ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

«Справили Новый год, ничего не скажешь!» — мрачно подумала Алина. Почему-то вспомнилась истеричная жена Игоря, которую он тоже не может бросить, и внезапно стало жалко всех: Игоря, Глеба, Томку, себя... Себя почему-то было жальче.

Алина незаметно выскользнула из маленького зала, подошла к сцене.

— Твое предложение до сих пор в силе? — спросила она у Ильи.

Илья оборвал мелодию на полуноте.

— Для тебя — конечно.

— Я приду, — сказала Алина. — Во сколько?

— Я буду ждать тебя у центрального входа в одиннадцать, — обрадованно улыбнулся Илья. — Прошу не опаздывать!

— Вот этого не обещаю. Пока! — махнула рукой Алина и отправилась в гардероб за шубой.

Через пятнадцать минут, поймав такси, она ехала домой по заснеженным улицам города, и ей хотелось то плакать, то смеяться...

Вадим Сергеевич в нетерпении ждал Лору. Она обещала подойти в семь, уже начало восьмого, а ее до сих пор нет. Только он задумался над тем, почему она задерживается, как раздался звонок.

— Наконец-то, — обрадовался Вадим и открыл дверь.

Улыбка тут же медленно сползла с его лица: на пороге стояла Ирина.

— Может быть, ты все же предложишь даме войти? — осведомилась она с издевкой в голосе.

Вадим Сергеевич машинально посторонился, тут же сделал движение обратно, но Ирина уже закрыла за собой дверь. Не раздеваясь и не снимая обуви, сразу устремилась в комнату. Быстро оглядела спартанскую, почти нищенскую обстановку квартиры, где были в основном одни книги, и покачала головой:

— Да... Негусто для профессора медицины...

— Ирина, я просил бы тебя... — поморщился Вадим Сергеевич.

— Тебе не кажется, что нам наконец-то нужно серьезно поговорить? — Ирина Михайловна опустилась в единственное кресло и грациозно, отточенным движением закинула ногу на ногу. Распахнулись полы шикарного кожаного плаща, обнажив ногу в черном чулке, выглядывающую из откровенного разреза длинной юбки.

— Ирина, не сейчас. Извини, но я очень занят.

— Чем же? — удивленно подняла тонкие брови Ирина.

— Мне нужно настроиться на завтрашнюю операцию...

— Ничего, я ненадолго, — успокоила его Ирина Михайловна.

Вадим Сергеевич лихорадочно соображал. С минуты на минуту должна прийти Лорка. Нужно сделать все, что угодно, только бы они не встретились! Все, что угодно!

— Хорошо, — кивнул он. — Поехали домой. Там спокойно сядем и поговорим.

— А почему нельзя поговорить здесь? — Ирину Михайловну, казалось, забавляла сложившаяся ситуация. — Или, может быть, ты кого-то ждешь?

— Ирина, я прошу тебя! — чуть повысил голос Вадим Сергеевич. — Ты хочешь поговорить — ради бога. Только не здесь.

— А вот кричать на меня не надо. — Ирина Михайловна поводила наманикюренным пальчиком перед его лицом. — Кричать ты будешь на свою потаскушку.

— Ирина... Я попросил бы... в таком тоне...

— А как ее еще можно назвать? — притворно удивилась Ирина Михайловна. — Если она таскается в такую берлогу, куда нормальному человеку войти-то противно, и ложится вот на это...

Красный ноготь едва не проткнул старенький плед на диване, из-под которого выглядывало перестеленное вчера Лорой белье.

— Потаскушка — это еще мягко сказано, — удовлетворенно повторила Ирина Михайловна.

— Чего ты от меня хочешь? — вымученно выдавил из себя Вадим Сергеевич.

— Я хочу, чтобы ты вернулся, — твердо сказала Ирина Михайловна.

Вадим Сергеевич вздрогнул то ли от ее слов, то ли от звонка в дверь, раздавшегося в ту же секунду.

— Ну, что же ты стоишь как столб? — насмешливо спросила Ирина. — Иди. Я надеюсь, твоя гостья не помешает нашему разговору? Может быть, даже примет в нем посильное участие.

Звонок повторился.

— Иди открывай!

Вадим Сергеевич, проклиная все на свете, пошел к двери.

Лора Александровна шагнула в прихожую и легко поцеловала его в щеку.

— Вадим... Я так соскучилась...

— Лора, понимаешь... — начал было Вадим Сергеевич.

— Что же ты держишь человека на пороге? — раздался из комнаты голос Ирины Михайловны.

Лора вздрогнула и, обойдя сникшего Вадима, прошла в комнату.

Ирина Михайловна, полураздетая, лежала на кровати, слегка прикрывшись пледом.

При виде Лоры Александровны лицо ее вытянулось: она ожидала увидеть совсем не эту женщину, которая, похоже, по возрасту была ее ровесницей, она ждала Алину, и весь этот спектакль был рассчитан только на нее. Но Ирина быстро справилась с растерянностью.

— Извините, мы с мужем сегодня вечером никого не ждали, — сказала она любезно.

Глаза Лоры Александровны стали огромными и беспомощными. Как слепая, почти на ощупь, она двинулась в сторону двери.

— Лора, подожди, я сейчас все объясню, — попытайся взять ее за руку Вадим.

Лора Александровна подняла на него глаза. В них было столько боли, что он отшатнулся, не в силах произнести ни слова.

Захлопнулась дверь. Вадим несколько минут постоял в коридоре, потом прошел на кухню и закурил. Руки его тряслись.

Ирина Михайловна вплыла в кухню уже полностью одетая.

— Это и была твоя ненаглядная? На что польстился? Ни кожи ни рожи...

— Уйди, — глухо сказал Вадим Сергеевич. — Ты уже сделала все, что могла.

— Послушай, я действительно хочу...

— Уйди! — повысил голос Вадим Сергеевич. — Я никогда не поднимал руку на женщин, но если ты пробудешь здесь еще хотя бы минуту — я за себя не отвечаю.

В его голосе звучало столько затаенной угрозы, что Ирина Михайловна невольно сделала шаг назад.

— Хорошо. Я ухожу. Но ты еще пожалеешь обо всем этом.

— Я подаю на развод. И если я о чем-нибудь сейчас жалею, так только о том, что когда-то позволил тебе и моим родителям сломать мне жизнь.

— Развод? Ну, это мы еще посмотрим! — вскинула голову Ирина Михайловна. — Таких женщин, как я не бросают! Запомни это!

— От них сбегают. — Вадим Сергеевич с силой вдавил окурок в пепельницу и поднялся. — Ты уйдешь или мне тебе помочь?

Ирине Михайловне ничего не оставалось, как ретироваться.

Глава 14

31 декабря Глеб позвонил Алине около пяти часов вечера.

Он смутно помнил тот вечер в ресторане, драку, как он искал Алину, пока до его пьяного сознания наконец дошло, что она уехала одна, даже не попрощавшись. Потом он пытался выяснять отношения с Ильей, едва держась на ногах. На его счастье, музыкант был трезв и ко всему происходящему отнесся с философским спокойствием. На следующий день его мучило страшное похмелье, жутко болела голова, он почти весь день провалялся в кровати. Ольга заботливо отпаивала его крепким чаем. Глеб страдал и чувствовал себя полной сволочью.

Алина сняла трубку сразу, как будто ждала его звонка.

— Здравствуй, маленькая... — В голосе Глеба звучало столько нежности, что в ней можно было захлебнуться и утонуть.

— Привет, — холодно отозвалась Алина.

— Я хочу поздравить тебя с наступающим Новым годом и пожелать, чтобы следующий год был самым счастливым... Для нас с тобой...

— Спасибо. — Лед в голосе Алины слегка подтаял.

— Я у твоего подъезда, — неожиданно сказал Глеб. — Ты можешь спуститься?

— Сейчас? — растерялась Алина. — Ну, хорошо... Подожди...

— Ты же знаешь, что я готов ждать тебя всю жизнь, — улыбнулся Глеб. — Уже жду.

Алина мгновенно переоделась, раскинула по плечам волосы, набросила на плечи шубку и вылетела из квартиры.

Глеб ждал ее внизу в подъезде. Он сразу, не дав ей сказать ни слова, сгреб Алину в охапку и покрыл лицо поцелуями:

— Я так по тебе соскучился!

Алина не сопротивлялась, но и особо не отвечала: держала марку.

Глеб выпустил ее из объятий и достал из кармана небольшую коробочку.

— Это тебе, маленькая. С Новым годом!

Алина открыла коробочку и охнула.

На красном бархате лежало небольшое, очень изящное золотое кольцо. Маленький изумруд, переливаясь всеми оттенками зеленого, сразу напоминал о солнечном лете и удивительно совпадал с цветом Алининых глаз.

38
{"b":"228733","o":1}