ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Сын лекаря. Королевская кровь
Друзья. Больше, чем просто сериал. История создания самого популярного ситкома в истории
Как разговаривать с кем угодно, когда угодно, где угодно
Кровавая Роза
Сладости без гадости
Непрощенные
Фокусница
Лжец на кушетке
Наедине с Боссом
A
A

— Я хуторской атаман, — задрал тот подбородок.

— А я войсковой старшина по печати, — отпарировал я. — Знать тебя не знаю, видеть не видывал.

— Я тоже. Ни на кругу не встречал, ни на казачьих сходках.

Мы сцепились. Длинными пальцами парень пытался выдавить глазные яблоки как паршивый татарин. Я мочил его кулаками наотмашь. Наконец, завалил на топчан, добрался до горла, но тут загремел железный засов. Новая партия отрезвевших подалась на выход.

— А меня? — подбирая сползающую разорванную майку, подбежал я.

— Как фамилия? А, морская пехота. Наколка на правом плече еще с тех времен?. Сейчас узнаю.

Ждать пришлось недолго. Пока мы с атаманом, набирая силы для новой схватки, косились друг на друга, окруженные своими приближенными, снова загремел засов.

— Морпех, на выход. Старый пердун, весь муравейник разворошил.

— Старая закалка, — сказал кто-то за спиной, когда ворота с жутким скрипом затворились.

— Давай, дорогой, забирай вещи и домой, — доброжелательно похлопал по плечу широкоплечий высокий дежурный. — Курить хочешь?

— Вернули одни ключи, ни денег, ни таблеток. Зато угостили еще одной сигаретой. Сунув ее в рот, я вышел на улицу, понимая, что требовать свое в этом заведении бесполезно. Сразу направился в сторону здания комитета госбезопасности. Недалеко от заветного учреждения подкатили снова:

— Куда спешим, отец? — спросил новый мент.

— В Комитет государственной безопасности, — растерялся я. — Объяснял уже.

— Кому?

— Вашим ребятам. У меня дома обосновались американские диверсанты.

— А откуда ты идешь?

— Из вытрезвителя выпустили.

— Понятно. Продолжай путь, батя.

Машина отвалила. Пройдя еще немного вниз по Большой Садовой, я торкнулся в стеклянные двери. Никого, Постучал громко и требовательно. Из глубины огромной, тускло освещенной, прихожей появился автоматчик с АКСом на животе.

— Тебе чего, батя?

— К руководителю внешней разведки, — четко доложил я. — Важное сообщение.

— Сегодня выходной, отец. День города, — хмыкнул в усы автоматчик. — Приходи завтра. А сейчас домой, иначе в вытрезвитель загремишь.

Нетерпеливо подергав щекой, я со злостью стукнул кулаком по массивной ручке.

— Иди, батя, не нарывайся на неприятности, — миролюбиво посоветовали за дверью.

На вечернем проспекте народу было мало. Круто развернувшись, подался в областное управление милиции. Кто-то из прохожих подсказал, что его перевели в новое здание на Буденновском. Долго не мог отыскать. В конце концов в одном из зданий за железными дверями вновь увидел вооруженных АКСами со шляпками искрогасителей на тупых дулах автоматчиков.

— Батя, тебе ясно сказали, чтобы дергал домой, — зарычали за стеклянными дверями. — Хочешь на свою шею приключений?

— Но у меня дома обосновались диверсанты, — опешил я. — Где ваша патриотическая сознательность? Или и ее успели продать?

— Ну, падла, он меня уже вывел… Отваливай, говорю, сейчас прикладом получишь.

Сопя паровозом, я подался на остановку трамваев, взведенный до предела. Тапки то и дело соскакивали с босых ступней, сквозь дыры в спортивных штанах проникал прохладный ветер. Трамвай не показывался долго. За это время я успел стрельнуть пару сигарет и с сожалением оценить историю перестройки. Вывод напрашивался неутешительный. Редкие прохожие в сигаретах не отказывали. Узнав, что я из вытрезвителя, кучка пьяных парней попыталась угостить дешевым вином. Я отклонил предложение. Зазвенел ярко освещенный вагон, в салоне было полно свободных мест. На повороте с Буденновского на улицу Текучева вспомнил о Людмиле. Решил, что не пустит. На пощади Ленина подумал о «друге» Андрее. Можно, конечно, зайти к нему во флигель, да живет далеко, в глухом тупике. К тому же ненадежен, сколько раз бросал во время пьяных конфликтов. Значит, отбиваться придется самому. «Гости» с недюжинными способностями наверняка в курсе моих похождений. Действительно, они по прежнему прятались по углам. Ближе к полуночи заскочил Сэм. «Гости» притихли, лишь изредка мелькнет то нога, то край одежды. Я выложил волновавшие проблемы. Кого стесняться, когда все известно.

— Никому дела нет. Пусть хоть все шпионы со всего света приезжают. Напротив «Горизонт», вертолетный завод, «Электроаппарат». Все военные объекты. По фигу.

— Похмелись еще, — участливо посоветовал Сэм. — Дочка не звонила?

— Нет.

— Деньги есть?

— В вытрезвителе выгребли.

— Пойду посмотрю сухого. Стаканчик вмажешь и спать. Должно пройти. Юрка Царь предупредил поселковых, если кто каплю нальет — шею свернет набок.

— Разве он за всеми уследит?

— Все равно.

После его ухода, «гости» долго не показывались. Я давно понял, что они боялись посторонних, на улице, в других местах, не заметил ни одного. Сэм задерживался. Я уже уверовал в чудодейственную силу поддержки, Если бы кто находился рядом, убрались бы как миленькие. Наконец зазвенел звонок.

— В коммерческих ни бутылки, — пояснил Сэм. — Отобрал у пацанов в общежитии. Но стакан, остальное отнесу. Сами трясутся.

Сорвав пробку, он наполнил посудину доверху, я послушно проглотил кисловатое болгарское пойло. Эффект слабый, видимо, нервы напряжены до предела. Сэм о чем-то спрашивал, я отвечал, настороженно косясь по сторонам. Налив еще раз, он заткнул пробку и ушел, пообещав зайти утром. Полегчало. В доме никого, лишь тревога от возможной опасности. Уткнувшись в подушку, попытался заснуть. Сон не шел. Муть голубая, хотя на душе более — менее спокойно. Снова звякнул звонок. На пороге стоял «друг» Андрей.

— Со свадьбы, — ввалился он в комнату. — Отыграли как положено. Завтра еще день и бабки на лапу. Выпить ничего нет?

— Самого Сэм угощал.

Войдя в комнату, я остановился посередине. Андрей было развалился на стуле. Я немедленно согнал его. Из-под сидения доносилось тихое дыхание, видимо, там спрятался один из диверсантов.

— Ты чего? — вскочил тот, пьяный, с растрепанными мокрыми губами, но соображающий.

— Ничего, — тронув шевельнувшуюся под рукой обивку, буркнул я. — Раздавишь, пересядь лучше на диван.

Недоуменно пожав плечами, вскочивший Андрей плюхнулся на диван. Чувство опасности понемногу улетучивалось. Значит, вино все-таки, помогает. Недаром знающие люди говорят, что завязывать надо постепенно, иначе можно и дуба дать. Покосившись на книжный шкаф, я заметил недавно выкупленные у алкашей свои же книги. Три детективных бестселлера. Алкаши, когда наехал, поклялись, что сами взяли у какой-то старухи, но за бутылку вина согласны уступить. Отодвинув стекло, я вытащил тома, кивнул Андрею, чтобы следовал за мной. Тот быстренько встряхнулся, мыча под нос, мол, негоже писателю распродавать собственную библиотеку. На улице, мимоходом заметив, что библиотеки уже нет, я направился к коммерческому ларьку. Протянул продавцу товар.

— За десять тысяч.

— Весь ларек завалили, — отказался тот. — Может, из твоих шкафов тоже, так что, даром не надо. Предложи кому другому.

Выручил прилично одетый мужчина. Узнав, что я писатель, вздохнул, купил бутылку водки:

— Все вы, братцы, алкоголики, — забирая книги, сказал он. — Есенин, Шолохов, Хемингуэй. Даже Фитцджеральд спился.

У Андрея оказался хлеб. Проглотив по полстакана, занюхали горбушкой. Посидели, поговорили ни о чем. Потом я рассказал о «диверсантах», о вытрезвителе. Добавил, что сейчас они, вроде, сдернули. И вдруг краем глаза за спиной заметил пушистое существо. Это был маленький котенок. Взяв его на руки, погладил. Зашевелилась занавеска, возле зеркала в прихожей вертелась девушка. И растворилась, когда прочувствовала на себе мой взгляд. Я усмехнулся, все-таки не грубые мужики. Протянул котенка Андрею:

— На, подержи. Тепленький, пушистенький.

Сонно моргнув глазами, тот настороженно отстранился. На лице обозначилось выражение недоумения. Котенок перепрыгнул на колени к нему, исчез. Вместо него под руку подлезла собачка, затем барсук, белочка. Я передавал их собутыльнику, но они не хотели с ним заниматься, испарялись, убегали прочь. Наконец, за спиной мяукнул маленький полосатый тигренок. Побаловавшись немного, отпустил на пол. Подумал, что звери постепенно увеличиваются в размерах. Отмахнувшись, сосредоточил внимание на бутылке, краем зрачка замечая, как зашмыгали из туалета в прихожую, и дальше в комнату, молодые красивые девушки в прекрасно сшитых одеждах. Стройные, в широких платьях, с поясочками по тонким талиям, веселые, лупоглазые, розовощекие. Молодость, здоровье, гибкие телодвижения.

108
{"b":"228706","o":1}