ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Красноармейцы, внимательно выслушав Яковлева и посоветовавшись между собой, решили, что, поскольку их главное требование касательно освобождения своего неформального лидера всё-таки удовлетворено, то им, как союзникам советской власти, нет смысла сейчас продолжать акцию неповиновения, накаляя и без того напряженную обстановку в городе. Вследствие чего они решили отложить на время споры по второй дискуссионной проблеме и с тем, собственно, и разошлись вскоре по своим казармам. Прямая угроза начала стихийного вооруженного выступления, таким образом, вроде бы миновала. Однако уже через три дня, в воскресенье 26 мая, в Иркутске опять началась ружейная, пулемётная, а затем даже и орудийная стрельба… То выступил батальон Чехословацкого корпуса, временно расквартированный на запасных путях станции Иркутск. И это уже было начало общесибирского антибольшевистского вооруженного восстания.

2. Готовность номер один

В том же мае месяце произошло несколько важных событий также и в недрах подпольного сопротивления. Прежде всего, напомним, что поменял адрес своей основной прописки его центральный военный штаб, переехавший из Томска, несколько удалённого от основного железнодорожного пути Транссибирской магистрали, в Новониколаевск, достаточно тихий уездный городок, однако уже в то время становившийся одновременно и крупной железнодорожной станцией, и ведущим речным торговым терминалом Западной Сибири.

Произошли, как мы знаем, в то же самое время и важные кадровые перестановки в руководстве подпольными группами на местах. Вместо эсеровских боевиков, знавших всю, как говорится, подноготную нелегальной политической деятельности, но абсолютно ничего не смысливших в реалиях полномасштабных боевых действий, начальниками подпольных вооруженных групп были назначены боевые офицеры, имевшие за плечами богатый практический опыт минувшей войны. А во главе всей этой подпольной командной иерархии встал, как мы уже отмечали, подполковник А.Н. Гришин (по нелегальному псевдониму — Алмазов). Ему напрямую подчинились в тот период не только все организации Западной и Средней Сибири, но, по некоторым данным, и часть восточных, исключая только Забайкалье и Дальний Восток, где непосредственное руководство, может быть, не столь многочисленными, но всё-таки существующими подпольными боевыми группами осуществлял сам военный министр ВПАС (Временного правительства автономной Сибири) Аркадий Краковецкий.

Теперь, когда все организационные вопросы вроде бы удалось уладить, новониколаевскому центральному военному штабу оставалось только довести до сведения боевых групп самые последние распоряжения и установки, полученные, в частности, из Москвы через капитана Коншина. С этой целью 3 мая в Новониколаевск съехались делегаты от большинства подпольных организаций Сибири, которым даны были указания в ближайшее же время привести свои подразделения в полную боевую готовность и ждать сигнала от центрального штаба о начале общесибирской вооруженной операции. Точной даты выступления подпольщикам тогда не сообщили, поскольку о ней ещё никто не знал не только в Новониколаевске, но и в Томске[359]. Участников совещания лишь предварительно сориентировали на вторую половину июня месяца[360]. Кроме того, делегатам подпольной конференции представили новый код для шифровки телеграфных сообщений, в том числе и условный знак, обозначающий непосредственное начало вооруженного восстания.

Оперативный план предстоящего выступления содержал в себе следующие положения (цитата):

1. Арестовывать в ходе восстания, прежде всего, всех большевистских руководителей.

2. Сразу же брать под свой контроль банки.

3. Захватывать военные склады и вооружать всех желающих сражаться с большевиками.

4. Освобождать политических заключённых.

5. Сразу же захватывать в своё распоряжение все средства передвижения (пароходы и паровозы), а также пути передвижения (главным образом железные дороги, мосты и тоннели).

6. Создавать в ходе восстания в тылу красных панику, угрозу ударов с тыла по большевистским фронтам, для того, чтобы оттягивать их силы на себя, давая Чехословацкому корпусу возможность для скорейшего разгрома частей красной армии (конец цитаты).

Как мы видим из данного текста, в нём содержались прямые указания сибирским подпольщикам во время предстоящего выступления в обязательном порядке взаимодействовать с военнослужащими чехословацкого иностранного легиона. Эти установки, привезённые капитаном Коншиным из Москвы, разрабатывались и утверждались на таком высоком уровне, что не подлежали никакому обсуждению и должны были неукоснительно выполняться.

Для исполнения полученных предписаний, по некоторым сведениям, где-то в районе 10 мая подполковник Гришин-Алмазов встретился в Новониколаевске с командиром 7-го (Татранского) полка Чехословацкого корпуса капитаном Рудольфом Гайдой, с которым дополнительно обговорил все детали предстоящей совместной операции. С этими данными капитан Гайда буквально на следующий же день выехал в Челябинск, где вскоре должна была состояться так называемая предсъездовская конференция представителей войсковых подразделений чехословацких легионеров. А начальник центрального военного штаба Гришин-Алмазов почти тем же следом отбыл в Томск, чтобы доложить руководству центрального политического штаба о проведённых в мае встречах, совещаниях и о рассматривавшихся на них вопросах.

Теперь, когда мы уже, наконец, вплотную подошли к моменту начала общесибирского вооруженного восстания, пришла очередь сказать несколько слов и о Чехословацком корпусе как об одном из основных участников этого во многом эпохального события.

ЧАСТЬ V СИБИРСКИЙ БУНТ

ГЛАВА ПЕРВАЯ ЧЕХОСЛОВАКИ

Последнее, что я помню, -

Это как я бежал к двери,

Я должен был вырваться оттуда

И вернуться на своё шоссе.

«Не спеши», — сказал мне портье. —

«Мы здесь только принимаем:

Выписаться ты можешь, когда пожелаешь,

Только вырваться отсюда тебе не удастся…»

Иглс. Отель «Калифорния»

1. Чехословацкая боевая дружина

В Киеве сразу же после начала Первой мировой войны, уже в августе 1914 г., с разрешения царского правительства была создана общественная организация под названием «Союз чехословацких обществ в России». Она, по замыслу её создателей, затевалась как патриотическое объединение, призванное направить устремления чехов и словаков, проживавших на тот момент в России, на великое дело: освобождение своей родины от австрийского векового владычества. Это являлось, кстати, одним из многочисленных практических воплощений той патриотической шумихи, под соусом которой, собственно, и разворачивались события, связанные с участием Российской империи в новой общеевропейской драке[361].

«Союз чехословацких обществ в России» в первые же месяцы войны приступил к формированию добровольческой Чехословацкой боевой дружины, в которую приглашались мужчины чешской и словацкой национальностей, проживавшие на тот момент на территории Российской империи[362]. Желающих нашлось, прямо скажем, поначалу не так уж и много, но, тем не менее, около 750 человек к концу 1914 г. всё-таки вступило в ряды воинов-дружинников. Там же, в Киеве, на Софийской площади 28 сентября 1914 г. в день святого Вацлава они приняли торжественную присягу, во время которой получили в свои руки даже специально изготовленное для такого случая боевое знамя, представлявшее собой двухстороннее полотнище с российской и чехословацкой национальной символикой[363].

вернуться

359

Политический штаб сибирского подполья в лице Западно-Сибирского комиссариата ВПАС по-прежнему находился в Томске.

вернуться

360

Такую дату предполагавшегося выступления уже после того, как оно свершилось, называли, в частности, в своих публичных выступлениях высокопоставленные эсеровские функционеры Борис Марков и Михаил Рудаков («Сибирская речь», № 31 от 5 июля 1918 г.).

вернуться

361

Началось всё, как известно, с того, что Австро-Венгрия собралась в очередной раз организовать «крестовый поход» против наших братьев по крови и по вере — сербов. Защита последних явилась, в свою очередь, моральным долгом для нас — русских. Но то был лишь формальный повод. На самом же деле стратегический интерес в той войне (за раздел колоний) у России был только в одном (колоний у неё и в Сибири хватало) — попытаться разгромить в очередной раз Турцию (также участницу этой европейской войны) и за счёт протектората над новыми территориями получить, наконец, выход к Средиземному морю. Однако кто ж нам такое позволит? Правильно: никто и никогда (даже у генералиссимуса И.В. Сталина не получилось).

вернуться

362

Всего таких насчитывалось порядка 10 тысяч человек.

вернуться

363

Знамя дружины изготовили и вышили две чешки, проживавшие на тот момент в Москве. На лицевой стороне стяга были представлены четыре гербовых щита (Чехии, Словакии, Моравии и Силезии), а также корона святого Вацлава, располагавшиеся на двух горизонтальных красно-белых (национальные цвета Чехии) полосах. Оборотная сторона стяга повторяла российский бело-сине-красный триколор. Знамя имело навершие в виде визатнийско-русского двуглавого орла (гвардейское навершие образца 1875 года), а также бело-сине-красные ленты.

122
{"b":"228106","o":1}