ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Скелет в шкафу
Алиса & Каледин
Начало пути
Аня де Круа
Грабли счастья. Самокоучинг для сильных духом
Я не люблю сладкое
Бретер на вес золота
Сфумато
Жила Лиса в избушке
A
A

— Я помню, мсье.

— Не передумали?

— Горю желанием, даже большим, чем прежде.

— Хорошо. Тогда слушайте. Ясно, что между обитателями замка и хозяевами фабрики существует тесная связь. Сегодня вечером комиссар проведет официальный обыск на фабрике и обнаружит документальное подтверждение их сотрудничества. А также, возможно, обнаружит некоторое количество героина. Однако пока нет уверенности, что он найдет прямые и достаточно веские улики, чтобы санкционировать арест мсье Оберона и доктора Баради с сообщниками. Посему было бы весьма желательно арестовать их по какому-нибудь другому обвинению и держать взаперти, пока ведется расследование.

— Не сомневаюсь, мсье, что их прегрешения не ограничиваются контрабандой наркотиков.

— Согласен.

— Они на все способны.

— И активно пользуются своими способностями! Полагаю, — сказал Аллейн, — среди них есть даже убийца.

Рауль прищурился, руки он держал на столе. Пальцы с въевшимися масляными пятнами сжались и снова разжались.

— Мсье высказывается с большой убежденностью, — осторожно произнес Рауль.

— Приходится, — сухо отозвался Аллейн, если учесть, что я видел преступление.

— Видели?..

— Через окно вагона. — И Аллейн рассказал о ночном происшествии в поезде.

— Невероятно, — прокомментировал Рауль, подводя итог услышанному. — А кто убийца, мсье?

— Трудно сказать. Мне показалось, что я видел мужчину или женщину в белом халате с капюшоном. Правая рука, державшая орудие преступления, была поднята. Лицо было невозможно разглядеть, хотя где-то сбоку горела мощная лампа. Орудием был, видимо, нож.

— Это животное, — сказал Рауль, более не удостаивавший мистера Оберона иным наименованием, — часто появляется в белом халате.

— Верно.

— А жертвой была женщина, мсье?

— Да. Хотя на ней тоже было просторное одеяние. Я видел лишь очертания тела сначала на занавеске, а потом, мельком, на стекле. Мужчина, если это был мужчина, уже нанес удар и отступил, держа нож в поднятой руке. Сцена производила сильное впечатление, — добавил Аллейн скорее для себя, чем для своего слушателя. — Чересчур театральное, словно там и вправду разыгрывали сценку.

— Сценку, мсье?

— Доктор Баради любезно сообщил нам, что прошлым вечером они развлекались именно этим. Кто-то играл роль царицы Савской, закалывающей любимую жену царя Соломона. Сам доктор воплощал образ наложницы.

— Он не только похотливый самец, но также извращенец, осквернитель естества, ошибка природы. Только такой человек мог измыслить столь отвратительную ложь.

Улыбаясь метафизическим инвективам Рауля, Аллейн вдруг удивился непринужденности, установившейся в его отношениях с шофером. Но, будучи скромным человеком, тут же устыдился. Почему, собственно, он не может находить удовольствия в беседе с Раулем, обладавшим ясным рассудком и здравым отношением к действительности? «Мы плохо понимаем других людей, — подумал Аллейн. — Конечно, разумение Рауля ограничено определенными рамками, но когда дело доходит до таких, как Оберон и Баради, Рауль, возможно, благодаря этим рамкам, способен судить о них более точно…»

— Царица Савская, — кипятился Рауль, — библейский персонаж. Она была близким другом помазанника Божьего. К убийству он добавляет богохульство, основанное к тому же на досужем вымысле. К несчастью, он левша, — с глубоким разочарованием добавил Рауль.

— Именно! Более того, он сам нам об этом сказал, — подчеркнул Аллейн. — Вспомним, как было дело. Происшествие, действительное или разыгранное, достигло кульминации, когда поезд остановился на подъеме. Женщина, падая, нажала на кнопку, и занавеска пошла вверх. И тут мужчина, бывший не обязательно Обероном или Баради, увидел окна — окна поезда.

— Итак, зная, что вы должны были находиться в поезде и не спали, поскольку собирались сойти в Роквиле, этот богохульник лезет вперед со своим враньем.

— Возможно. Мсье Дюпон и я склоняемся к мысли, что так оно и было. Теперь вам наверняка ясно, что, если сегодня ранним утром в той комнате в самом деле произошло убийство, у нас есть веское основание вернуться в замок. Не только для того, чтобы арестовать убийцу, но и узнать, кого и почему он убил. Не только для того, чтобы арестовать поставщика наркотиков, унесших множество жизней, но и выявить его сообщников. Но и это еще не все. Нам также необходимо выяснить, что творится за запертыми дверьми по четвергам. Так что для того, чтобы нанести визит в замок, причин у нас более чем достаточно.

— Согласен, мсье.

— Но как проникнуть туда? Я могу явиться совершенно открыто и осведомиться о здоровье мадемуазель Трубоди. В таком случае мне придется сказать, что Рики нашелся…

— К тому времени они уже будут знать об этом от Галлара.

— Не уверен. Мсье Дюпон приказал отключить все городские телефоны на фабрике, а также в замке. Обитатели замка приложат все усилия, дабы их не заподозрили в контакте с фабрикой. Они, разумеется, станут расспрашивать Терезу, которую мы должны проинструктировать. Итак, я рассказываю мистеру Оберону и его гостям историю о поисках Рики и на чем свет стоит ругаю Галлара, гнусного похитителя детей. Навестив мисс Трубоди, делаю вид, что ухожу, но на самом деле тайком остаюсь. Понятия не имею, как мне это удастся. Если бы в замке у меня был помощник… Второй способ: мы с вами, Рауль, тайно проникаем в замок. Но для этого нам опять же нужен помощник, который впустит и спрячет нас.

Рауль склонил голову набок. Он напоминал коллекционера, разглядывающего сокровище сомнительной подлинности.

— Вы имеете в виду Терезу, мсье?

— Да.

— Тереза, — взволнованно продолжал Рауль, — проявила себя сегодня не с лучшей стороны. Она растерялась и потому повела себя глупо. Однако на самом деле она храбрая девушка. Кроме того, она жаждет снова утвердиться в моем сердце. Возможно, я был чересчур снисходителен к ней, но, когда речь идет о чувствах, человек склонен к снисходительности. Как вы знаете, я запретил ей возвращаться в этот храм позора. Но ради правого дела и уповая на покровительство Пресвятой Девы, которым Тереза столь нескромно хвастается, вовсе не грешно было бы вернуться.

— Значит, — спросил Аллейн, — вы снимаете запрет?

— Да, мсье. Не без колебаний, ибо Тереза дорога мне, а, что бы вы ни говорили, этот замок — не место для той, кого любишь.

— Судя по кровавым следам на щеке Жоржа Мартеля, Тереза при случае может постоять за себя.

— Верно, — развеселился Рауль. — У нее тяжелая рука.

— Не побеседовать ли нам с ней?

— Я сейчас ее приведу.

Рауль отправился на кухню и вскоре вернулся с Терезой, облаченной в передник и очевидно пребывавшей в прекрасном настроении. Аллейн предложил ей присесть, что она и сделала, устроившись на самом краешке стула. Аллейн вкратце поведал ей, чего он от нее хочет. Рауль, сложив руки на груди, задумчиво хмурился, уставясь на скатерть.

— Видите ли, Тереза, — сказал Аллейн, — это плохие, но, к сожалению, очень умные люди. Они думают, что одурачили вас, как прежде одурачили очень много неразумных девушек. Дело вот в чем, готовы ли вы помочь Раулю, мне и французской полиции положить конец всем их безобразиям?

— Конечно, мсье, — весело отвечала Тереза. — Теперь-то я знаю, что мне делать, и с помощью Рауля и святых угодников помогу вам.

— Отлично. Как вы думаете, сумеете ли вы не испугаться и в случае необходимости проявить решительность и находчивость?

Тереза пристально взглянула на Аллейна и ответила утвердительно.

— Прекрасно. А теперь скажите, вы работали вчера вечером?

— Да, мсье. Во время обеда я помогала убирать спальни, а потом помогала на кухне.

— Вчера устраивался прием?

— Прием? Видите ли, мсье, приехала новая гостья, мадемуазель Уэллс, актриса, и после обеда все гости собрались в личных апартаментах мсье Оберона. Я знаю, потому что слыхала, как дворецкий говорил, что хозяин желает, чтобы его комнаты подготовили для чествования мадемуазель Уэллс. А сегодня утром, — с чопорным видом продолжала Тереза, — Жанна Барр, младшая горничная, сказала, что мадемуазель Локк, английская дама, видно, слишком много выпила, потому что ее дверь была заперта, а к ней приколота записка с просьбой не беспокоить. Она всегда вывешивает такую записку, когда хватит лишку.

41
{"b":"228839","o":1}