не буду иметь с тобой дела. Пойми же, Дорс. Это крайне важно для меня. Дорс, я к тебе очень хорошо отношусь, ты мне очень дорога, но тут я поступлю по-своему.

В конце концов Дорс отступилась и только попросила:

– Хотя бы пообещай, что ты будешь добр с ней, пожалуйста!

– А тебе не кажется, что это меня от нее надо защищать? Уверяю тебя, когда был с ней груб, никакого удовольствия я не испытал и не собираюсь допускать такого в дальнейшем.

Вот так они впервые поссорились, и эта ссора не давала Селдону заснуть. Он ворочался с боку на бок, и мысли о ссоре мешались с мыслями о том, что Капелька Сорок Третья может не выполнить данного слова и не прийти утром.

Однако Сестры явились вдвоем, как раз тогда, когда Селдон успел наспех позавтракать и облачиться в кертл. Немного повозившись с поясом, он приладил его как следует.

Капелька Сорок Третья, взгляд которой по-прежнему хранил суровость, сказала:

43
{"b":"2253","o":1}