ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Представь себе. Это единственное, что меня интересует, – честно признался Селдон, – Ни о чем другом я и не думал. Если ты привела меня сюда из-за того, что думала, будто бы…

Закончить фразу ему не удалось.

– Хватит. Так тебе нужна Книга или нет?

– Ты позволишь мне посмотреть ее?

– С условием.

Селдон остолбенел. Неужели он перестарался, и Сестра раскрепостилась настолько, что…

– С каким условием?

Капелька Сорок Третья кончиком языка облизала пересохшие губы. Наконец она проговорила дрожащим от волнения голосом:

– Сними шапочку.

45

Ничего не понимая, Селдон не мигая смотрел на Капельку Сорок Третью. Он, надо сказать, совершенно забыл, что у него на голове шапочка.

Наконец он сообразил, о чем она его просит, поднял руку, прикоснулся к гладкому пластику, под которым прощупывался жесткий ежик стрижки.

– Но зачем? – оторопело спросил он.

– Затем, что я так хочу. Вот мое условие. Сними и получишь Книгу.

– Ну ладно, если тебе действительно так хочется… – Селдон пожал плечами и сдернул бы с головы шапочку, но Капелька опередила его.

– Нет, постой. Я сама! – хрипло воскликнула она, устремив на него жадный взгляд.

Капелька резко встала и опустилась на кушетку рядом с Селдоном. Медленно, осторожно она коснулась краешка шапочки около уха Селдона, высунула язык, снова облизнулась. Наконец она добралась до полоски, закрывавшей брови, отделила ее ото лба Селдона. Ему даже показалось, что волосы у него немножко приподнялись, обрадовавшись нежданному освобождению.

Он встревоженно проговорил:

– У меня, наверное, голова вспотела под шапочкой. Значит, волосы влажные.

Только он успел поднять руку, чтобы проверить, так ли это на самом деле, как Капелька взяла его за запястье.

– Я сама, – проговорила она твердо. – Это тоже часть условия.

Ее пальцы тихонько, робко коснулись его волос и тут же отдернулись. Она прикоснулась еще раз и теперь решилась провести пальцами по волосам Селдона.

– Сухие… – сообщила она, – Как приятно…

– Ты никогда раньше не гладила чужие волосы?

– Несколько раз. У детей. Но это совсем другое…

Она снова погладила его волосы.

– Другое? В чем же?

– Не знаю… Просто другое, и все. Какое-то время спустя Селдон спросил:

– Ну что, достаточно?

– Не торопи меня. А скажи, ты можешь их уложить, как захочешь?

– Не сказал бы. Немного подправить можно, но для этого нужна расческа, а у меня ее с собой нет.

– Расческа?

– Ну, такая штука с зубьями, на вилку похожа, только зубьев на ней больше и они не такие острые.

– А пальцами нельзя? – спросила она и, не дожидаясь ответа, запустила пятерню в его волосы.

– Можно, да только толку мало, – объяснил Селдон.

– А сзади колются, – сообщила Капелька.

– Просто сзади волосы короче острижены.

Капелька Сорок Третья наморщила лоб. Казалось, она что-то вспоминает.

– Брови… – пробормотала она. – Правильно я сказала? – спросила она, нежно касаясь правой брови Селдона, – Правильно? Как приятно… Как смешно…

Она вдруг рассмеялась – весело, беззаботно, точь-в-точь, как ее младшая сестренка.

– Тоже колются!

Селдон нетерпеливо поинтересовался:

– Ну, все в порядке?

Капелька Сорок Третья склонила голову набок. Что же она ответит? Ответит ли? Вместо ответа она вдруг резко отдернула руки и поднесла пальцы к носу. «Что она там вынюхать думает?» – раздраженно подумал Селдон.

– Как странно… – протянула она. – А можно я сделаю это еще разок. Когда-нибудь?

Селдон вздохнул.

– Если одолжишь мне Книгу на какое-то время, может быть, я и позволю.

Рука Капельки Сорок Третьей скользнула внутрь балахона и достала из потайного кармана книгу, обернутую в некий плотный, но гибкий материал. Селдон сгорая от нетерпения протянул руку и взял книгу.

Пока он прилаживал шапочку, Капелька Сорок Третья снова поднесла кончики пальцев к носу и быстро, украдкой лизнула один палец.

46

– Она трогала твои волосы? – не веря своим ушам, переспросила Дорс и поглядела на волосы Селдона так, словно сама собиралась их потрогать.

Селдон отстранился.

– Ради бога, не надо. Эта женщина… Это было похоже на извращение!

– Можно себе представить. Ну, а тебе не было приятно?

– Приятно? Да я весь был в мурашках! Только когда они перестала меня трогать, я снова смог дышать. И все думал: не поставит ли она еще какого-нибудь условия?

Дорс рассмеялась.

– Боялся, что она тебе навяжет секс? Боялся? Или надеялся?

– Уверяю тебя, это мне и в голову не приходило. Я думал только о Книге.

Разговор происходил в предоставленной им квартирке, и они были надежно защищены от подслушивания искажателем поля, который Дорс предусмотрительно захватила с собой из Университета.

Сгущалась микогенская ночь. Селдон разоблачился – снял шапочку и кертл, вымылся. Особенно долго он возился с волосами – намыливал их даже дважды. Теперь он восседал на кровати одетый в легкую пижаму, которую нашел в ванной.

Дорс лукаво улыбнулась и спросила:

– А она не догадалась, что у тебя еще и на груди волосы растут?

– Больше всего я уповал на то, что она об этом не вспомнит.

– Бедненький Гэри. Но на самом деле это все так естественно… Наверное, я могла попасть в такую же беду, окажись наедине с каким-нибудь Братом. Нет, мне могло быть намного хуже! Ведь, по их убеждению, я, как женщина, обязана повиноваться любым приказаниям беспрекословно.

– Ну, Дорс, даже не знаю, что тебе сказать. Легко тебе говорить: «Естественно!» Тебя бы на мое место! Бедняжка была просто в экстазе! Все ее чувства были на пределе – она и нюхала свои пальцы, что прикасались к моим волосам, и лизала их… Клянусь, если бы она могла расслышать, как растут волосы, она бы слушала во все уши!

– Ты просто не понял меня. Это для нее было естественно. Все, что запретно, сразу приобретает сексуальную привлекательность. Разве у тебя вызывала бы какие-то чувства обнаженная женская грудь если бы ты вырос в обществе, где все женщины выставляли свою грудь напоказ с утра до ночи?

– Не знаю… Думаю, все-таки вызывала бы.

– Но разве ты испытывал бы не больше чувств, если бы женщины ходили всегда одетыми? Собственно, так оно и есть в большинстве миров. …Послушай, дай-ка я тебе расскажу об одном случае. Занесло меня как-то на курорт, дома, на Цинне. У вас на Геликоне есть курорты? Пляжи и всякое такое?

– Конечно, – с некоторым раздражением ответил Селдон, – Или ты думаешь, что Геликон – это сплошные горы и скалы да вода в колодцах?

– Не обижайся, Гэри. Мне нужно было просто удостовериться, что ты знаешь, что такое «курорт». В общем: на Цинне такие пляжи, где люди совершенно безразличны к тому, что на тебе надето. Гуляй хоть голышом.

– Нудистские пляжи?

– Не совсем, но, думаю, если бы кто-то разделся догола, в него не стали бы тыкать пальцем. В основном, все придерживаются минимальных приличий, но минимум порой совсем крохотный.

– Пожалуй, на Геликоне несколько иное представление о минимальных приличиях, – буркнул Селдон.

– Догадываюсь. Судя по тому, как ты себя ведешь со мной. Но каждому, как говорится, свое. Ну, так вот… Я сидела на уютном пляже на берегу озера, и ко мне подошел молодой человек, с которым я успела чуть раньше переброситься парой фраз. Приятный такой парень, и я ничего не имела против. Он уселся на подлокотник моего шезлонга и положил руку на; мое левое бедро – обнаженное, естественно. Просто так, чтобы сидеть было удобнее.

Мы поболтали пару минут, и вдруг он говорит; «Надо же! Ведь ты меня почти совсем не знаешь, а моя рука лежит у тебя на бедре, и я не вижу в этом ничего сверхъестественного. Мало того, и ты не имеешь ничего против, значит, и для тебя это тоже вполне естественно».

Клянусь, я только тогда заметила его руку. Видимо, кожа, обнаженная на людях, теряет сексуальную чувствительность. То есть, как я говорила: все дело в том, что притягательно только то, что скрыто от глаз.

47
{"b":"2253","o":1}