ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Предчувствую тебя…
Друзья. Больше, чем просто сериал. История создания самого популярного ситкома в истории
Как оставаться человеком на работе
Призрак в поместье
Тибетская книга мертвых
Далёкие милые были
Slow Beauty. Повседневные ритуалы и рецепты для осознанной красоты
Тайна гостиницы «Холлоу Инн»
Как разговаривать с кем угодно, когда угодно, где угодно
Содержание  
A
A

Все так и произошло.

К вечеру 4 июля министр юстиции П. Переверзев оповестил газеты о материалах незаконченного следствия – о связях Ленина и большевиков с немцами. Ночью большевики поспешно объявляют об окончании демонстрации. Но поздно – «дело о шпионах» началось, джинн выпущен из бутылки. Конечно, Ленин знал об этой бомбе замедленного действия. Не потому ли он так спешил – рисковал с июльским выступлением?

Ленин обращается к Кобе. Он – единственный незапятнанный. И грузин Коба отправился к грузину Чхеидзе просить «пресечь клевету» – запретить публиковать материалы, пока не закончится следствие. Он добился своего: Чхеидзе обещал. Но опытному газетчику Кобе ясно: запретить всем публиковать такую сенсацию – невозможно. И непослушная газета тотчас нашлась: бойкий листок «Живое слово» напечатал письма двух революционеров – отсидевшего много лет в Шлиссельбургской крепости Панкратова и бывшего сподвижника Ленина Алексинского. Оба обвинили Ленина и его соратников в шпионаже. Так начался эндшпиль.

Прибывшие с фронта войска окружили особняк Кшесинской. Правительство приказывает сформировать отряд для штурма особняка. Матросы под командой Раскольникова готовятся к обороне, но это жест отчаяния. Небритые хмурые фронтовики ненавидят околачивающихся в тылу матросов и жаждут расправы.

И опять положение спасает Коба! Он вступает в переговоры с Исполкомом Совета, и кровь не пролилась – особняк сдан без боя.

Теперь Коба направляется в Петропавловскую крепость. Кронштадтцы, засевшие в ней, решили обороняться, окружившие крепость солдаты готовились перестрелять «немецких шпионов». Но неторопливой речью, грузинскими шуточками Коба уговорил матросов – они согласились сдать оружие и с миром возвратились в Кронштадт. «Дважды миротворцу» удалось остановить кровопролитие.

Временное правительство подписало указ об аресте большевистских лидеров. В списке – Ленин, Троцкий, Луначарский, Зиновьев, Каменев… Луначарский и Троцкий были взяты прямо из постели. Но Ленин и его верный помощник Зиновьев сумели исчезнуть в подполье. Помог это сделать все тот же Коба.

Сначала Ленин скрывается у большевика Каюрова. Но «сын Каюрова был анархист, и молодежь возилась с бомбами, что не очень подходило для конспиративной квартиры», – писала Крупская. Коба перевозит Ленина к своим друзьям Аллилуевым.

Орджоникидзе вспоминал: «Многие видные большевики рассуждали: «Вождю партии брошено тяжкое обвинение – он должен предстать перед судом и оправдать себя и партию». И Ленин говорил Крупской: «Мы с Григорием (Зиновьевым. – Э.Р.) решили явиться на суд… Давай попрощаемся – может, не увидимся уже».

Очень не хочется ему в тюрьму. Что ж, и здесь Коба пришел на помощь. Он придумывает очередную комедию с предрешенным исходом – посылает Орджоникидзе в Совет узнать условия будущего содержания Ильича в тюрьме. Эти условия тотчас объявляются Кобой неприемлемыми. Он заявляет то, что так жаждет услышать Ильич: «Юнкера Ленина до тюрьмы не доведут – убьют по дороге».

Это означает: в тюрьму Ленину идти нельзя! Более того – принимается решение ЦК: «Ввиду опасности для жизни Ленина… запретить Ленину являться на суд».

Власть над партией

Но Ленин не хочет находиться в Петрограде, он смертельно напуган возможностью суда. И опять помог верный Коба. Он организует новое пристанище для Ленина и Зиновьева: дом рабочего Емельянова недалеко от Сестрорецка. И на вокзал Ленина провожает он же – верный Коба. Спаситель Коба.

Емельянов укрыл беглецов в местах сенокоса – на берегу озера, в шалаше. Ленин и Зиновьев проживут там до осени. А руководителем партии остался… Коба Сталин!

Впоследствии Сталин сделает этот шалаш одним из храмов религии коммунизма. Правда, второй его обитатель, Зиновьев, уничтоженный Сталиным, бесследно исчезнет оттуда. И на тысячах картин одинокий Ильич будет работать в прославленном шалаше над бессмертными трудами или… встречаться там с другом Кобой.

Но исчезнет не только Зиновьев.

Если бы тогда, в 1917 году, знал бедный Емельянов, что принесет ему проклятый шалаш! Оба его сына погибнут в сталинских лагерях, сам Емельянов будет исключен из партии, сослан. Правда, в 1947 году, к тридцатилетию шалаша, в эту постоянно подновляемую, вечно живую реликвию по распоряжению Сталина вернут и живой экспонат – Емельянова. И потерявший детей, полуслепой старик будет рассказывать посетителям о бессмертной дружбе Кобы и Ленина, об их встречах в 1917 году, «когда один из моих сыновей не раз привозил сюда Сталина в лодке».

Действительно, они несколько раз встречались там. Именно тогда Ленин сообщил Кобе новые страшные лозунги партии. Правительство Керенского именовалось отныне «органом контрреволюции», а Советы – «фиговым листком», прикрывающим правительство. Ленин отменял лозунг «Вся власть Советам!». Он объявил подготовку к вооруженному восстанию.

Из шалаша Ленин продолжает руководить партией – но через Кобу. Отсюда он посылает тезисы своего доклада на съезде, – но прочтет их Коба. Он сделает два основных доклада: о политическом положении и отчетный. И выступит с заключительным словом.

Длинная шахматная партия завершилась.

Глава Временного правительства Керенский боится «дела о шпионах», боится усиления правых сил. Ему довольно ареста Троцкого и исчезновения Ленина. Керенский не верит в их возвращение в политику после такого скандала.

Дело спускают на тормозах. Более того: Красная гвардия не разоружена, выходят большевистские газеты, и большевики преспокойно собрали очередной съезд. Он проходил полулегально – правительство Керенского старательно не замечало собрания трехсот большевистских делегатов.

После отъезда Ленина Коба покидает холостяцкую квартиру, переезжает к Аллилуевым – в комнату, где недавно скрывались Ленин с Зиновьевым. Как всегда, Коба старается не утруждать хозяев.

Из воспоминаний Федора Аллилуева: «Как и где он питался, кроме утреннего чая – не знаю. Я видел, как он пожирал хлеб, колбасу и копченую тарань прямо у лавочки перед домом – это, видно, было его ужином, а может, и обедом».

Переезд совпал с его звездным часом – работой VI съезда. Но у Кобы была только ситцевая рубашка и видавший виды пиджак. Аллилуевы решили: он не может руководить съездом в таком виде. «И мы купили ему новый костюм. Он не любил галстуки. Мать сделала ему высокие вставки наподобие мундира, френча», – вспоминал Федор. Этот костюм войдет в историю – полувоенный костюм большевистского Вождя.

Новая любовь

Каждый день со съезда он возвращается в квартиру Аллилуевых. Ему нравится общество невинных девушек и атмосфера преклонения. Наверное, в этом и была причина переезда.

Надежда еще училась в гимназии. «Она была похожа на грузинку «со смуглой кожей и мягкими карими глазами… любила кутаться в шали – и ей это шло» – так описывала свою мать Светлана.

В маленькой квартирке разыгрывалась вечная история: немолодой Отелло повествовал о страданиях и подвигах маленькой Дездемоне. Его рассказ о страшной ночи в туруханской ссылке добросовестно записал Федя Аллилуев. И сестра Нади Анна вспоминала, как трогательно Коба рассказывал о собаке Тишке, с которой разговаривал в одинокие вечера. Девочки были весьма простодушны (это видно из воспоминаний Анны Аллилуевой), и незамысловатые шутки Кобы имели оглушительный успех. Однажды Коба привел Камо, о котором в доме рассказывали легенды, и девочки увидели, с какой рабской преданностью смотрел легендарный герой на их постояльца…

Так что нетрудно представить, какое впечатление произвел Коба на маленькую гимназистку. Когда-то спасенную им гимназистку. И конечно, прелесть невинной юности и восторженное преклонение перед ним увлекли одинокого, уже немолодого грузина.

25
{"b":"228880","o":1}