ЛитМир - Электронная Библиотека

– Надо думать, талант в землю зарывает? – спросил Холидей.

– Нет, он вообще-то писал статьи для нью-йоркской газеты.

– Ринго, Мастерсон и я: ученый, писатель и дантист, – кисло проговорил Холидей. – Странный в этом году урожай стрелков.

– Еще чудней жить в паре кварталов от человека, производящего электричество, и его приятеля, что производит женщин, – заметил Эрп. – Я так понимаю, прошлой ночью в заведении Кейт ты видел кое-что из работ Неда?

– Ну-ну, Уайетт, – улыбнулся Холидей. – С чего ты взял, будто я ходил к Кейт?

– Во-первых, она жива и держит здесь бордель, – ответил Уайетт. – Во-вторых, прошлым вечером к нам заглянул коммивояжер по имени Генри Уиггинс, который только и трещал, что о вашем походе к Кейт.

– О нашем походе? – удивился Холидей. – Я думал, он вам все уши прожужжит о ночи с металлической шлюхой.

– Он и хотел, – признал Эрп, – но у нас в городе почти все опробовали новых девочек, так что Уиггинс принялся рассказывать о тебе, – он пристально посмотрел на Холидея. – Ты правда выдернул далласкому шерифу зубы?

– Да, если тебе интересно, – ответил Холидей.

– Я-то гадал, почему ты не можешь вернуться в Техас. Вот оно что.

– Так за мной уже весь Техас гоняется?

– Техас тебя видеть не желает. Есть ордер на твой арест, и всюду расклеены плакаты с твоим портретом и подписью «Разыскивается».

– Не скажу, что расстроен, – произнес Холидей. – Даллас не больно-то от остального Техаса отличается: всюду песок и сушь. Впрочем, как и здесь.

– Готов подписаться под каждым твоим словом!

Холидей с Эрпом обернулись и увидели на пороге салуна щеголеватого юношу: аккуратно подстриженные усы, котелок, дорогой пошитый вручную пиджак, шелковый жилет с хронометром на золотой цепочке, темно-серые брюки и изготовленные на заказ кожаные туфли вместо сапог. Юноша едва заметно прихрамывал (три года назад его ранили в бедро), опираясь на лакированную трость с серебряным набалдашником.

– Вы посмотрите, кто наконец явился, – вместо приветствия произнес Эрп.

– Здравствуй, Уайетт, – отозвался Бэт Мастерсон. – Я бы приехал раньше, но «Нью-Йорк морнинг телеграф» никого не ждет, – он кивнул Холидею, – Привет, Док.

– Привет, Бэт, – ответил дантист. – Надо думать, ты сочинял небылицы о том, как собственноручно очистил Додж-Сити?

– Вообще-то, – хихикнул Мастерсон, – писал статью о величайшем стрелке на Западе.

– Может, сменим тему? – предложил Холидей.

– Отчего же? – удивился Мастерсон.

– Оттого, что Джон Уэсли Хардин за решеткой, а если ты писал о Джонни Ринго, я тебя сам пристрелю на месте.

Мастерсон расхохотался, запрокинув голову.

– Говорят, Ринго хорошо управляется с пушкой и еще он хороший малый, когда трезв, поэтому я не хотел, чтобы к нему выстроилась очередь молодых и горячих искателей славы. Так что, – ухмыльнулся он, – решил написать о тебе.

Эрп в голос рассмеялся, да и Холидей позволили себе улыбнуться.

– Итак, – продолжил Мастерсон, – кто злодей и где он прячется?

– Злодеев мы пока не выявили, – ответил Эрп. – В наши обязанности пока входит охранять своих.

– Своих? – переспросил Мастерсон. – Я думал, мы стережем одного Томаса Эдисона.

– И вдобавок Неда Бантлайна, – сказал Эрп.

– Тут как с президентом и конгрессом янки, – пояснил Холидей. – Эдисон предполагает, Бантлайн располагает. То есть Эдисон придумывает, что и как создать, а Бантлайн уже все собирает.

– Кроме президента янки у нас другого нет, Док, – напомнил Мастерсон.

– Вот когда Территория Тумстоун станет штатом, тогда признаю его своим президентом.

– Ты участвовал в Гражданской войне? – спросил один из клиентов в баре.

– Мне тогда было девять лет от роду, – отозвался Холидей. – Сам как думаешь?

– Прости. Я только спросил.

– Черт с тобой, – ответил Холидей. – На сколько я выгляжу?

– На все восемьдесят, – сказал Мастерсон. – Уайетт, отчего ты не сводишь меня к Эдисону и этому Бантлайну? Я приехал защищать их, так что неплохо было узнать, где они живут и как выглядят.

– Ну так идем, – позвал Эрп, направляясь к двери.

– Не возражаете, если я тут посижу? – в утвердительном тоне спросил Холидей.

– Конечно, виски Уайетта в твоем распоряжении, – ответил Мастерсон. – Вернемся, когда ты опьянеешь и будешь готов проиграть нам в покер.

Когда они ушли, Холидей заказал бутылку виски и закурил сигару. Попросил у бармена колоду карт и следующий час провел за пасьянсом и выпивкой. Наконец, Эрп с Мастерсоном вернулись.

– Полагаю, знакомство тебя сильно просветило, – сказал Холидей.

– Не то слово, – ответил Мастерсон. – Эдисон получает всю славу, однако Бантлайн – даже если бы не изобрел ничего, кроме нательной брони, – уже вошел бы в историю. Он изготовил кирасу из сверхпрочной латуни, которая весит от силы пять фунтов, и в ней, смею тебя заверить, ни за что не получишь пулю в живот или сердце.

– В следующий раз, как станешь мне докучать, я выстрелю тебе в голову, – пообещал Холидей и залпом осушил стакан.

– Мне надо снять номер и отнести багаж в отель «Силверстрайк» на Сэффорд-стрит, – сказал Мастерсон. – Кстати, я весь день ничего не ел, так что буду рад перехватить поздний обед или ранний ужин. Потом, думаю, наведаюсь в лагерь Джеронимо и переговорю с ним.

– Ты знаешь его лично? – удивился Холидей.

– Лично – нет, но если хотим защитить Эдисона, хорошо бы выяснить, не Джеронимо ли стоит за покушением, которое стоило Эдисону руки.

– Я с тобой, – вызвался Эрп. – Поедем на лошадях. Апачи эти новые дилижансы Неда не жалуют.

– Не глупи, Уайетт, – осадил его Холидей. – Если за покушением стоит Джеронимо, законнику он в этом ни за что не признается. С тобой, – обратился он к Мастерсону, – отправлюсь я.

– Ты не обязан, Док, – ответил Мастерсон. – Я и один могу съездить.

– Негоже многообещающему журналисту пропадать в расцвете сил, – напомнил Холидей. – Я пригляжу за тобой.

– Я не младше тебя, – ответил Мастерсон.

– Может и так, но мои силы увяли давным-давно. Кстати, – добавил дантист, – остаются семь или восемь владельцев салунов, которые – случись что со мной, – с горя застрелятся, поэтому и ты за мной приглядывай.

– Хорошо, – сдался Мастерсон, поднимаясь из-за стола. У самых дверей салуна он остановился и, обернувшись, спросил у Холидея: – Смысла тянуть с визитом к Джеронимо нет. Встретимся здесь, в девять вечера?

– В девять начнется игра, – ответил Холидей.

– Тогда завтра, на рассвете.

– Я уже давно не встаю на рассвете, – признался Холидей. – Поедем, когда я проснусь.

– И во сколько мне тебя ждать? – спросил Мастерсон.

– Успеешь обед переварить, – с веселой улыбкой подсказал Эрп.

6

Кейт оказалась куда ненасытней, чем обычно, а Холидей – куда более охочим до выпивки. В итоге встал он только в три пополудни и отправился в «Ориентал», где его дожидался Мастерсон. Вдвоем они выехали за пределы города.

– Если верить Уайетту, до места мы доберемся к сумеркам, – сказал журналист.

– Белый флаг прихватил?

– Нет, – удивленно посмотрел на Холидея Мастерсон. – Даже в голову не пришло.

– Тогда будем надеяться, что апачи – дикари и не знают, что нам положено было им озаботиться.

– Индейцы, что встречались мне прежде, отнюдь не производили впечатления дикарей или неучей.

– Местные аборигены тоже не дураки, – согласился Холидей. – Но если собираешься в лагерь Джеронимо без флага и объявления о перемирии, то надейся на лучшее.

Мастерсон от души рассмеялся.

– Будем надеяться, что апачи разделяют твое чувство юмора, – произнес Холидей.

– Ты сам встречался с Джеронимо? – спросил Мастерсон.

Холидей покачал головой.

– Немногие живые белые могут этим похвастаться. Если въедем в лагерь с револьверами в кобурах, он не станет разговаривать – скорее использует нас в качестве учебных мишеней.

8
{"b":"227438","o":1}