ЛитМир - Электронная Библиотека

Это описание дает картину состояния здоровья Альбрехта из Валленштейна в период до Регенсбургского сейма. Позже здоровье его все ухудшается; острые боли, особенно в конечностях, осложняют движения. Во время битвы у Лютцена он еще сидит верхом на коне; но потом не может даже ходить, его носят на носилках. И в начале января 1634 года, за неполных два месяца до смерти, Валленштейн признается испанскому иезуиту Кирохе, что, если бы он не боялся ада и дьявола, то принял бы самый страшный яд, чтобы избавиться от этой ужасной болезни! И без хебс-кого убийства ему оставалось всего несколько недель жизни.

Что же это была за болезнь?

Современные источники приводят диагноз -- подагра. Это повторяют все биографы. Немецкий историк Голо Манн приводит сведения о лекарствах, которые принимал Валленштейн (опираясь на материалы из архива Вайер). Преобладают слабительные и диуретики с мочегонными свойствами. Но в семнадцатом веке ими, собственно, лечили все болезни. Разумеется, он принимал и другие медикаменты, в также лечебные процедуры, о которых в архивах нет сведений -Валленштейн мог себе позволить лечиться у лучших врачей своего времени.

Свет на определение окончательного диагноза пролило антропологическое исследование, проведенное доктором Эмануэлем Влчеком в 1975 году. Отчет был опубликован годом позже в "Журнале чешских врачей". "Альбрехт из Валленштейна всю жизнь, -- поясняет Влчек, -- точнее с 1604 года, когда заразился т. наз. венгерской болезнью, страдал не долеченным сифилисом, что в последнее десятилетие его жизни привело к развитию tabes dorsalis -сухотке спинного мозга.

Доказательством служит наличие моноостичного периостита сифилитического происхождения с типичным сильным уплотнением обеих тибий с признаком так наз. саблевидного искривления с выразительным сужением костного канала. Сжатое уплотнение на crista anterior обеих тибий несет продольную серо-синюю полосу шириной до 6 мм, отделяющую первоначальное уплотнение от приобретенного.

Типичны и сплюснутые поверхности обоих коленных суставов, Эти деформации скелета подтверждают исторически общеизвестные затруднения при ходьбе вплоть до неподвижности в последние годы жизни Альбрехта Валленштейна. Аналогично можно объяснить и не раз упоминаемое нарушение функций рук за год до смерти, когда он не мог даже подписаться, тем более вести корреспонденцию. Отсюда и изменения графологической картины почерка Валленштейна.

Необычную продуктивность и активность герцога в первые годы третичной стадии болезни можно объяснить воздействием повышенной раздражимости -симптомом, типичным для этой фазы. В свою очередь, длительное воздействие вредных веществ на организм привело к расстройству сопротивляемости организма, которая в то время не могла стимулироваться с помощью эффективного лечения. За физическим недугом Альбрехта из Валленштейна последовало вскоре и психическое расстройство, а следовательно, полное разложение личности герцога.

Обнаруженные деформации на поверхности суставов служат объяснением появления трофических язв на ногах в последний год жизни, о чем свидетельствуют и историки.

Многие писали и о подозрительной бледности, землистости и даже потемнении кожи, что говорит о лечении ртутью, а следовательно, и вытекающей из этого хронической анемии.

Из дополнительных анализов необходимо упомянуть положение суставов в состоянии частичного вывиха.

На остатках скелета и особенно на сохранившихся костях стопы не наблюдается следов мелких отложений, типичных для подагры".

Так звучит сообщение доктора Эмануэла Влчека.

Приводимые в нем факты, несколько зашифрованные медицинской терминологией, однозначно говорят о том, что ни о какой подагре, ни о каком ревматизме не может быть и речи, а все дело заключалось в не долеченной венерической болезни. Люэс, или же сифилис, был в то время весьма распространенной болезнью, особенно среди солдат. Непривычным было лишь название "венгерская", обычно ее называли "французской". Это название возникло в конце XV века (1498), когда при осаде Неаполя сошлись армии испанская, французская и итальянская. Проститутки, возвышенно называемые маркитантками, тогдашнее обязательное сопровождение всех армейских дислокаций, переходили из одного лагеря в другой и переносили люэс от испанцев (только что инфицированных сифилисом, привезенным из Америки людьми Колумба) на французов. А отступающая армия французского короля Карла VIII распространяла его на всем своем пути от Неаполя до Франции. Отсюда название "французская болезнь". В то время это была новинка, но в семнадцатом веке о ней уже знали немало. Вероятно, Валленштейн после заражения, в первой стадии, не лечился, а когда началось лечение, время было уже упущено. (Это характерно не только для того времени, к сожалению, подобное можно наблюдать и теперь.)

Тем не менее необходимо дать пояснения к некоторым утверждениям доктора Влчека.

Быстрый экономический и военный взлет Альбрехта Валленштейна вряд ли стимулировался "ирритационной стадией" какой бы то ни было болезни. Это был результат организационного гения Валленштейна, комбинированного с его агрессивностью, результат его личных качеств и бесспорно высокого интеллекта, которого их роду было не занимать. О лечении ртутью в списке медикаментов Валленштейна не находим подтверждения, хотя и это нельзя полностью исключить. Зато табес дорсалис (сухотка спинного мозга) почти не оставляет сомнений, а также язвы на ногах (употреблял успокоительные мази) и трофические изменения костей (лечение в Карловых Варах). Описываемые боли, несомненно, были связаны с болезнью костей, иные имели гастритный характер, что для людей с поражением спинного мозга люэсного происхождения является весьма типичным.

Но даже все это не может полностью объяснить психическое разложение на втором этапе военной карьеры Валленштейна, проявляющееся в нерешительности и слабоволии, -- свойствах, для него ранее нетипичных. Не объясняет это и странную неприязнь к Фердинанду Второму и Максимилиану Баварскому, которым он не мог простить "регенсбургский афронт", несмотря на то, что ему удалось добиться полного реванша.

И то и другое можно, однако, хорошо объяснить другим заболеванием, причем не спинного, а головного мозга -- прогрессирующим параличом. Для этой -- в прошлом распространенной -- болезни характерны паранойя и мегаломания. В этом смысле Валленштейн мог бы послужить учебным пособием. Типичным проявлением паранойи было его отношение к габсбургскому императору и баварскому курфюрсту. (Наоборот, противоположным полюсом является слепое и постоянное доверие к генералу Арниму, невзирая на то, что этот двуличный командующий саксонскими войсками, ловко размешивающий карты имперской политики, не раз разбивал планы и был косвенной причиной краха подготавливаемого вступления против монарха.) Абсолютно некритичной была мегаломания Валленштейна, ведущая к патологической самовлюбленности, к возвышению самого себя на уровень всемогущего титана, некоего "arbitra mundi", который может, когда ему заблагорассудится, изменять границы государства, завоевывать для Габсбургов Цареград, или же выгонять их из Австрии куда-нибудь за Пиренеи. Нерешительность и слабоволие были результатом смены настроений, что не было редкостью для таких больных. О нем известно, что после диких, бешеных приступов злобы, когда все окружающие умирали от страха, наступало состояние апатии и беспомощности. Типичным признаком прогрессирующего паралича у Валленштейна была и эмоциональная бедность по отношению к друзьям, семье, т. е. к жене и дочери (сын Карл умер, не дожив до трех месяцев, скорее всего, от врожденного сифилиса или же "белой пневмонии", был больным от самого рождения).

До сих пор мы придерживались фактов, как это отвечает характеру книги, но в данном случае иногда очень хочется сказать "если бы", "едва ли", "может быть" и так далее.

73
{"b":"228849","o":1}