ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Истории из Простоквашино
Как открыть интернет-магазин. И не закрыться через месяц
Рок Зоны. Адское турне
История армянского народа. Доблестные потомки великого Ноя
Кот для двоих
Видок. Неживая легенда
Рассвет над бездной
День непослушания. Будем жить!
Эмоциональный шантаж. Не позволяйте использовать любовь как оружие против вас!

— Хорошо, — он согласно кивнул, теперь еще больше желая узнать, что же Макквин делала вчера в библиотеке.

— И замечательно…. А теперь выкладывай, что ты ищешь.

Мальчик удивленно взглянул на нее.

— Никогда не поверю, что ты ходишь в библиотеку якобы только заниматься. У тебя все нужные учебники давно куплены и лежат в спальне. Ты в любой момент можешь ими воспользоваться. Значит, ты читаешь что-то вне школьного курса. Я права? — Она внимательно посмотрела на Тома и добавила. — Ты всегда можешь спросить у меня, и я тебе обязательно помогу.

У мальчика и в мыслях не было ей довериться. Лишь желание отвертеться и, любым способом избавившись, пойти в библиотеку одному. Разумеется, Поппея могла многое знать о змееустах и Салазаре Слизерине, но рассказать ей все, значило довериться, выдать все свои тайны. На первый взгляд ничего страшного в этом не было, ведь Макквин всего лишь одиннадцатилетняя девочка, но лишь на первый взгляд. Том смотрел на нее и до конца не мог понять какова она на самом деле и, что у нее на уме. Внешне с ним приветливая, добрая, постоянно твердящая, что они друзья. Однако в редкие мгновения юная колдунья показывала, как мальчику начинало казаться, свою истинную сущность, как, например, вчера.

— Ладно, расскажу, — делая вид, что согласился со всеми доводами Поппеи, медленно произнес мальчик. — Меня на днях Слизнорт пригласил в свой клуб…

— Как тебе удалось?! — вскидывая в удивлении верх брови, изумленно перебила его девочка.

— Ему понравилось, как я повел себя на последнем уроке зельеварения, спасая Лауру….

— Да, ты тогда выручил нашего декана…, - Поппея как-то странно посмотрела на Тома.

— Мне кажется, что я до сих пор плохо знаю волшебный мир и поэтому хожу в библиотеку и читаю газеты, стараясь получить о нем как можно больше информации. Мне не хочется опозориться на собрании, я ведь совсем не знаю, о чем на нем могут говорить.

Девочка засмеялась:

— Тогда идем! Не будем терять времени!

Помещение школьной библиотеки привычно встретило их тишиной и полным отсутствием других студентов, лишь мадам Пэйн прохаживалась между стеллажами с книгами, с помощью волшебной палочки удаляя с них пыль. Видимо она, когда дело касалось книг, не доверяла даже домовикам.

Том взял несколько подшивок "Ежедневного пророка" и сел за дальний от библиотекарши стол, Поппея расположилась рядом. Раскрыв одну из последних газет, он увидел на первой странице фотографию Амадеуса, волшебника, пытавшегося его убить. Тот сидел за рабочим столом, видимо в своем кабинете, причем время от времени немного нагибался вперед, беря в правую руку перо, явно с намерением начать писать, а затем плавно откидывался назад в кресло, лучезарно улыбаясь белоснежными зубами. У мальчика при виде волшебника по спине пробежал панический холодок. С трудом удержавшись, чтобы не закрыть газету, он заставил себя начать читать статью.

"Я ведь для этого сюда и пришел!" — произнес он про себя. — "Хватит бояться франта. Страх все равно не сможет мне ничем помочь."

Взгляд быстро пробежал по газетным строчкам и упал на еще одну фотографию. В ее центре также красовался Амадеус, а рядом с ним махали руками черноволосая волшебница в элегантной обтягивающей фиолетовой мантии, примерно одного возраста с волшебником и колдун с колдуньей лет двадцати, может двадцати пяти в строгих черных мантиях.

"В кругу семьи?" — предположил Том. — "И с таким гадом еще люди живут! А он с удовольствием позирует, разыгрывая примерного мужа и любящего отца."

Мальчик с любопытством принялся рассматривать детей Амадеуса. Сын выглядел несколько старше своей сестры, внешне напоминая копию своего отца, только на пару десятков лет моложе. Такой же темноволосый, с длинными слегка вьющимися волосами, гордой осанкой и высокомерным взглядом. Девушка же и одного и другого родителя напоминала только отдалено, хотя Тому казалось, что тут дело может быть и в косметике. Прямые каштановые волосы, кожа бледная, словно неестественная, пухленькие маленькие губы, большие глаза и задумчивый, переходящий в мечтательность взгляд. Судя по скучающему выражению лица ей в отличие от брата, и тем более отца, позировать перед фотокамерой никакого удовольствия не доставляло.

— Опять про выборы! И тебе они тоже интересны? — увидев заголовок Поппея, вздохнув, вплотную подвинулась к мальчику и посмотрела на фотографии.

— Надо же быть в курсе событий….

Девочка зевнула, видимо уже начиная жалеть, что пришла сюда.

"И чего она увязалась за мной?" — усмехнулся мальчик. — "Сидит теперь и мучается. Может ей что-то от меня надо? Но обычно она сразу всегда говорит. Хотя, кто их девчонок знает…"

— Я думаю, он не тот волшебник, способный стать министром, — между тем продолжала говорить молодая ведьма.

— Почему? — Том заинтересованно взглянул на Поппею.

— Он слишком светлый, слишком положительный…, - юная колдунья, отодвинувшись от мальчика, откинулась на стуле и принялась объяснять. — Мне иногда кажется, что его поведение всего лишь образ, придуманный журналистами. Этакий приторно-сладкий…. Если ты понимаешь, о чем я говорю.

Мальчик отрицательно помотал головой.

— Ты хочешь сказать, он на самом деле вовсе не такой?

"Не такой! Не такой! Он очень плохой!" — буквально вопило его сознание. — "И очень жестокий с детьми!"

— Вовсе нет. Он может и на самом деле такой, каким его изображают газеты. Просто я думаю, нельзя быть абсолютно положительным, словно герой из дешевой книжонки. Таких попросту не бывает. Их еще в детстве меняет жизнь, или убивает в молодости. Правда, Том? Стране сейчас позарез нужны герои и им сделали Рубенса Амадеуса. Дамблдор вот всеми силами открещивается от участия в политике, а других столь же сильных магов в Британии нет. Вот и получилось, что самый лучший и самый известный — Амадеус.

— Значит, ему придется сразиться с Гриндевальдом? — обретая неожиданную надежду, поинтересовался Том.

"Проиграть и обязательно умереть!" — добавил мальчик про себя.

— Вполне возможно, — ответила Поппея. — Если не сумеют уговорить Дамблдора, то обратятся к нему. А что он тебя так интересует?

— Он ведь самый популярный колдун в Британии! Поэтому мне и хочется про него как можно больше узнать.

— Тогда давай я тебе помогу, принесу еще газет, найду другие статьи, — видимо девочке стало совсем скучно и она хотела хоть чем-то заняться.

Тому ее инициатива оказалась только в радость, Поппея не только могла помочь ему, найдя информацию про Амадеуса, которую он кстати до сих пор не нашел, но и на время оставить в покое, давая возможность подумать и попытаться раскопать что-нибудь про змееустов и Салазара Слизерина.

Юная волшебница, встав из-за стола, отправилась копаться в огромной бумажной горе, состоящей из старых подшивок "Пророка", и мальчик, наконец, углубился в чтение статьи.

"Зло в отличие от нас не дремлет!"

С таким незатейливым на первый взгляд лозунгом начал свою предвыборную кампанию Рубенс Амадеус. Однако лишь на первый и весьма поверхностный взгляд.

"Зло в отличие от нас не дремлет!" В этих нескольких словах отражается вся жизненная позиция волшебника, непримиримого борца с темным, запрещенным Министерством колдовством, использовать которое в последнее время начинают все чаще и чаще, абсолютно ничего не боясь.

Коротко и ясно, лаконично и просто, понятно для каждого, даже самого юного колдуна. В этом и есть весь Рубенс Амадеус.

"Я искореню тьму на корню! Дайте мне лишь только время и возможность", "мои дети достойны жить в лучшем мире, где нет места темному волшебству, запрещенному колдовству и им подобным мерзким обрядам", не устает повторять более чем серьезно настроенный кандидат в министры.

И, кажется, общественность полностью солидарна с ним, ведь по последним опросам именно Амадеус имеет наилучшие шансы усесться в кресло министра магии.

35
{"b":"228676","o":1}