ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Не удивительно поэтому, что президент поручил формирование правительства одному из самых консервативных и осторожных представителей умеренных республиканцев, Генри Ваддингтону. В предшествующем кабинете Дюфора Ваддингтон был министром иностранных дел и прославился на этом посту главным образом тем, что во время Берлинского конгресса 1878 г., к удивлению современников, более всего старался установить дружбу с Бисмарком: недаром князь Орлов писал, что французский министр иностранных дел — «англичанин по рожденью и вкусам и пруссак из страха»[824].

Конечно, не случайно, что, возглавив правительство, Ваддингтон попросил остаться на своем посту министра финансов, занимавшего ранее эту должность крупнейшего миллионера Леона Сэ.

Правительство Ваддингтона, находившееся у власти в течение десяти месяцев (февраль — декабрь 1879 г.), за это время успело провести лишь одну прогрессивную меру из многих обещанных в свое время буржуазными республиканцами — Правительство и парламент перенесли свое местопребывание из Версаля в Париж.

Неудовлетворенность народа правительственной политикой побудила Греви поручить руководство кабинетом более гибкому политику — Шарлю де Фрейсине, возглавлявшему во время войны вместе с Гамбетта штаб обороны в Туре и слывшему человеком, близким к левым кругам. Но Фрейсине, открыто не порывая, сумел незаметно отдалиться от Гамбетта и от левых. «Человек эллипсов и кривых», как его называли журналисты, мастер сглаживания острых углов, Фрейсине искал срединную, примиряющую линию. Возглавляемое им правительство, находившееся у власти целый год (сентябрь 1879 г. — сентябрь 1880 г.), что по тем временам во Франции было необычным, провело целый ряд реформ[825].

Фрейсине, ранее противившийся амнистии коммунарам, убедившись, что это требование, поддержанное всем народом, приобретает угрожающий характер, уже в июле внес в палату проект полной амнистии. В защиту амнистии в палате выступал Распайль, в сенате горячую речь произнес Виктор Гюго[826]. Герои Парижской Коммуны, внушавшие страх многим буржуа[827], вернулись на родину и заняли почетные места в рядах демократического движения. День взятия Бастилии-14 июля — был официально провозглашен национальным праздником республики. «Марсельеза» стала государственным гимном. Правительство объявило распущенными иезуитские общества, а другие религиозные конгрегации были поставлены под его контроль.

Законы, проведенные правительством Фрейсине, были встречены сочувственно народом. Это были внешне эффектные меры — вся Франция пела с воодушевлением «Марсельезу», вся страна с большим подъемом впервые отпраздновала 14 июля как национальный праздник. Беда была в другом — эти меры были недостаточны; они были лишь малой долей обещанной программы реформ, требований, выдвигаемых народом.

И следующее правительство — первое правительство Жюля Ферри (сентябрь 1880 г. — октябрь 1881 г.) было вынуждено продолжать буржуазно-демократические реформы. Были проведены через парламент законы о свободе собраний, закон о свободе печати, отменявший обязательные раньше денежные залоги для издания газет; была осуществлена широкая реформа народного образования. Министерство Ферри осуществило на практике роспуск религиозных конгрегаций, с которыми Фрейсине вел преимущественно словесную борьбу. Были приняты и проведены в жизнь законы об обязательном светском обучении детей от 7 до 13 лет, о светском среднем женском образовании и т. д.

Конечно, все эти реформы 1879–1881 гг. имели прогрессивное значение и способствовали в известной мере демократизации политического строя Третьей республики. Но они далеко не соответствовали ни ожиданиям народа, ни старой республиканской программе. Буржуазные республиканцы смогли прийти к власти лишь благодаря поддержке народа. В течение многих лет они обещали проведение широких реформ: демократизацию конституции, уничтожение верхней палаты, ликвидацию должности президента, широкое социальное законодательство, охрану интересов труда, изменение налоговой политики, отделение церкви от государства и т. п. Получив на выборах, благодаря поддержке народа, прочное большинство в парламенте и почувствовав себя вполне уверенно, буржуазные республиканцы сочли, что теперь следует строго дозировать осуществление программы реформ. Они намеренно, вполне обдуманно затягивали проведение реформ, ограничиваясь либо самыми необходимыми, либо второстепенными мерами, сопротивляясь, сколь возможно, осуществлению главных пунктов своей предвыборной программы. По свидетельству вполне авторитетного в этих вопросах Шарля Фрейсине, Жюль Ферри уже в период своего первого министерства был убежденным противником реформ. «Невозможно каждое утро делать революции, нельзя каждый день изобретать новости», — говорил Ферри[828]. Реформы, проведенные правительством Ферри, доказывали не его склонность к широким демократическим преобразованиям, как это утверждали его биографы-апологеты[829], они были вырваны у правительства пролетариатом, народом.

Программа буржуазных республиканцев, после того как они стали «партией власти» и перестали быть оппозицией, была уже совсем иной. «Не будем приносить наших интересов в жертву нашим симпатиям. Будем сильными и будем богатыми — вот цель, к которой должны мы стремиться», — говорил Жюль Ферри[830]. Это была в сущности перефразированная старая программа Гизо: «Обогащайтесь!», «Будем сильными и будем богатыми!» Эти призывы примерно одинаковы по содержанию.

Салтыков-Щедрин, посетивший как раз в эти годы Францию, метко и зло определил дух, господствующий «в республике республиканцев»: «…вместо проклятых вопросов, самая благонадежная каплунья мудрость!.. Теперь у него (французского буржуа. — Ред.) своя собственная республика, республика спроса и предложения, республика накопления богатства и блестящих торговых балансов, республика, в которой не будет ни „приключений“… ни горизонтов… Эта республика обеспечила ему все… обеспечила сытость, спокой и возможность собирать сокровища»[831].

Эта «республика накопления богатств» искала возможности собирать сокровища не только у себя дома, но и за морем Она вставала на путь энергичной колониальной экспансии. Весною 1881 г. правительство Жюля Ферри, действуя в интересах финансовых групп и опираясь на политическую и дипломатическую поддержку бисмарковской Германии, организовало военную экспедицию в Тунис. Поводом для нее послужили якобы имевшие место нападения воинственного племени крумиров на французских солдат, охранявших границы Алжира. Анри Рошфор был недалек от истины, когда на страницах своей газеты, в статье «Ищите крумиров» писал, что «крумиров выдумали, их нет … мы идем сражаться против невидимого врага» и что «правительство Ферри дало бы 30 тыс. фр. тому, кто показал бы хоть одного живого крумира»[832].

Тем не менее в апреле 1881 г. французские дивизии вторглись на территорию Туниса, вслед за тем 2 мая был высажен 8-тысячный десант под командованием генерала Бреара; не встречая сопротивления, французские войска окружили дворец бея, расположили против него две артиллерийские батареи, после чего генерал Бреар дал бею на подпись «договор о союзе». Бей, не дожидаясь истечения срока в несколько часов, предоставленного ему для перевода документа, поставил подпись под этим «договором». «Договор» в Бардо 12 мая 1881 г. устанавливал протекторат Франции над Тунисом[833].

Последовавшая за этим «договором о союзе и гарантиях» оккупация Туниса французскими войсками привела к восстанию туземных племен, заставивших французские войска втянуться в несправедливую длительную истребительную войну, стоившую и французской стороне весьма дорого — людские жертвы и материальные потери были велики.

вернуться

824

«Русско-германские отношения 1873–1914» (Документы из секретного архива б. министерства иностранных дел). М., 1922, стр. 88.

вернуться

825

О деятельности Фрейсине см. прежде всего его собственные мемуары: Ch. М. Freycinet. Souvenirs, t. II, 1878–1893. Paris, 1913, a также многочисленные свидетельства современников.

вернуться

826

См. Виктор Гюго. Собр. соч., т. 15. М., 1956, стр. 681–683.

вернуться

827

Возвращение коммунаров порождало в буржуазных кругах такой страх, что в правительстве даже обсуждали проект назначения генерала Галифе губернатором Парижа (см. J. Adam Lambert). Apres l’abandon de la Revanche. Paris, 1908, p. 307).

вернуться

828

Ch. de Freycinet. Souvenirs, t. П, p. 189.

вернуться

829

См., например, A. Rambaud. Jules Ferry. Paris, 1903.

вернуться

830

Цит. по: R. David. La Troisieme Republique… Paris, 1934, p. 158.

вернуться

831

M. E. Салтыкоь-Щелуин. За рубежом. M., 1935, стр. 407.

вернуться

832

H. Rocheforl. Les aventures de ma vie, t. IV. Paris, (s. a.), p. 244.

вернуться

833

«Ministere des Affaires Etrangeres. Documents Diplomatiques. Affaires de Tunisie. 1870–1886». Paris. 1881, Doc. Dtp. Fr., Affaires de Tunisie, avril-mai 1881. Paris. 1881; Doc. Dtp Fr., t. III, N 353, 355, 358, 382, 416–417, 428–429, 436, 442, 455, 456, 465, 472; Doc. Dip. Fr., t. IV, N 2, 9, 21; «Annales de la Chambre des Deputes… 1881», t. III. Paris, 1882, p. 129–139, 152–156.

124
{"b":"228816","o":1}