ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Турецкий флот 24 июня прибыл в Дарданеллы в тяжелом состоянии. Корабль и фрегат не смогли дойти до пролива и были сожжены турками. Сенявин мог бы истребить весь турецкий флот. Однако он предпочел спасение геройски дравшегося с превосходящим противником гарнизона Тенедоса. Потери русской эскадры (77 убитых, 181 раненый) были сравнительно невелики.

Турки, кроме вышеуказанных, лишились двух фрегатов, затонувших 21 июня у Самофракии, и корабля с фрегатом, взорванных у Тасоса 22 июня. Всего флот султана потерял четыре корабля, 4 фрегата и корвет, и он надолго перестал существовать как боевая сила.

После Афонского сражения Сенявин установил тесное взаимодействие с английской эскадрой. Но 12 августа он получил известие о Тильзитском мире. 14 августа русский и английский флоты разошлись, ибо оказывались в разных лагерях. 28 августа вице-адмирал получил указ Александра I оставить Архипелаг, передать Ионические острова и другие русские опорные пункты на Средиземном море французам и вести корабли к своим портам. 25 августа был оставлен Тенедос. Сенявин направился к Корфу, где уже хозяйничали французы. Он отправил Грейга для взятия призов и решения других вопросов перед возвращением; 14 сентября контр-адмирал с тремя кораблями прибыл к Ионическим островам. А 19 сентября эскадра Сенявина из 9 кораблей, 2 фрегатов выступила из Корфу, 5 октября прошла Гибралтар. Собирались идти до России без заходов в порты. Но с 7 октября сильный противный ветер, перешедший в шторм, заставил 30 октября зайти в Лисабон. Здесь эскадра была заблокирована английским флотом. 24 августа 1808 года Сенявин сдал англичанам на хранение корабли, а 5 августа экипажи кораблей на транспортах были отправлены в Россию.

Из Лисабона Грейга вызвали в Россию. Он был награжден за успехи в боевых действиях орденом Святой Анны I степени. Моряк получил на Средиземном море опыт командования эскадрой, имел возможность поучиться у такого блестящего флотоводца, каким был Д. Н. Сенявин. Со временем ему пригодился весь полученный опыт, однако не сразу.

Из-за союза с Наполеоном Россия оказалась в состоянии войны с Великобританией. Как и других английских офицеров на русской службе, контр-адмирала по требованию Наполеона отправили в глубь России, в Москву. С 1809-го по 1812 год, до начала вторжения наполеоновской армии Грейг оставался не у дел, использовав свободное время для самообразования. Когда же над Россией грянула гроза 1812 года и восстановились нормальные англо-русские отношения, Грейг вновь вернулся к активной деятельности.

В годы войны с Наполеоном

Уже при угрозе вторжения войск Наполеона были приняты меры для того, чтобы прекратить войну с Турцией и использовать против французов силы Молдавской армии. Александр I, недовольный тем, что М. И. Кутузов медлит с заключением мира, послал ему на смену командующим адмирала П. В. Чичагова. Тому следовало решить ряд важных политических вопросов. Правда, мир с турками Кутузов успел заключить до приезда адмирала. Однако необходимо было добиться, чтобы правительство султана не только не выступило в поддержку Наполеона, но и перешло в лагерь его противников. Чичагов намеревался организовать диверсию против Франции с юга, вел переговоры о взаимодействии с англичанами. Для помощи в осуществлении этих планов в штаб армии прислали Грейга. В 1812 году контр-адмирал, выполняя поручения П. В. Чичагова, ездил в Одессу, Константинополь, на Мальту и Сицилию с дипломатическими поручениями.

Чичагов посылал Грейга на Сицилию с целью выяснить у адмирала Бентинга, командующего английскими морскими силами на Средиземном море, сможет ли Англия содействовать русским операциям в Далмации, которые задумал адмирал для отвлечения внимания Наполеона. По дороге в Палермо в начале июня 1812 года контр-адмирал прибыл в Константинополь, в начале июля беседовал с английским послом Листоном и понял, что надеяться на помощь англичан бесполезно. Если прибывший позднее из Лондона с задачей побудить Россию и Турцию примириться генерал Р. Вильсон утверждал, что сильная английская эскадра находится в Адриатическом море, то Листон заявлял, что и флот, и войска использованы для действий в Испании. Грейгу предстояло выяснить, где же истина.

Разговор с Бентингом привел к неожиданным результатам. Адмирал опасался возрастания влияния России в Европе. Однако англичане нуждались в русских солдатах, и Бентинг предлагал русский корпус из 10 тысяч пехоты, тысячи конницы и артиллерии под командованием A. C. Грейга присоединить к британским войскам на Сицилии, доведя их число до 30 тысяч. 6 декабря флагман писал лорду Батерсту:

«Необходимо нужно чтобы сей корпус отдан был совершенно в распоряжение Великобритании, получал от нее жалованье, пищу и одежду и был бы употреблен вообще на Средиземном море. Он мог бы собраться на Мальте».

Очевидно, адмирал помнил самостоятельную деятельность Ушакова и Сенявина и хотел превратить русских солдат в наемников британской короны. Далее Бентинг писал:

«Я отправлю в отечество еще депешу с г. Макензи, который искренний друг адмиралу Грейгу и которому было известно все, что тогда происходило между адмиралом и мною. Я осмеливаюсь убедительнейше советовать, если сия мысль будет принята, чтобы его отправить в Россию и, наконец, чтобы он начальствовал и сопровождал тот корпус, который, может статься, будет к нам послан».

Послав копию послу в Санкт-Петербурге Каткарту, Бентинг писал тому, что, по мнению Грейга, турки не помешают выходу русских кораблей из Черного моря. Листон в последнем сомневался.

После переговоров с Бентингом в декабре 1812 года Грейг отправился в Лондон. 24 декабря посол России в Англии Х. А. Ливен сообщал министру иностранных дел Н. П. Румянцеву, что контр-адмирал рассчитывает доехать в кратчайшее время и должен был привезти с собой письмо о переговорах Ливена с лордом Кэстльри. Зимой 1813 года Грейг вернулся в Санкт-Петербург. Оттуда моряка послали в Калиш, где тогда располагалась Главная квартира. Конечно, на предложение Бентинга в России не согласились: русские солдаты на Средиземном море нужны были лишь Англии. А контр-адмиралу нашлось дело на Балтике. Летом 1813 года ему поручили командовать силами, которые с моря осаждали Данциг.

5 июля 1813 года капитан 1-го ранга Л. П. Гейден привел к Данцигу гребную флотилию и вступил под командование Грейга. Гребные суда (свыше 70 канонерских, 2 бомбардирские лодки, фрегат «Амфитрида», 4 бомбардирских судна, несколько малых и транспортных судов) блокировали устье Вислы и поддерживали действия сухопутных войск герцога Вюртембергского, который руководил осадой. Получив указание герцога, Грейг 12 августа привел флотилию в боевую готовность. Однако попытка атаки батарей не удалась: сильный северо-восточный ветер разметал канонерские лодки и несколько их выбросил на берег. Герцог отменил бомбардировку, назначенную на 21 августа, однако последний приказ не дошел до флотилии. Утром 21 августа флотилия развернулась по диспозиции и два часа вела обстрел укреплений, затем продолжила обстрел днем. На одной из батарей произошел сильный взрыв. Следующим утром обстрел не состоялся: из-за сильного ветра Грейгу пришлось отвести суда. 23 августа флотилия вновь развернулась по диспозиции. Бомбардирские корабли «Торнео» и «Перун» обстреливали береговые батареи, еще ближе к берегу подошли канонерские лодки и под обстрелом громили неприятеля три часа. Русские моряки заставили французов оставить нижние батареи и отойти к расположенным на высотах укреплениям Нейфарвассера и Вексельмюнде, которые выдержали обстрел. В ходе боя моряки потеряли убитыми 1 офицера и 9 матросов, ранеными 37 моряков. На многих лодках были повреждения, а на семи — подводные пробоины. Грейг писал герцогу о действиях балтийцев: «Ничто не могло превзойти рвения их, с коими оне упорствовали приблизиться к батареям противу сильнейшаго течения из реки Вислы. Под жестоким огнем оне заводили на гребных судах верпы и подтягиваясь ближе, употребляли все средства против неприятеля».

121
{"b":"228833","o":1}