ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В 1945 году без излишнего шума судебные власти США освободили Лучано и приняли решение депортировать его в Италию. 8 февраля 1946 он отбыл на пароходе…

В годовом отчете от 9 октября 1943 года утверждалось, что ФБР «обработало» 390 805 «случаев угрозы национальной безопасности», — на 50 процентов больше, чем в предыдущем году, и держит под своим контролем все враждебные элементы внутри страны.

ФБР удалось еще раз обмануть немецкую разведку с территории Лонг-Айленда при помощи двойного агента — немецкого купца-экспортера, прибывшего через Уругвай в США и там служившего ФБР за вознаграждение. Официальное сообщение называет лишь номер агента — Д-98, но не его имя.

С начала 1942 года до вступления британских войск в Гамбург в мае 1945 года шли через эфир вымышленные сообщения. Контрразведка всех трех видов вооруженных сил поставляла ФБР ложный материал. Когда в феврале 1944 года американские войска готовились к большому десанту на Маршалловы острова, Д-98 сообщил по радио ложную информацию о запланированном нападении на Курилы. Это прозвучало правдоподобно, поскольку на этой группе островов предусматривался, а затем и был осуществлен небольшой отвлекающий маневр.

Несколько месяцев спустя генерал Эйзенхауэр закончил последние приготовления к вторжению в Нормандию.

В эти дни агент Д-98 был особенно активен:

«…высадка англо-американцев откладывается точка помехи в снабжении точка войска сша в средиземном море приведены в боевое состояние точка определенные для великобритании танковые войска также переведены в средиземное море…»

Так звучит дешифрованная запись радиосообщения, которым радист на Лонг-Айленде внес свой вклад в дезинформацию фашистского верховного командования.

РАБОТА ЗА РУБЕЖОМ

Реальные успехи контрразведки ФБР в известной степени обусловлены и тем, что работа внутри страны постоянно координировалась с внешними операциями за границей.

Первая акция была проведена в Океании.

Сообщение о нападении японцев на Пирл-Харбор в Вашингтон одним из первых передал Роберт Л. Шиверс, руководитель представительства ФБР в Гонолулу. Он же организовал несколько прямолинейную, хотя и эффективную акцию: сразу после бомбардировки приказал захватить японское консульство в Гонолулу. Хотя многие документы там уже сгорели, оставшийся материал давал еще достаточные разъяснения. Генеральный консул Нагао Кита направлял в Токио многочисленные шпионские сообщения, однако не все следы его информаторов были устранены. Так, анализируя остатки «трофейного» архива, джи-мены натолкнулись на супружескую пару Бернхард-Отто и Фридель Кюн, родом из Германии, которая числилась в картотеке уже с 1939 года.

Кюн, который нигде не работал и не занимался никаким делом, постоянно располагал большими денежными средствами. Уже при первой тайной проверке ФБР зарегистрировало выписку из счета свыше семидесяти тысяч долларов. Сумма эта с 1936 года возросла. Оказалось, что с этого времени, после заключения антикоминтерновского пакта, немецкий агент Кюн работал на японскую тайную политическую полицию. Другие значительные суммы последовали после 1939 года. Последним поручением для Кюна был Пирл-Харбор. Он должен был вести наблюдение в гавани за прибытием и отплытием боевых единиц флота. Его информация передавалась в консульство или через согласованные сигналы с берега прямо на японские суда. Кюн был изобличен, дал показания и был осужден — весьма строго, по законам военного времени.

ФБР уже давно под предлогом «охраны» посольств США в зарубежных странах стало внедрять в их персонал своих агентов. Те следили за своими дипломатами и вели зарубежный шпионаж. В 1940 году Гувер послал группу агентов в Лондон, где они обменивались опытом с британской секретной службой, и договорились с ней о сотрудничестве на будущее. Тот же год принес дальнейшее расширение внешней деятельности ФБР. Его сотрудники «перешагнули» границу Мексики, и с этого момента вся Латинская Америка стала полем деятельности джи-менов.

Более сотни джи-менов были спешно подготовлены для выполнения новых задач, получили кодовые имена и опознавательные номера. Уже через месяц они находились на пути к месту своей деятельности в южной части Западного полушария. Акция началась совершенно секретно. Одни агенты SIS были зачислены в штат американских посольств в качестве новых сотрудников, другие разъезжали под видом маклеров или поступили на службу в экспортные фирмьг для работы в их южноамериканских филиалах, третьи пересекли границы под видом простых туристов. Идя по следам германских агентов, джи-мены просочились во все латиноамериканские страны. Но определить при этом точно, что сделано именно отделом ФБР, в большинстве случаев было весьма трудно, ибо в южноамериканском «Эльдорадо для шпионов» действовало множество секретных служб, в том числе и «Intelligence service», и, разумеется, органы контрразведки стран Латинской Америки.

Со временем между SIS и полицейскими органами латиноамериканских государств установилось тесное сотрудничество. США даже добились того, что девять латиноамериканских государств приняли их предложение зачислить в свои полицейские части сотрудников ФБР в качестве советников по борьбе со шпионажем и диверсиями.

До 1956 года ФБР хранило молчание о своих акциях в Южной Америке. Все, о чем тогда официально сообщалось, было лишь романтическим прославлением его успехов. Так, в сообщениях ловкие джи-мены проникали на каноэ к истокам Амазонки и сражались там с помощью отравляющего газа с дьявольски опасными рыбаками, прежде чем удалось ликвидировать шпионский центр. Другие агенты ФБР преследовали банды, работавшие на нацистов и провозившие контрабандой платину. На древнем дребезжащем биплане они кружили у истоков Ориноко. Гроза заставила их совершить вынужденную посадку. Храбрых мужей из Штатов разгул стихий не остановил. Охота шла в течение нескольких недель в Эквадоре, Боливии и теперь в Аргентине, снова и снова преследуемые ускользали, пока не были схвачены в зарослях пампасов. Однако неожиданно появилась аргентинская полиция, которую больше интересовали янки, чем немцы. Так джи-мены оказались в тюрьме. Поскольку аргентинцы знали, что это за матерые парни, дело не дошло даже до допроса. Они прибегли к picana electrica — пытке электрическим током, доставлявшей мучительную боль бравым джи-менам. Однако тот, кто думал, что агенты проронят хоть слово, ошибался: крутые парни не издали ни звука. Ночью они бежали из тюрьмы, а затем выполнили свою миссию. Прежде всего, они захватили караульные посты перед домом префекта, затем к ним присоединились немцы, жившие в Аргентине…

Мексика

Для нацистских шпионов особую важность родина ацтеков представляла из-за ее географического положения. В апреле 1941 года здесь уже действовало шесть немецких агентур. Однако они просуществовали недолго. По отношению к мексиканцам агенты вели себя так, как этого можно было ожидать от арийского «сверхчеловека», — надменно и хвастливо. Всеобщее внимание привлекли к себе в Тампико агент Барке, в Гвадалахаре — его сообщник Руге. Самое интересное произошло в Сьюдад де Мехико: немецкий шпион Хилгерт избрал для своих каждодневных алкогольных возлияний винный погребок, который служил также местом явок для агентов SIS. Это был не единичный случай. Немецкий посол в Мексике Рюдт фон Калленберг сообщил в Берлин о том, что здесь происходит, после чего несколько агентов было заменено. ФБР и его «зарубежному отряду», SIS, сильно помогли местные «левые». В октябре 1941 года тысячи мексиканцев собрались на антифашистскую демонстрацию. Генеральный секретарь объединения профсоюзов Ломбардо Толедано назвал в своей речи имена большинства немецких агентов в стране, после чего многие из них были арестованы.

Через полгода Мексика присоединилась к антигитлеровской коалиции. Нацистские шпионы едва ли имели здесь теперь шансы. «Левые» информировали ФБР о каждом шаге, и южная граница США считалась надежной.

32
{"b":"228664","o":1}