ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Заслуга Набонида в том, что он заметил этот пробел: правитель «Благодатного полумесяца», невзирая на его кажущуюся прочность, не мог по-прежнему основываться лишь на вавилонской рутине да на пассивности или благоразумии жителей империи. Проблема, возникшая еще в конце II тысячелетия, оставалась нерешенной. Завоевание Западной Аравии, видимо, подсказало царю выход. Его идеология, заимствованная у ассирийцев, наверняка способствовала тому, что любые структурные реформы казались ему ненужными. Единственным же удовлетворительным решением ему показалось обращение к объединительной теологии. Все народы надо было связать общей верой, а в результате — общностью судьбы.

Вопрос, могла ли осуществиться такая надежда, явно праздный. Оценить религиозную политику Набонида тем труднее, что мы ничего не знаем о том, что было известно о ней народам империи и как они на нее реагировали. Надо только принять во внимание энтузиазм ее вдохновителя и последовательность его проекта. Поражение на поле боя положило конец этой теологической и политической реформе. И все же — не была ли она обречена уже тем, что являлась отнюдь не настолько оригинальной, как представлялось возмущенным жрецам? Ведь в целом новая догматика полностью вписывалась в архаизирующую тенденцию. Образ действий Набонида, конечно, был радикальнее, чем политика Навуходоносора; но чего он добивался, как не сведения всей империи к одной метрополии — так сказать, к Харрану или Уру, расширенному до масштабов «Благодатного полумесяца», собранного наконец-то под покровительством бога-луны и объединенного поклонением ему?

Чтобы правильно оценить место Навуходоносора в истории, возможно, стоит сопоставить его не с его наследником и поклонником, а с одним из современников — Фалесом Милетским[60]. Такое сравнение грека с вавилонянином допустимо, да и сам Фалес вполне мог быть подданным империи. Его предки были родом из Финикии, говорит Геродот (согласно одному более позднему источнику, он и сам был тамошним уроженцем). Символично лишь одно: чтобы открыть новые возможности, он должен был поселиться в Ионии.

Навуходоносор и Фалес противоположны почти во всём. Милет — родина Фалеса — лежал на дальней окраине известного вавилонянам мира, в то время как Навуходоносор в Вавилоне находился в самом его центре. Фалес был известен лишь в своем городе и явственно для всех проявлял пренебрежение к хозяйственной выгоде. О Навуходоносоре скорее можно сказать обратное, хотя и без апологетики этой его деятельности. Царь Вавилонский в течение всего срока пребывания у власти являл на обозрение свои успехи, в том числе в Нахр-эль-Кельбе и Вади-Брисса. Разумеется, представление греческого философа о мире не особо удивило бы вавилонских писцов. За немногими исключениями, они с Фалесом смотрели на мир одними глазами, но понимали увиденное неодинаково. Тут-то между ними и разверзлась пропасть.

Фалес осуществил критический интеллектуальный перелом вавилонской мысли, полный и необратимый. Для вавилонян привычка и, еще более того, древность служили основанием легитимности, а значит, и верности какой-либо идеи: все, что было, имело суверенное право быть; задача разумного человека — поддерживать это существование. Да и «знать» означало «знать то же, что знал твой отец, и отец твоего отца», и далее в бесконечной цепи поколений.

У Фалеса все наоборот: знания древних недостойны поклонения; время ничего не делает почтенным — наоборот, оно-то как раз и навлекает сомнение. Фалес искал единственное объяснение — единственное в двух смыслах: единого для всех явлений и одного, поскольку исключало все остальные. Он хотел дойти до «первых причин», в то время как вавилоняне исследовали развертывание мира, не имеющего основания. У Фалеса для нескольких возможностей не оставалось места. Если одна теория была адекватной, остальные неизбежно могли считаться только ложными. В Вавилонии же все мнения стоили друг друга, все мифы сосуществовали, ни один не был призван исключить другие и не имел на это права.

Мысль Фалеса возвращалась к себе самой и прежде всего безжалостно требовала отчета от самой себя; отныне каждый учитель должен был декларировать собственную неполноценность и ожидать от учеников критики, признанной закономерной. Он с самого начала ставил себя под сомнение, подвергал себя проверке так же, как и сам считал вправе сомневаться в выводах своих предшественников. Философия — а речь именно о философии — началась с Фалеса Милетского; начало было скромным, потомство же оказалось неисчислимым.

По сравнению с этим делом, открывавшим неистощимо плодотворное будущее, дело Навуходоносора, при всем его блеске, кажется «органным пунктом». То был законченный пример цивилизации низовьев Тигра и Евфрата. Гений Навуходоносора был в том, что он сумел ввести в действие и реализовать всё лучшее, что он получил в наследство от прошлого. Но вавилонский мир VI века был уже стар. Не случайно, может быть, тот, кому пришлось его реформировать, приступил к этому в 60 лет, а новую теологию разработал семидесятилетним старцем. Вавилоняне застыли в позиции, которую можно было бы назвать оборонительной. Время Навуходоносора было временем остановившимся или — что, пожалуй, вернее — отложенным. Его универсум был неподвижен, будущего он не имел: ведь Навуходоносор и его люди оставались завороженными прошлым и, так сказать, не желали развернуться кругом.

Первый философ позволяет определить место последнего царя в традиционной вавилонской культуре. И тот и другой стояли на стыке эпох. Но Фалес открыл эру рационального, а Навуходоносор закрыл эру рассудительного. И все же Навуходоносор всегда оставался хозяином своих планов. Полное осознание того, что он делает, предопределило пределы его успехов; но именно им можно объяснить и его несравненную славу.

ОСНОВНЫЕ ДАТЫ ЖИЗНИ НАВУХОДОНОСОРА II И ЕГО ПРЕЕМНИКОВ

Около 620 — рождение у основателя Нововавилонского царства Набопаласара сына, названного Набу-кудурри-усур (Навуходоносор).

Около 615 — рождение Набонида, будущего царя Вавилонии, одного из преемников Навуходоносора.

612 — взятие вавилонянами и мидянами после двухмесячной осады Ниневии, столицы Ассирии.

609 — победа вавилонян и мидян над ассирийцами в битве за Харран.

607 — начало исполнения Навуходоносором обязанностей в качестве наследного принца, в том числе командующего армией.

605, конец мая — взятие Навуходоносором Кархемиша — последнего оплота Ассирии, разгром войск ее союзника, египетского фараона Нехо II.

75 августа — смерть от болезни Набопаласара в Вавилоне на 21-м году царствования.

7 сентября — начало царствования в Вавилоне Навуходоносора II.

604, декабрь — взятие вавилонскими войсками штурмом филистимского города Аскалона, пленение его царя.

602—601 — военные столкновения с Египтом, в результате которых фараон Нехо II отказался от ведения борьбы за азиатские территории.

599, ноябрь—декабрь — разгром на юго-востоке кедарских арабов.

597, конец января — вступление Навуходоносора в Иерусалим, смерть иудейского царя Иоакима и возведение на престол его сына Иехонии.

Март — сдача Иерусалима без боя, увод царя Иехонии с семьей и десяти тысяч иудеев в плен в Вавилон, возведение на престол Седекии, наложение дани на Иудею.

После 597 — по распоряжению Навуходоносора высечена надпись в Вади-Брисса.

594 — смерть фараона Нехо II, начало проведения антивавилонской политики фараоном Псамметихом II.

594—593 — попытка создания антивавилонского союза Иудеи, Эдома, Моава, Аммона, Тира и Сидона.

591 — паломничество Псамметиха II во главе флота в финикийский Библос, находившийся под властью Вавилона.

589 — восстание иудеев по сигналу из Египта.

588, 15 января — начало осады Иерусалима.

вернуться

60

Фалес Милетский — древнегреческий математик и философ (ок. 625—547), названный еще при жизни «отцом философии». Основал в Милете (Малая Азия) первую научную школу, с которой начинаются европейская космогония, физика, астрономия, геометрия.

63
{"b":"228610","o":1}