ЛитМир - Электронная Библиотека

Упор на этот факт важен потому, что дальше не будет речи ни о систематической антикварной инвентаризации августовского искусства, ни об оценке важнейших шедевров. В первую очередь следует показать взаимосвязь между искусством, политикой и идеологией августовской эпохи на таких примерах, где очевидно личное влияние Августа или по крайней мере вероятно. Это влияние вне всяких сомнений прослеживается, с одной стороны, в удивительной стилизации изображений Августа, а с другой — в концепции и смысловом содержании основных августовских построек и, наконец, в типологии и оформлении монет.

До сегодняшнего дня сохранилось около 250 изображений Августа, своеобразный рекорд количества изображений принцепса. Но многочисленные, в большинстве своем мраморные, изображения не отражают процесса изменений оригинала. По новым археологическим данным (П.Цанкер), они сводятся к нескольким основным типам: самые ранние изображения Октавиана до 30 г. до н.э., которые совмещают в себе элементы изображений греческих правителей и индивидуальные черты молодого Октавиана. Появившийся около 27 г. до н.э. «тип головы» присутствует почти на двух третях сохранившихся портретов Августа. На них по всем канонам классического греческого искусства в идеализированной форме отражены величие и достоинство в соответствии с эстетикой Поликлета, но при сохранении характерных черт оригинала. Известная статуя Августа в панцире из Примапорты является самым известным примером этого типа портрета. Наконец, существует так называемый побочный тип, как на бюсте с венком из дубовых листьев в Капитолийском музее. На нем сильнее проступают индивидуальные черты.

Безжалостный веризм, который отличал римские портреты во времена Цезаря, сознательно отвергнут, портрет принцепса сильно стилизован. Изображения молодого человека уже носят черты ранней зрелости, серьезности и честолюбия, которые предвосхитили изображения более позднего Августа. Несмотря на эту тенденцию, отсутствует монотонность автоматических копий: статуя в Примапорте изображает сугубо невоенного человека волевым полководцем, победоносным, уверенным в себе императором, другая же статуя, изображающая Августа во время жертвоприношений, являет собой достойный почитания образец римского благочестия.

Бюсты и статуи представителей дома принцепса уже при Августе получили широкое распространение по всей империи. Впечатляющее скульптурное отображение обычаев и деяний предков особенно ярко представлено в мраморной статуе в полный рост неизвестного римского аристократа вместе со своими предками. Эта статуя сейчас находится во дворце Консерватории. Она тоже принадлежит к августовской эпохе.

Более полувековое политическое влияние Августа и огромные средства, доставшиеся ему после аннексии Египта, позволили ему стать одним из величайших строителей истории. Не случайно, что именно этой деятельности он отводит большое место в своей автобиографии, многочисленные упоминания о больших зданиях, реставрациях и улучшениях говорят сами за себя. Много раз Август подчеркивает, что он обновил или достроил старые монументальные здания, не называя их своим именем. Несмотря на большой личный вклад, Август хотел казаться скромным, сдержанным, отвергающим всякие почести принцепсом.

Сначала даже здесь Октавиан принял эстафету от Цезаря, прежде всего закончил начатое Цезарем строительство курии Юлия и торжественно открыл ее в 29 г. до н.э. вместе с храмом Божественного Юлия. Параллельно он построил на Палатине (мы упоминаем только крупные постройки) храмы Аполлона, Дианы и Благочестия. Комплекс на Палатине, кроме храмов, включает колоннады, греческую и латинскую библиотеку, а также жилой дом самого Августа с удивительно хорошо сохранившейся настенной росписью, которая только в последние десятилетия была освобождена от позднейших наслоений. Демонстративное отождествление Октавиана с Аполлоном не было совпадением. После Акция Аполлон стал богом победы, молодости и успеха, а также мудрости и мира, новым личным божеством Августа, которое теперь рассматривалось, как идея старого, а ныне политизированного бога.

История времен римских императорв от Августа до Константина. Том 1. - _11.jpg

Рис. Алтарь Мира Августа. Рим.

Когда строительство на Палатине было закончено, Август воздвиг в северной части Марсова Поля другое величественное здание, кроме всего прочего имевшее и политическое значение. После длительной пропаганды, дискредитировавшей Антония и Клеопару, как представителей восточных традиций и норм, постройка монументального мавзолея  стала символом тесной связи дома Юлиев с самим Римом. Давно разграбленный, разрушенный монумент, имеющий когда-то на нескольких этажах склепы для Августа, его семьи, а также для Марцелла и Агриппы, и в котором хоронили всех римских принцепсов вплоть до Нервы, производит глубочайшее впечатление, такое же, как и раньше производил на современников. Позже у его входа и на опорах высекли «Деяния Божественного Августа», фундаментальное повествование о достижениях первого принцепса. Могильный холм высотой около 45 метром и диаметром в 87 метров превосходит по размерам все надгробные памятники римских аристократов. Глубокая символика, заложенная в нем, стала очевидной совсем недавно, когда была обнаружена долго не обращавшая на себя внимание связь мавзолея с двумя другими замечательными сооружениями той эпохи — с алтарем и солярием Августа.

Точная хронология многих августовских построек или спорна или окончательно не выяснена. Но дата алтаря Августа известна точно. Римский сенат постановил начать строительство 4 июля 13 г. до н.э. после возвращения Августа из Испании и Галлии, а 30 января 9 г. до н.э., в день рождения Ливии он был торжественно открыт. По сравнению с большими алтарями эллинистической эпохи, такими, как Пергамонский алтарь размером 36×34 м, размеры римского алтаря Мира выглядят очень скромно. Его окружность составляет 11×10 м, само строение покоится на подиуме высотой 1,30 м. С исторической точки зрения его архитектонические особенности значат гораздо меньше, чем тематика изречений украшавшего его барельефа.

История времен римских императорв от Августа до Константина. Том 1. - _12.jpg

Рис. Мавзолей Августа.

Внешние стены алтаря Мира украшены искусно расположенными орнаментами из вьющихся растений, классической меандрической полосой, а также процессией из двух групп. К этой процессии мы еще вернемся. В отличие от смыкающихся колонн длинных стен, поля рядом с двумя дверями сооружения украшены отдельными рельефными композициями, которые расположены как бы изолированно, но вместе дополняют друг друга: на фронтальной части изображено жертвоприношение Энея в Лавинии, а также близнецы Ромул и Рем, то есть центральные элементы римских мифов и традиций, на задней стороне находится символическое изображение Рима, покоящееся на оружии, и украшенная всеми атрибутами мира и благополучия Италия.

Из всех декоративных элементов алтаря мира Августа зрителя больше всего поражает процессия жертвоприношений. Она понуждает его делать попытки идентификации изображенных людей, а также впечатляет целостностью и реалистичностью этой композиции. Изображение процессии принцепса и его родственников, всего дома принцепса, магистратов, жрецов и исполнителей жертвоприношения не нужно воспринимать, как отражение конкретного исторического события. Вне всякого сомнения это выражение широко распространенной династической пропаганды в пользу дома принцепса, а также выражение того благочестия Августа, которому был обязан алтарь Мира. Характерно, что из всех изображенных людей с полной уверенностью можно узнать только Августа.

Подобно стилизации изображений Августа, для художественного оформления этого сооружения характерна связь и взаимопроникновение римско-италийских и греческих форм и традиций. Совершенно очевидно, что процессия алтаря Мира является подражанием панафинской процессии Парфенона, а общее архитектоническое решение «цитирует» афинский алтарь двенадцати богам. Специфическим для августовского монумента является также объединение исторических реалий с элементами мифов и абстракций, обращает на себя внимание взаимопроникновение, как в малом, так и в большом, структурных и декоративных элементов. Мы видим здесь общее явление августовского искусства, которое барельефы и вьющиеся растения алтаря Мира характеризуют не меньше, чем сцены на драгоценных серебряных сосудах той эпохи.

40
{"b":"228836","o":1}