ЛитМир - Электронная Библиотека

– Для правки корректур?

– В том числе и для этого, – терпеливо повторил Лэннинг.

На морщинистом личике профессора появилось выражение брюзгливого недоверия.

– Но ведь это нелепо!

– Почему?

– А потому, что университету не по карману этот корректор весом… самое малое в полтонны.

– Корректура – это еще не все. Он может составлять отчеты по заранее подготовленным материалам, заполнять анкеты и ведомости, проверять студенческие работы, служить картотекой…

– Все это мелочи.

– Напротив, – ответил Лэннинг, – и вы в этом сейчас убедитесь. Но мне кажется, что нам будет удобнее беседовать у вас в кабинете, если вы не возражаете.

– Разумеется, – машинально произнес профессор и направился к двери, но тут же остановился, – Позвольте, а робот? – раздраженно выпалил он. – Не можем же мы взять робота с собой. Нет, нет, доктор Лэннинг, вам придется заново его упаковать.

– Успеется. Мы оставим Изи здесь.

– Без присмотра?

– А почему нет? Он знает, что должен остаться здесь. Давно уже следовало бы понять, профессор Гудфеллоу, что на робота можно положиться куда спокойнее, чем на человека.

– В случае какого-нибудь ущерба отвечать придется мне.

– Я гарантирую, что никакого ущерба не будет. Послушайте, рабочий день уже кончился. До завтрашнего утра, полагаю, никто сюда не зайдет. Грузовик и двое рабочих ожидают снаружи. «Ю. С. Роботс» принимает на себя полную ответственность за любые последствия. Но ничего не произойдет. Пусть это будет экспериментальной проверкой, можно полагаться на робота или нет.

Профессор позволил увести себя из подвала. Но и пятью этажами выше, в стенах собственного кабинета, ему по-прежнему было не по себе.

Он промокнул белым платком мелкие капли пота на лбу.

– Вы прекрасно знаете, доктор Лэннинг, что законы запрещают использовать роботов на Земле.

– Дело обстоит не так просто, профессор Гудфеллоу. Роботов нельзя использовать на улицах, путях сообщения или в общественных зданиях. Использование же роботов в домах частных лиц или на приусадебных участках связано с таким количеством ограничений, что из этого, как правило, ничего не выходит. Однако университет не попадает ни в ту, ни в другую категорию. Это большое закрытое заведение, которому обычно предоставляют значительные льготы. Если робота будут держать в специальном помещении и использовать только для академических целей и если люди, имеющие доступ в это помещение, согласятся выполнять определенные правила и соблюдать установленные ограничения, то ни один закон не будет нарушен.

– Столько хлопот ради нескольких корректур?

– Поле деятельности этого робота, дорогой профессор, практически безгранично. До сих пор роботов использовали только для избавления человека от утомительного физического труда. А разве в науке нет черновой работы? Если профессор, вместо того чтобы заниматься творческим, созидательным трудом, вынужден тратить две недели своего драгоценного времени на нудную правку корректуры, а я предлагаю вам машину, способную выполнить ту же работу за полчаса, – это, по-вашему, мелочь?

– Да, но цена…

– Цена пусть вас не смущает. Купить И-Зет Двадцать Семь не может никто. «Ю. С. Роботс» не продает свою продукцию. Но университет может арендовать робота за тысячу долларов в год – это куда дешевле какой-нибудь самопишущей приставки к микроволновому спектрографу.

Гудфеллоу ошеломленно смотрел на своего гостя, и тот добавил, закрепляя успех:

– Впрочем, я прошу вас лишь об одном: поставить этот вопрос перед теми, кто у вас уполномочен принимать решения. Если им понадобится дополнительная информация, я всегда к их услугам.

– Что же, – неуверенно проговорил Гудфеллоу, – на той неделе состоится заседание университетского совета. Я расскажу на нем о вашем предложении. Только я ни за что не ручаюсь.

– Само собой разумеется.

Защитник – невысокого роста толстяк – так важно выпячивал грудь, что от этого его двойной подбородок становился еще заметнее. Когда настала его очередь допрашивать свидетеля, он долго разглядывал профессора Гудфеллоу и затем спросил:

– А ведь вы довольно охотно дали согласие?

– Дело в том, что мне не терпелось избавиться от доктора Лэннинга, – живо ответил профессор. – В тот момент я готов был согласиться на что угодно.

– С тем чтобы, как только он уйдет, сразу же позабыть про свое обещание?

– Видите ли…

– Но ведь это вы предложили университетскому совету арендовать робота?

– Да.

– Следовательно, ваше согласие вовсе не было отговоркой. Вы дали его охотно и сдержали свое обещание.

– Я действовал согласно принятой у нас процедуре.

– И вы вовсе не были так уж напуганы роботом, как это пытались здесь представить. Вы знаете Три Закона Роботехники, и они вам были известны еще до той встречи с доктором Лэннингом?

– Мм, да…

– Потому-то вы так легко и согласились оставить робота без присмотра?

– Доктор Лэннинг уверил меня…

– Но будь у вас хоть малейшие сомнения, вы не удовлетворились бы его заверениями, не так ли?

– У меня были все основания полагаться на слово…

– Вопросов больше не имею, – прервал его защитник.

Когда профессор Гудфеллоу в еще более, чем прежде, раздраженном настроении покинул свидетельскую скамью, судья Шейн слегка наклонился вперед и спросил:

– Поскольку я не специалист по роботам, то мне Хотелось бы узнать точный смысл Трех Законов Роботехники. Не мог бы профессор Лэннинг процитировать их суду?

Доктор Лэннинг в этот момент о чем-то шептался с сидевшей рядом седовласой женщиной. Вздрогнув от неожиданности, он встал. Женщина подняла голову – ее лицо было совершенно непроницаемо.

– Хорошо, ваша честь, – сказал доктор Лэннинг, сделал паузу, точно собирался произнести длинную речь, и заговорил, четко выделяя каждое слово:

– Первый Закон: робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред. Второй Закон: робот должен повиноваться приказам, которые отдает человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону. Третий Закон: робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в какой это не противоречит Первому и Второму Законам.

– Понимаю, – сказал судья, что-то быстро записывая. – И эти законы определяют поведение каждого робота?

– Каждого, без исключения, Любой специалист может это подтвердить.

– В том числе, робота И-Зет Двадцать Семь?

– Да, ваша честь.

– Возможно, вам придется повторить это утверждение под присягой.

– Я готов, ваша честь.

Он сел.

Его седовласая собеседница, Главный Робопсихолог компании «Ю. С. Роботс» доктор Сьюзен Кэлвин, поглядела на своего начальника без особого почтения. Впрочем, люди редко пользовались ее расположением.

– Показания Гудфеллоу были точными, Альфред? – спросила она.

– В целом, да, – пробормотал Лэннинг, – правда, он вовсе не был так уж напуган роботом, а когда услышал цену, то вполне был готов по-деловому обсуждать мое предложение. Но в остальном он не слишком уклонился от истины.

– Было бы разумнее назначить более высокую цену, – задумчиво проговорила доктор Кэлвин.

– Мы старались пристроить Изи.

– Знаю, Возможно даже, что перестарались. Они представят это так, словно мы преследовали какие-то свои цели.

– Так оно и было, – раздраженно заметил доктор Лэннинг. – Я сам это признал на заседании университетского совета.

– Они могут представить дело так, словно мы признались в одних замыслах, чтобы скрыть другие, более тайные.

Скотт Робертсон, сын основателя «Ю.С. Роботс» и владелец контрольного пакета акций, наклонился к Сьюзен Кэлвин с другой стороны и произнес оглушительным шепотом:

– Если бы вы заставили Изи рассказать, как все было на самом деле, мы бы сейчас знали, что к чему.

– Вам же известно, мистер Робертсон, что он не в состоянии говорить об этом.

2
{"b":"2258","o":1}