ЛитМир - Электронная Библиотека

– Выбор не за ним, а за мной, – сказала Шейла Куам. – Я официально объявляю вторую половину среды Компьютерным днем и приказываю мистеру бен Аппельбауму принять от меня формуляр, заполнить его и вернуть мне на контроль, на подпись. Понятно, бен Аппельбаум? А вы достаточно ясно мыслите, чтобы следовать моим указаниям?

Он машинально взял формуляр и попросил карандаш.

– Карандаш. – Шейла Куам и остальные псевдосущества принялись обшаривать свои шаровидные тела в его поисках, но безуспешно.

Рахмаэль раздраженно порылся в собственных карманах. Надо же, ему нужно не просто заполнить форму 47-Б, но и найти собственный карандаш…

Нащупав в кармане маленькую плоскую жестянку, он озадаченно извлек ее и осмотрел. Его примеру последовали столпившиеся вокруг пожиратели глаз. Особое внимание проявляла Шейла Куам.

«КОНЧИЛ ДЕЛО – ГУЛЯЙ СМЕЛО!»

– Какая мерзость, – заметила Гретхен Борбман. И пояснила остальным, что жестянка содержит юкатанский профоз худшего рода – полностью автоматизированный, с питанием от гелиевой батарейки с запасом на пять лет… – Бен Аппельбаум, когда вы щупали меня, вы случайно искали не это?

– Нет, – возразил он. – Я про него забыл. – И Рахмаэль, похолодев, сообразил, что все это время имел при себе сверхминиатюрное оружие ООН – персональный вариант искажателя времени, мощного изобретения из арсенала Хорста Бертольда. Естественно, он сохранил оружие, успешность маскировки которого не вызывала сомнений и только что прошла практическое испытание, – ведь в первый момент ему показалось, что в коробочке действительно профоз, и ничего более.

– Из уважения к приличиям и присутствующим здесь женщинам, – заговорил пожиратель глаз Хэнк Шанто, – вам, бен Аппельбаум, следует убрать эту допотопную жестянку с глаз долой, согласны?

– Пожалуй, да, – сказал Рахмаэль. И открыл жестянку.

Вокруг него вился едкий дым, обжигающий ноздри. Он невольно припал к земле, пытаясь защититься. Мэтсон увидел серые казармы.

Рядом с ним появилась Фрея. Воздух был холодный, они дрожали, он подобрался к ней поближе и уставился на казармы. Выстроенные рядами, они были защищены двенадцатифутовыми проволочными ограждениями под напряжением, с пущенной поверху колючей проволокой. И еще указателями с предостерегающими надписями, читать которые ему показалось излишним.

– Мэт, ты когда-нибудь слышал о городе Спарте?

– Спарта, – эхом отозвался он, поднимаясь и подхватывая свои чемоданы.

– Погоди. – Фрея разжала его пальцы и поставила чемоданы наземь. Мимо прокрались несколько человек в неприметной одежде, нарочито не обращая на них никакого внимания. – Я ошибалась, – сказала Фрея. – И напрасно передала тебе сигнал «все чисто», Мэт. Мне казалось…

– Тебе казалось, это печи, – подсказал он.

– Это рабочие лагеря, – спокойно поправила она, отбрасывая назад тяжелую гриву темных волос и поднимая лицо навстречу его взгляду. – Советского образца, не образца Третьего рейха. Лагеря принудительного труда.

– И чем в них занимаются? Очищают планету? Но ведь первые спутники наблюдения доложили, что…

– По-видимому, они формируют ядро армии, – перебила она. – Вначале собирают всех в рабочие бригады, чтобы приучить к дисциплине. Молодые мужчины немедленно приступают к боевой подготовке, остальные… возможно, нам придется послужить и вон там. – Она показала ему пандус подземного сооружения с ведущим вниз эскалатором, и он вспомнил из своей юности предвоенные сооружения такого типа.

Многоуровневая фабрика. С непрерывным циклом, а значит, управляемая не только гуманоидами. Машины не способны переносить и не переносят круглосуточной эксплуатации. Только последовательные смены людей заставляют конвейер двигаться, это выяснили еще в 92-м году.

– Большинство ваших полицейских ветеранов, – сказала Фрея, – слишком стары для немедленного зачисления на службу. Поэтому их приписывают к казармам, и нас припишут. У меня есть назначенный вам номер и тот, что они назначили мне.

– В разных помещениях? Мы даже не будем вместе?

– Еще у меня есть обязательные для заполнения формуляры, где надо перечислить все свои навыки, – сказала Фрея. – Чтобы принести им пользу.

– Я стар, – пожаловался он.

– Тогда тебе придется умереть. Если только ты не придумаешь себе умение.

– Кое-что я умею. – В чемодане, стоявшем рядом с ним на тротуаре, был спрятан передатчик, способный, несмотря на миниатюрность, отправить сигнал, который достигнет Терры через полгода.

Он достал ключ, нагнулся и повернул его в замке чемодана. Ему нужно было только открыть чемодан и просунуть в прорезь кодирующего устройства передатчика дюйм ленты с информацией – остальное завершалось автоматически. Мэт включил ток; все электронные устройства в чемодане были замаскированы под предметы гардероба; поражало количество туфель – словно он прибыл на Китовую Пасть, чтобы всю жизнь бродить по ней в элегантной обуви.

– Но для чего нужна эта армия? – спросил он Фрею, программируя с помощью крошечного прибора дюймовый отрезок ленты.

– Не знаю, Мэт. Это выдумка Теодориха Ферри. По-моему, Ферри намерен переплюнуть армию Терры, которой командует Хорст Бертольд. Я успела поговорить здесь с несколькими людьми – они очень боятся. Один из них считает, что найдена разумная раса инопланетян и теперь мы готовимся нанести удар по их планетам-колониям. Возможно, скоро, тогда и мы с тобой…

Мэтсон поднял на нее глаза.

– Я зашифровал следующее сообщение: «Гарнизонное государство. Добудьте информацию у Бертольда». Оно отправится к нашему лучшему пилоту Алу Доскеру и будет повторяться снова и снова, поскольку фактор помех на таком расстоянии…

Лазерный луч снес ему затылок.

Фрея зажмурилась.

Второй луч из лазерной винтовки с телескопическим прицелом уничтожил сперва один чемодан, затем второй. К ней беспечно приблизился, небрежно держа винтовку, молодой солдат в новехонькой форме. Он окинул Фрею похотливым, хотя и не слишком страстным взглядом и посмотрел вниз, на мертвого Мэтсона.

– Мы засекли ваш разговор с помощью звукозаписывающего устройства. – Он показал Фрее сетчатый радар на крыше терминала «Телпора». – Этот человек, – солдат пнул труп Мэтсона Глэйзер-Холлидея, – сказал что-то о «нашем лучшем пилоте». Значит, вы представляете организацию. Случайно, не «Друзей объединенных людей»?

Она промолчала, не в силах говорить.

– Идемте, милая, – пригласил солдат. – Пора подвергнуть вас психодопросу. Мы откладывали его, поскольку вы были достаточно любезны – или глупы, – чтобы сообщить нам о том, что ваш муж последовал за вами. Но мы никогда…

Он умер, убитый начиненным цианидом низкоскоростным цефалотропным дротиком, пружину которого Фрея освободила с помощью своих «часов». Дротик летел медленно, но солдат не сумел увернуться; он по-детски отмахнулся от опасности, не успев осознать ее и встревожиться, и кончик стрелки впился в вену возле его запястья. Его смерть была такой же безболезненной и быстрой, как смерть Мэтсона. Оседая на тротуар, солдат вращался, как заведенный, Фрея же повернулась и побежала прочь…

На углу она свернула направо, промчалась по узкому, усеянному мусором переулку, на ходу порылась в своем плаще и включила передатчик, посылающий всепланетный сигнал тревоги. Сигнал этот будет принят всеми служащими «ОбМАН Инкорпорэйтед» на Китовой Пасти, на случай если кто-то из них еще не успел насторожиться после пятиминутного ознакомления с планетой здесь, на станции «Телпора», откуда нет возврата. Что ж, ей удалось объявить тревогу официально, через технические каналы связи, и требовать от нее чего-то большего просто нельзя.

У Фреи не было мощного межсистемного передатчика, который имелся у Мэтсона, и она не могла послать макроволновой сигнал, который принял бы через полгода в Солнечной системе Ал Доскер. Отправить его не смог бы также ни один из двух тысяч полицейских агентов «ОбМАН Инкорпорэйтед». Но они были вооружены. И Фрея с изумлением и страхом поняла, что отныне автоматически становится ответственной за уцелевших членов организации, ведь несколько месяцев назад Мэтсон наделил ее официальным правом наследовать пост после его смерти, и это не было их частным делом – соответствующие меморандумы были разосланы по всей организации.

40
{"b":"228714","o":1}