ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Суммировав это, Судских не нашел нужным торопиться.

Машин стало попадаться больше. Вдали замаячили высотки ближних к Окружной микрорайонов Москвы.

Прозвонился Гриша Лаптев:

— Искали, Игорь Петрович?

— Было дело, Гриша. Пока Россия отдыхает, тебе надлежит завтра прервать рождественские каникулы и кое-чем заняться.

— Вот, — сразу повеселел Григорий. — Я и за день намаялся, с соседом нарды гонял. Какие дела?

— Помнишь, мы пытались обсчитать Апокалипсис на стационаре?

— Конечно, Игорь Петрович! Незабываемое мероприятие, хотя и безрезультатное.

— Попробуй еще раз, Гриша. Покопайся в романе «Покушение на миражи». Возможно, выловишь что-либо стоящее. Сдается мне, Тендряков владел ключом. Потанцуй от трех шестерок.

— Пробовал, Игорь Петрович, не вытанцовывается.

— Тогда Библию поковыряй. И не забудь: только каноническое издание, обработки не в счет.

— А вот это существенно, Игорь Петрович. Сегодня же начну.

— Удачи! — кратко пожелал Судских. Его внимание переключилось на трассу.

Он нагнал трейлер с сорокафутовым контейнером. Трейлер занял первую полосу, по второй, вровень с ним, телепался «жигуленок» пятой модели. Судских мигнул дальним светом, водитель трейлера не реагировал. Улучив момент, Судских выехал на встречную полосу и прибавил газу, обходя трейлер. Он не поверил своим глазам, когда трейлер подвернул туда же, закрывая ему обгон.

«Ах ты, бес!» — ругнулся про себя Судских и еще дальше ушел на встречную полосу, другого не оставалось. То же сделал и водитель трейлера. «Тогда пеняй на себя!» — сжал зубы Суд-ских, резко тормознул, чуть подвернув руль вправо, и стал прибавлять скорость. «Волга» с форсированным двигателем повиновалась чутко, шипованная резина держала трассу хорошо, и за три секунды Судских поравнялся с трейлером, обходя его слева. Видимо, водитель трейлера в последний момент увидел «Волгу» в правом зеркальце и довольно резко крутнул баранку вправо. «Не достанешь, козел!» — еще правее ушел Судских. На разделительной полосе намерз лед, припорошенный снежком; зад трейлера от крутого поворота занесло резко влево, да водитель еще и затормозил, не посчитавшись с центробежной силой, и тяжелая махина перевернулась поперек встречной полосы. Занятый трейлером, Судских забыл о «пятерке», а она подставилась неожиданно впереди «Волги». «И ты еще, каналья!» — разозлился Судских, среагировав на хамскую подставку, ушел дальше вправо, чуть не врезавшись в фургон у обочины. По тормозам, влево, в зазор между «пятеркой» и фургоном. Только злое лицо водителя успел заметить Судских, как новая ситуация потребовала внимания: из гаишного «форда» выскочил сотрудник, приказывая жезлом остановиться. «Нет уж, дружок, — дал полный газ Судских, — давай сначала погоняемся, а то будешь потом говорить, что номеров не заметил, в аварии станешь обвинять. Фоллоу ми!» — и выскочил на эстакаду, не сбавляя скорости.

«Форд» рванул за «Волгой».

«Давай, давай, — подбодрил Судских. — Посмотрим, какие водилы ноне у ГАИ».

На эстакаде машин практически не было, и Судских несся по осевой километров под двести. «Форд» стал дожимать.

«Подмогу кликнет», — прикинул действия гаишника Судских и с эстакады, нарушая правила, ушел влево, прямо под бампером «каблучка», вильнул в знакомый по прежним ездкам проулок и затерялся в ходиках между домами.

Какой гаишник снесет подобное оскорбление? Судских не питал иллюзий. Возмущение тем, что его, генерала из органов, подставили и гоняют по Москве, осталось на потом — будет случай, а сейчас, припарковавшись в тихом дворике, он быстро свинтил номерной знак и заменил на другой из багажника.

«А теперь ищите, свищите во все ваши поганые свистульки!» — удовлетворился он проделанной работой и, не мешкая, стал выбираться на Садовое кольцо.

«Подсчитаем: за Трифом хвост, на меня облава с отягчающими обстоятельствами. Кто мог? Кому надо? — размышлял Судских. — С другой стороны, с трейлером я не прав: спровоцировал его. Меня скорее всего хотели придержать. Кому-то явно хочется отделить меня от ребят…»

Свернув на Горького, он связался со Зверевым:

— Миша, почему молчим?

— А только-только управились. Козлов в «Ниве» Бехтеренко сдал гаишникам за Черной грязью, а мы только что довели джип до деревеньки Карпово. Здесь красная такая дача, где Портнова с остальными встретила девчушка. Сейчас все в доме. Ждем Бехтеренко и ваших дальнейших указаний, — отрапортовал Зверев.

— Ждите меня. Подъедет Бехтеренко, пусть под любым соусом блокирует незваных визитеров на въезде в деревню. Как выглядит она? Жилая, нежилая?

— В основном здесь дачники, но кое-кто и зимой живет. У Портнова дом капитальный, кирпичный с одним входом.

— А другой въезд в деревню есть?

— Чуть дальше по трассе, Игорь Петрович, в сторону свалки. Мы обследовали, ваша «Волга» пройдет…

2 — 7

Густой ельник окружал Карпово с трех сторон, с четвертой к нему выходили корпуса ведомственного санатория. Десятка два добротных особняков вперемешку с обветшалыми домишками вдоль дороги составляли всю деревню. Двухэтажный коттедж Портнова стоял крайним у леса, тыльной стороной к картофельному полю, а за ним шла трасса параллельно дороге внутри деревни.

Джип с группой Михаила Зверева проехал по трассе, по деревенской дороге, для обитателей особняка он не остался незамеченным. Связавшись с Судских, Михаил получил указание действовать напрямую, ведя переговоры с Портновым. Портнов согласился до приезда Судских Трифа не будоражить, категорически отказавшись впустить группу во двор. На том и разошлись: Портнов ушел в дом, группа Зверева дожидалась приезда Судских в джипе у калитки.

Группа Бехтеренко, подъехав, осталась на въезде в деревню; его джип просто стоял в колее — не объехать, не обойти, благо пока никто не покушался; другой джип занял позицию с другой стороны деревни, там, где трасса смыкалась с деревенской дорогой.

И Звереву, и Бехтеренко операция казалась слишком сырой, непонятной: брать — не брать Трифа, а если ждать, то зачем так нахально. Успокаивали себя одним: вот приедет барин, барин нас рассудит. Блокировали подъезды — ждем.

В доме Портнова также царило томительное ожидание. Без взрывных эмоций обсуждали вмешательство всемогущего УСИ и сходились во мнении, что из западни не вырваться и тягаться с генералом Судских резона нет. Сам Портнов надеялся кое-что выторговать для себя при обмене, вот только на что менять Трифа, он пока не определился.

Виновник суеты ни о чем не догадывался. Едва приехали, он изъявил желание приготовить еду, а чтобы дочь Чары не путалась под ногами, ее сплавили на кухню, чему она была вполне довольна: всех приехавших она знала, с ними было неинтересно, а дед Илья, как она сразу окрестила Трифа, сгодился ей для точки зубок, беззащитный и вежливый, да еще окруженный какой-то тайной, — это она поняла по поведению взрослых.

Лениво грызя морковку, она сидела на кухонном столе, качала ногой, ничуть не смущаясь, что кусок мяса рядом, а уж что Триф и картошку чистил, и овощи мыл, и у плиты шурует кастрюлями-сковородками — тем более. Она пребывала в том возрасте, когда занятия взрослых кажутся несусветной глупостью и куда лучше употребить время на ничегонеделание. А времени не меряно, но очень хочется побыстрее стать взрослой и показать всем этим «пенькам облезлым и драным кошкам», как надо жить. Старость в ее понятии начиналась с двадцати пяти годов.

— Дед, а дед, ты ведь шпион, а? — настырничала она.

— Шпион так шпион, — соглашался Триф, шинкуя морковку.

— Тогда тебя посадят, — утвердила приговор девчонка.

— Раньше посадят, Маруся, раньше выпустят, — не огорчался Триф, берясь за чистку лука.

— Я не Маруся, а Марья, а вообще-то правильно по метрикам — Мара, ты запомни.

— Запомнил: Мара Хайт, и оба мы шпионы.

— Какая Хайт, какие шпионы! — играла в возмущение Марья. — Ну, даешь, дед! Ты меня не подставляй. Сам садись!

14
{"b":"228827","o":1}