ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Опасливо переступив порог квартиры, женщина задержалась у двери, дожидаясь, пока я зажгу свет. Я поспешно протянул руку к выключателю. Смущенно хмыкнув по поводу оставленных на диване газет и пепельницы с окурками, предложил пройти в комнату. Сделав еще один неуверенный шаг, она снова остановилась. Затем обернулась ко мне и засмеялась, показав ровные белые зубы:

— Все жду, когда раздастся выстрел.

— Не дождалась?

— Ы-ы. Не могу понять, с чего меня дернуло переться домой к ваучеристу. С какого бодуна. Возле подъезда только дошло, что среди ваших полно всякого жулья. Пришьют и скажут, что так и було.

— Ничего, все еще впереди, — успокоил я. — Ты пока располагайся, а я включу телевизор и поставлю на плитку чайник. В октябре у нас, как сегодня, в квартире бывает прохладно, так что, не мешало бы согреться.

Смущенно покосившись в мою сторону, женщина прошла в комнату, опустилась на край дивана. Сумку зажала между ног.

— Много денег? — грозно сдвинул я брови. — Как посчитаешь — отдашь.

— Против ваших миллионов — копейки, — снова засмеялась она, сразу расслабившись. — Но мне действительно нужно подбить дебит с кредитом.

Забросив свой объемный кошель на ремне в шифоньер, я включил телевизор, прошел на кухню. Долго возился там, готовя яичницу, заваривая чай. Когда заглянул в комнату, хохлушка сгребала стопки сторублевок и другой мелочи, среди которой самой крупной купюрой была пятитысячная, обратно в сумку.

— А ты, дурочка, боялась, — выставляя на стол купленные по дешевке у ее земляков расписные фаянсовые кружки, подмигнул я. — Есть навар?

— Есть, конечно, иначе зачем сюда мотаться, — вздохнула она. — Но с долгами еще не рассчитаюсь. Я брала деньги у знакомых под проценты.

— Э, подружка, у нас многие крутятся именно на чужих. На том пока стоим. Давно занялась колбасой?

— Месяца нет. Бывшая одноклассница сманула. Муж не работает, потому что шахту законсервировали, а дочь кормить надо. Шестой год пошел.

— Дочка с мужем осталась?

— Ему доверять сейчас нельзя. Запил. Да и не расписаны мы. С мамой оставила.

— Значит, сейчас и он на твоей шее?

— В общем, да, если не повезет на случайный заработок. Разгрузить что, или помочь по строительству. Это те, кто как мой муж, постарше. А в основном ребята помоложе чистят деревенские погреба с продуктами. Мода такая пошла.

Качнув головой, я снова подался на кухню, принес наготовленное. Женщина ела аккуратно, не поднимая головы. По телевизору прокручивали «Песню-94». Слабенький состав певцов и певиц. Эстрадники посильнее завоевывали заграничные подмостки. Поющий в полном смысле слова не своим голосом зять Пугачихи умудрился удостоиться чести стать певцом года на престижной международной тусовке. Не без активной помощи тещи, конечно. Та и безголосого отца его, доморощенного Леля-дудочника, вытащила за уши на экраны телевизоров. Бывший любовник «звезды» Кузьмин из Америки снова вернулся в родные пенаты. Таких там своих достаточно. А вот Александра Серова с Ольгой Кормухиной услышишь нечасто. Певцы отменные. Но женщина внимательно вслушивалась в голоса, я не мешал ей, прихлебывая чай из кружки. Каждому свое. Кому мексиканские сериалы, а кому «Председатель» с Ульяновым в главной роли, или «Гамлет» со Смоктуновским, те же «Полеты во сне и наяву» с Янковским, «Пролетая над гнездом кукушки»… «Ностальгия» Тарковского. Давно не показывали подобных шедевров.

Музыкальная передача закончилась, пошли разборки в государственной Думе. Убрав посуду со стола, я присел на диван рядом со своей гостьей. Она чуть отстранилась.

— Начинается, — нарочито недовольно пробурчал я.

— А если так, я здесь, а ты на кровати. Пойдет? — предложила она, все еще не оставляя надежды сохранить супружескую верность.

— Что ж, был бы не против, если б имел постоянную женщину под боком, — рассудительно заметил я. — Но увы, милая, я голоден. Боюсь, вопреки воле обстоятельства заставят посягнуть на твое тело. Кстати, не слышала нового анекдота про командующего четырнадцатой армией в Приднестровье генерала Лебедя?

— Расскажи. Лебедь мне нравится, как мужчина.

— Предупреждаю, анекдот мой, так что строго не суди. Итак, молоденькая журналистка любопытствует, мол, как вы обращаетесь со своими подчиненными? Лебедь отвечает: раскладываю на столе карту, даю задание, спрашиваю, ясно? Так точно, товарищ генерал. Выполнять. Журналистка, теперь уже с подвохом, мол, а с женщинами? Лебедь засмущался: ну как, наверное, пора работать.

— Уже пора? — пригасила улыбку хохлушка. — Ну что же, где у тебя ванная, товарищ генерал, горячая вода?

— Ни ванной, ни горячей воды. Холодный душ.

— Понятно. Как в четырнадцатой армии…

Она поднялась с дивана. Выключив свет в горнице, зажгла его в прихожей. Из крана в туалете зажурчала вода. Неторопливо раздевшись, я нырнул под одеяло на кровати. Прохладно, топить еще не начинали. Стуча зубами, поворочался на ледяной простыни. В таких пещерных условиях может и не встать, кожа на яичках превратилась в скорлупу от грецкого ореха. Вдруг вспомнилось, как одна из девушек — поэтесс, пока я точно так-же мучился, дожидаючись ее из туалета, неожиданно выглянула из-за ширмы в полном облачении.

— Пока, — помахала она ручкой, загремев ключом в дверном замке.

Это был капитальный облом. Если бы она справилась с замком, мне было бы стыдно встречаться с ней на литературных посиделках в Доме Союза писателей. Но Бог знает, кому в данный момент отдать кусочек сыра. Я с тревогой выглянул из-под края одеяла. Женщина как раз вошла в световое пятно от лампочки в прихожей. О, прекрасные округлые резиновые формы. Не с объемной дыркой между ног от широкого зада и тощих ляжек, а ровненькие полные ножки из аккуратненькой попочки. Это именно мое, потому и мне. Мы с кумом как-то порикопались к английской букве «даблъю», сравнивая ее с женским задом. В основном, бабы обладали задницами, похожими на эту самую «даблъю», но встречались с «раздаблъю», и уж совсем неприлично было быть владелицей «абдрабздаблъю». Хотя, конечно, не они виноваты. И все-таки, на этот счет моя гостья могла не беспокоиться, потому что попка ее точно умещалась в букву «поплъю», если бы таковая существовала в английском алфавите. Осторожно переступая босыми ногами по холодному полу, она прошла к кровати, легко нырнула под одеяло.

— Господи, прости меня, дуру, — прошептала она. — Стыдно, конечно, но что делать. Не бежать же посреди ночи на улицу. Этот… не отстанет…

— Да и свет погашен, — подсовывая руку ей под голову, подкинул я еще один аргументик. — Не переживай, знать будем только мы и Бог. Наверное, он не против, раз так получилось. Впрочем, он дал нам Жизнь, и мы можем распоряжаться ею сами.

— Не преступая заповедей.

— Да, но ты не венчалась в церкви, а я разведен…

Нашарив припухшие губы, я осторожно взял их в свои. Холод неторопливо переместился к ступням. Вскоре согрелись и они…

Женщина приходила ко мне в течении почти месяца. Смотавшись на Украину, торопилась обратно. Я помогал как мог — носил сумки, прятал у знакомых лавочников колбасу, чтобы в случае задержания не конфисковали всю. Она не просила поддержки деньгами, рассчитывая лишь на свои силы. Да и я после загулов с трудом вставал на ноги. Пьянки прекратились, количество выкуренных сигарет сокращалось тоже. У нас образовалась почти семья. Кажется, она увлеклась мною. Мне тоже было приятно с ней. С каждым разом о Людмиле вспоминал все реже, но о Данилке не забывал никогда. В одну из очередных встреч мы лежали в постели и перекидывались глупыми фразами. Наконец-то затопили и в комнате было тепло.

— В первую ночь я испугалась, — хихикала она. — Думала, нарвалась на полового гангстера.

— Показалось долго? — удовлетворенно хмыкнул я. — Твой, наверное, как воробей.

— Да, он слабее тебя. Но дело не в этом, теперь мы почти не живем. Просто у тебя длиннее и я подумала, что пришел мой последний час. Кроме своего больше никого не знала.

83
{"b":"228706","o":1}