ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Абигайль также отметила, что она вообще впервые видит своего мужа за рулем машины. Раньше им хронически не хватало денег и на более насущные вещи, чем собственный автомобиль, но Мартин упорно отказывался принимать подачки от ее отчима. По этой же причине молодожены жили в небольшой, бедной квартирке, расположенной над кафе. Абби тогда казалось, что запах жареной капусты, который поднимался к ним снизу, пропитывал всю их одежду и даже кожу.

Она играла там роль хозяйки, пока Мартин зарабатывал деньги поденным трудом, уходя из дома ранним утром.

Абигайль собрала свою волю, решив рассуждать здраво. Мартин вернулся, но даже он не может зайти слишком далеко. Что он задумал? И с какой стати она подчиняется всем его командам, словно это неизбежность? Можно подумать, что в его присутствии она совершенно лишается собственного я.

Абби снова выпрямилась на сиденье и посмотрела на проплывавшую за окном заснеженную сельскую местность. Сердце ее забилось, когда она узнала деревню, через которую они только что проехали.

Дальше дорога была узкой и извилистой. Абигайль поспешно закрыла глаза, не смея увидеть то, что она знала, предстанет перед ее взором. Она представила слева от себя ряд конских каштанов, которые, подобно пугалам, машут своими обнаженными руками-ветками на фоне серого зимнего неба.

– Как он мог пойти на такое? – мучительно подумала Абби. Привезти ее именно на это место?

– Боишься открыть глаза, Абигайль? – услышала она насмешливый низкий голос у своего уха. Абби подняла ресницы из духа противоречия, все еще не веря очевидному. У нее упало сердце, но в следующую минуту оно неистово забилось от какого-то стыдливого восторга, когда машина остановилась у небольшого коттеджа.

Мартин выключил двигатель, и Абби, отстегнув ремень безопасности, повернулась к мужу, готовая выцарапать ему глаза. Но тот легким, почти незаметным движением отодвинул ее пальцы в сторону и крепко схватил своими сильными руками ее запястья.

На лице Мартина появилась холодная, жесткая улыбка, когда губы Абигайль жадно раскрылись при соприкосновении их рук.

– Можешь бороться со мной, сколько тебе влезет, Абигайль. Но, может, мы вначале примем горизонтальное положение? – оскорбительным тоном произнес Мартин. Прежде чем она смогла ответить что-то, он отстегнул свой ремень, вылез из машины и подошел, чтобы помочь ей выйти.

– Сейчас же отвези меня обратно домой! – категорически потребовала Абигайль. – Если ты сделаешь это и больше не будешь меня беспокоить, я забуду о случившемся.

– И тебе даже не любопытно узнать, что твой дорогой муженек делал все эти годы, Абби?

– Нисколько. – Взгляд бывшей жены подчеркнуто внимательно заскользил по великолепно сшитому, наверняка фантастически дорогому костюму Мартина. – Уж конечно, что-нибудь незаконное. В этом я не сомневаюсь, судя по тому, как ты соришь деньгами.

– Ты так считаешь? – мягко спросил Мартин.

Уколи его, сделай ему больно, шептал Абби внутренний голос. Поступи с ним так же безжалостно, как в свое время обошелся с тобой он. Она язвительно улыбнулась с выражением превосходства на лице.

– Так ты разбогател? Неужто физический труд нынче в такой цене?

Это было сказано с очевидным желанием поддеть собеседника.

– Я думал, что тебе нравилась моя физическая работа, прелесть моя! – принял вызов ее похититель. – Как я великолепно удовлетворял твою похоть, вспомни, – добавил он с оскорбительной откровенностью.

Абби почувствовала, как у нее от лица отхлынула кровь.

– Как ты смеешь, негодяй! – выкрикнула она в лютой обиде. Ее глаза потемнели от ярости. – Отвези меня домой!

Мягкие хлопья снега покрыли черные волосы Мартина. Он смахнул пушистые снежинки, тряхнув головой.

– Отвезу, но прежде мне нужно поговорить с тобой, – сказал он тоном человека, который не привык к отказам.

– Встреться с моим адвокатом.

– Что с тобой, Абигайль? – насмешливо спросил муж. – Боишься войти в дом? Неужели твое прошлое вызывает у тебя такое отвращение?

При этих словах Абби окинула Мартина высокомерным взглядом и прищурила глаза, чтобы он не смог прочитать в них ностальгическую боль. Где угодно, но только не здесь, где родилась ее любовь к нему. Именно в этом коттедже одним прекрасным летним днем Абби впервые ему отдалась.

Она лежала прямо на полу, а Мартин медленно раздевал ее, целуя каждый дюйм обнажавшегося тела. А затем он овладел ею с жадной, бурной страстью. После этого она плакала – соленые слезы восторга капали ему на плечи и скатывались вниз на грудь. Когда тело юноши замерло, избавившись от дрожи возбуждения, Абби почувствовала его досаду. Он словно уже тогда ощущал будущие последствия этого сладостного, сумасшедшего соития…

– Честно говоря, я почти не помню это место, – солгала она ледяным голосом. – Но, как ты знаешь, этот дом принадлежит моему отчиму, так что к похищению мы можем добавить и покушение на частную собственность.

Он рассмеялся неприятным, скрипучим смехом.

– Ты не права, – уверенно произнес ее муж. – Зайдем внутрь, жена. Я же сказал тебе, что нам надо поговорить, а на улице становится уже холодно.

Он вынудил ее выйти из машины, но не грубо, а с той мягкой силой, которая всегда отличала его в постели. В какую-то долю секунды Абигайль пришлось собрать свою волю в кулак, чтобы не броситься в объятия сильных рук Мартина.

– Я никогда не забуду тебе этого! – возмущенно промолвила Абби, пока обидчик вел ее к двери коттеджа.

– Как тебе будет угодно, – спокойно ответил он. Красивое лицо Мартина оставалось бесстрастным, будто ему было абсолютно все равно, что Абигайль думает по этому поводу.

Молодая женщина вошла в дом и остановилась в шоке. Подходя к коттеджу, она мысленно представляла себе прежнюю обстановку дома – заброшенную, полуразвалившуюся мебель, выцветшие обои. Но перед ее взором открылась совершенно другая картина – красиво, уютно и с большим вкусом обновленный интерьер.

Полы были натерты свежей мастикой и покрыты персидскими коврами бирюзово-синих оттенков. На окрашенных в светлые тона стенах висело несколько акварелей. Мягкая, современная мебель не загромождала пространство комнат. В коттедже появилось центральное отопление. Кто бы ни привел в порядок этот дом, он явно обладал великолепным вкусом, не имеющим ничего общего с принятыми в среде провинциальной английской знати старомодными интерьерами, основой которых была полированная тяжелая мебель из красного дерева.

– Кто владеет этим домом? – спросила она.

– Я.

– Я не верю тебе! – Абби скорее из духа противоречия произнесла эту фразу. По тону Мартина она безошибочно поняла, что он сказал правду.

– Это, естественно, твое право, – холодно заметил муж.

– Но мой отчим никогда бы не продал этот дом, тем более тебе!

– Ты так уверена? – Губы Мартина дернула легкая улыбка, но его глаза оставались по-прежнему холодными. Глядя на непривычно уверенное выражение лица мужа, Абби почувствовала что-то вроде испуга. Конечно, ее отчим ни за что бы не продал Мартину этот дом! С какой стати Хэмфри стал бы иметь дело с человеком, которого он ненавидел почти так же, как и она?

– Садись, дорогая. Я пока разведу огонь. Кофе? Или ты предпочитаешь что-нибудь покрепче?

С ума сойти можно! Еще немного, и они начнут обсуждать политику. И где? Именно в этом коттедже! Ей надо бежать отсюда, пока ее прошлое со всеми мучительными воспоминаниями снова не начало разрывать ей сердце.

– Единственное, чего я хочу в данную минуту, это уехать отсюда! Вернуться на свою помолвку! Ты сказал, что тебе надо поговорить со мной. Давай говори. Даю тебе пять минут.

– Надо сначала развести огонь, – ответил он и нагнулся к камину.

Вспыхнуло пламя, которое начало быстро охватывать сухие поленья, и комната вдруг стала выглядеть очень по-домашнему. Она села на один из кожаных диванов, чувствуя, как весь ее привычный мир переворачивается вверх дном. Наблюдая за тем, как хозяин наливает в стаканы бренди и ставит их на столик, стоявший перед диваном, гостья думала, что она попала в иное измерение. Она взглянула на свои часы. Стрелки приближались к одиннадцати ночи.

5
{"b":"228","o":1}