ЛитМир - Электронная Библиотека

– О нет, время упущено. – Лаура вздохнула и с грустной улыбкой пояснила: – Вопросы были уместны, пока я это не подписала.

– Вы, безусловно, правы, – кивнул Малькольм, – но было бы желательно избежать малейшего недопонимания между сторонами, каковое могло бы впоследствии повлечь за собой недоразумения различного толка.

Настало время вечернего чая, и в комнату вошла Бекки с тяжело нагруженным подносом. Когда она удалилась, водрузив свою ношу на стол, Лаура обратила вопросительный взгляд на Малькольма. Секретарь молчал.

– Не уверена, что поняла вас, сэр. О чем вы?

Малькольм бросил в чашку кусок сахару и налил изрядное количество сливок.

– Было бы желательно, мисс Ланкастер, – кашлянув, произнес он, – чтобы вы не питали никаких иллюзий относительно возможности более длительных и тесных взаимоотношений с графом, чем это оговорено в контракте.

– Вы что же, сэр, считаете меня полной дурой?! – вспылила Лаура.

– Мисс Ланкастер, я считаю вас особой весьма достойного происхождения и тонкого воспитания, а потому нахожу уместным теперь же вас предупредить: мужчины непостоянны. Не рассчитывайте на прочную привязанность со стороны графа.

– Откуда вам может быть известно, каково мое происхождение? – требовательно спросила Лаура, оставляя в стороне вопрос о воспитании. – Я уже не раз зам говорила: все, что мне нужно от нашей с лордом Локвудом сделки, – это возможность вернуться домой. Я с нетерпением буду ожидать окончания срока нашего соглашения.

Малькольм задумчиво склонил голову набок.

– В таком случае, мисс Ланкастер, этот деликатный вопрос можно считать улаженным. Теперь я намерен передать вам распоряжения графа касательно прислуги и вашего обихода. Служанка, которую вы для себя выбрали, останется здесь. Вы можете высказать мне любые свои пожелания относительно остальных слуг. Если ваших распоряжений на сей счет не последует, я в ближайшее же время отряжу сюда кухарку, мальчика-рассыльного, а также кучера для вашего экипажа. Граф считает, что вам необходим личный выезд для посещений театра, поскольку он не исключает, что вы пожелаете продолжать свои… выступления на сцене.

– Разумеется, пожелаю, – кивнула Лаура, пригубив свой чай. – Я не могу позволить себе лишиться надежного заработка. Мало ли что придет на ум лорду Локвуду. Вдруг он пожелает расторгнуть контракт и я останусь ни с чем?

Малькольм взглянул на нее с уважением и приязнью.

– Позвольте вам заметить, мисс Ланкастер, вы на редкость рассудительны для ваших юных лет. Это в высшей степени разумное решение. Но перейдем к прочему. С вашего позволения я быстро вам зачитаю список других распоряжений графа. Итак. В ближайшие дни вам предстоит посетить несколько модных магазинов, к вам доставят модистку, башмачника и белошвейку. Его светлость желает, чтобы вы, когда станете его сопровождать, были одеты подобающим образом. А в случае если вам потребуется наставление в некоторых вопросах, я уполномочен лордом вам таковое преподать.

– Наставление? В чем? Соблаговолите объясниться, – нахмурилась Лаура.

– Находясь в обществе лорда Локвуда, – кашлянув, проговорил Малькольм, – вы будете знакомиться с влиятельными людьми. К ним можно обращаться согласно установленным правилам.

– Вы с его светлостью не ошиблись. Я действительно не знаю, как правильно приветствовать титулованных особ: маркизов, графов, баронетов. – Помолчав, Лаура деловито прибавила: – Но в остальном я неплохо образована. Надеюсь, его светлости не придется за меня краснеть. Живя в Виргинии, я окончила академию мисс Спент-велл для юных леди, а когда мне исполнилось семнадцать, переехала в Париж, где училась музыке и французскому у мадемуазель Вилье. Умею вышивать, писать маслом и акварелью, танцевать менуэт, котильон, кадриль и вальс, хорошо держусь в седле. Я брала уроки хороших манер, пения. Меня научили грамотно и изящно излагать мысли на бумаге. Вот, пожалуй, и все. – И она выжидательно взглянула на притихшего Малькольма. Секретарь тряхнул головой.

– Смею вас заверить, мадемуазель Ланкастер, то, что вы сейчас перечислили, превзошло самые мои смелые ожидания. Думаю, ни один из мужчин не стал бы требовать большего от своей спутницы.

Он поспешно допил чай и поднялся из-за стола. Лаура, встав, кивнула ему на прощание.

– Соблаговолите передать графу, что я устроена со всем возможным комфортом и благодарна ему за это. Постараюсь ни в чем его не разочаровать и жду того же от него самого. Прощайте, сэр.

– Всего… наилучшего, – с поклоном пробормотал Малькольм.

Когда Бекки затворила за ним дверь, Лаура принялась восстанавливать в памяти только что законченную беседу. Она не сомневалась: все, слово в слово, будет немедленно передано Локвуду.

Вот и отлично!

Глава 7

– О, мисс! – Бекки, неотрывно смотревшая в окно, всплеснула руками. – Карета его светлости у крыльца! Вам пора!

От волнения у Лауры застучало в висках, однако она сумела сохранить внешнее спокойствие и бесстрастно ответила:

– Я готова.

Но в этом утверждении была лишь доля правды. Целую неделю она добросовестно зубрила, как правильно именовать титулованных особ Англии, а в промежутках между занятиями обзаводилась роскошным гардеробом, посещая модные магазины, мастерские шляпниц, башмачников, перчаточников. Наряд, в котором она должна была осуществить свой первый выход в свет в обществе Локвуда, был во всех отношениях безупречен. Что же до прически, то ею занимался пару часов назад самый модный парикмахер города. Но… единственное, к чему она оказалась совершенно не готова, это к встрече с самим Локвудом. Перспектива провести с ним весь предстоящий вечер повергала ее в трепет.

– Еще бы, мисс! – захлебываясь от восторга, выпалила Бекки. – Вы просто прелесть как хороши!

– Ты сегодня славно потрудилась, – с улыбкой похвалила ее Лаура.

Девочка пристально следила за каждым движением парикмахера, пока он сооружал замысловатую прическу из роскошных волос ее юной госпожи, а когда с этим было покончено, заявила, что сумеет сделать такую же, когда мисс Лауре будет угодно.

Мальчик-рассыльный отворил дверь лакею Локвуда, и Лаура, на плечи которой Бекки набросила роскошную меховую накидку, подала ему руку. С царственной неторопливостью, с высоко поднятой головой Лаура начала спускаться по ступеням крыльца, молясь, чтобы его светлость не догадался, как горько она сожалеет, что позволила вовлечь себя в эту игру. От мысли, что сегодня она предстанет перед лондонским высшим светом в качестве наложницы графа, ей едва не сделалось дурно.

Лакей довел ее до кареты и распахнул дверцу с гербом. Локвуд, стоявший возле роскошного экипажа, церемонным поклоном помог ей усесться на мягкие бархатные подушки.

– Вы нынче необыкновенно хороши, – с улыбкой произнес он, заняв соседнее место.

– Благодарю вас, милорд. – Она слегка наклонила голову и принужденно улыбнулась ему в ответ.

«Боже, ну почему он так возмутительно, так невероятно красив? Разве можно в его присутствии сохранять трезвость рассудка и хладнокровие?» Ей стало не по себе. Тесный корсет открытого вечернего платья больно сдавливал грудь. Она расправила складки на подоле. Зеленый атлас приятно холодил кожу и ласкал взгляд.

– Я давно уже не бывала в опере, – сказала она, только чтобы нарушить воцарившееся молчание.

– Вот как? А вам нравится слушать пение, мадемуазель?

– Очень. Мадам Каталани неподражаема!

Джулиан приподнял бровь.

– Вам уже выпало счастье побывать на ее выступлении?

– Да, в Париже.

– Конечно же, в Париже. Где же еще? – подхватил он с легким оттенком не то насмешки, не то недоверия.

Лаура нахмурилась, не зная, что на это ответить. Он ее нарочно поддразнивал, но это почему-то не показалось ей обидным. Они ведь почти не знакомы. Он имеет все основания думать о ней все, что угодно: сомневаться в ее правдивости, в отсутствии привычки чем-либо хвастаться и преувеличивать свои достоинства, образованность и эрудицию. А вдобавок он так хорош собой. Она искоса взглянула на него, и сердце ее забилось быстрее. Одет по последней моде, элегантен и строен, красив, как олимпийский бог. Все в его облике дышит благородством.

21
{"b":"226","o":1}