ЛитМир - Электронная Библиотека

В точке, на которую волею судьбы (или случая) лёг его палец, проводились операции по обезвреживанию мобильных банд-формирований повстанцев. На этой территории находились блокпосты, передвижные патрули, военные наблюдатели.

Он недоумённо смотрел на карту, и вдруг в его памяти всплыла прошлогодняя газетная статья о том, как возле дороги, на обочине, военный следопыт нашёл бомбу большой мощности, приводившуюся в действие с мобильного телефона. На взрывчатку был надет жестяной каркас, замаскированный под каменную глыбу. По форме и цвету он не отличался от множества камней, лежавших рядом со смертоносным снарядом. Благодаря его обнаружению был предотвращён мощный взрыв, цинично рассчитанный на автобус со школьниками, ехавшими по историческим местам.

Странник понял, кто ему нужен, и собрался в дорогу. Выходя из дома, он посмотрел на обшарпанные стены здания, бросил взгляд на своё окно с плотной занавеской, равнодушно пожал плечами и побрёл на остановку автобуса.

Глава 2. Солдат

Солдат c раннего утра занял позицию и был уверен – очень скоро увидит «гостей». Он лежал в засаде уже третий час и вдруг почувствовал приближение объекта. Поморгал, расслабляя напряжённые глаза, прикрыл веки на несколько секунд. Палец плавно лёг на спусковой крючок. Не прошло и десяти минут, как из-за холма показался путник, без оружия и сумки, в плотно облегающей майке. «Этот пустой, – подумал Солдат, – но не крестьянин, не рабочий, у него походка бойца, озирается и всматривается. Без сомнения, это воин, но стрелять нельзя, не он главная мишень. Надо ждать, чтобы не спугнуть остальных. Ничего, скоро они появятся, уже близко, а первый – разведчик, подставной. Дешёвый трюк».

Прошло немало времени, но «гости» так и не появились. Странно, неужели ошибся? Он засомневался в правильности решения – напрасно не ликвидировал террориста. Солдат жил простыми принципами, как и любой другой воин: если я не уничтожу врагов, то они – меня, моих близких, детей, женщин, невинных людей. Он не говорил «убил». «Ликвидировал», «уничтожил», иногда «убрал» – эти слова как бы подтверждали необходимость физического устранения врагов.

На войне ценится не только хитрость, отвага, но и безжалостность к врагам. Происходит разделение на своих и чужих, друзей и врагов. Незнакомые люди объединяются и готовы пожертвовать собой, чтобы спасти товарищей, хотя в мирное время не одолжили бы им денег. Война, по мнению Солдата, раскрывает лучшее в человеке – самопожертвование, которое противоречит самому сильному инстинкту – инстинкту выживания. Впрочем, есть ещё давление общества, и нередко оно толкает людей на личную жертву ради блага большинства. А кто-то на войне выплёскивает накопившуюся агрессию и ненависть. Глубоко спрятанные в душе садизм и жестокость с лёгкостью находят выход в бою. Экстремальная ситуация одного ломает, другого укрепляет.

Солдат умел отличать реальную опасность от вымышленной. Чувства не обманывали его. Правда, ему стоило немалых усилий и горького опыта научиться различать свои ощущения. Несмотря на особенности работы, он по-своему верил в Бога. Перед каждой командировкой или после боевой операции ходил в святилище, слушал песнопения, постоянно делал пожертвования на нужды храма. Таким способом Солдат хотя бы ненадолго находил душевное равновесие, и в отличие от своих коллег не напивался, не употреблял наркотики, пытаясь снять стресс. Но всё равно тяжесть в душе не покидала его, а наоборот – усиливалась. И вот вчера, в храме, он пообещал завязать с работой, уволиться и уехать в спокойное, тихое место.

Завибрировал мобильный аппарат. Солдат быстро вытащил его из кармана рукава куртки, прочитал шифрованное сообщение: «Уходи немедленно – зачистка». Местность будут прочёсывать и зачищать – оцепят указанный район и начнут поиск всех подозрительных лиц. «Спасибо за предупреждение» – но ещё не темно, незамеченным трудно пройти. Можно нарваться на мятежников, или еще хуже – на огонь чистильщиков, стреляющих во всех, кто подозрительно выглядит или просто не понравился.

При зачистке используется прибор под названием «пятьдесят», сканирующий местность и реагирующий на живые объекты, тут ни одна маскировка не поможет. Если чистильщики увидят его с оружием, то не станут разбираться – свой-чужой: откроют огонь без предупреждения. Никто не будет рисковать, медлить: оружие в руках – значит, ты опасен. Срабатывает рефлекс – указательный палец на курке сгибается и разгибается.

Чистильщики – это контрактники, выполняющие самую грязную работу. Для них боевые действия – стихия, в которой можно выплеснуть свою агрессию и при этом не только быть не наказанным, но и получать благодарности. Как правило, они прикрывают платками или масками лица, чтобы не светиться лишний раз. Было немало жалоб, поданных против чистильщиков, но до судебных разбирательств дело не доходило – трудно найти свидетелей, дающих показания против своих товарищей или «масок». Дело возбуждалось только в явно вопиющих случаях, когда потерпевшей стороной предъявлялась видеосъёмка или создавалось соответствующее общественное мнение.

Солдат был противником зачисток, так как в результате подобных акций погибали невинные люди. Например, чистильщики, принявшие в темноте дрель за автомат, убили молодого электрика, отца троих детей. Узнав об этом случае, Солдат терзался сомнениями – оправдана ли война, в которой страдает мирное население? Разве может добро делать зло, пусть ненамеренно, по ошибке? Почему на ликвидации так редко посылают профессионалов, которые не стреляют в электриков, а безошибочно выделяют бойцов и уничтожают их? Солдат был мастером точечных ударов, и был убеждён, что его работа не нуждается в оправдании, он стирает с лица земли убийц. Видя невинные жертвы боевиков, растерзанных взрывами ещё недавно красивых женщин и сильных мужчин, младенцев, искромсанных ножами, он отбрасывал сомнения и был готов стрелять во всех, кто связан с мятежниками, независимо от того, боевик ли это с автоматом и взрывчаткой или идеолог, подстрекающий на убийство. Солдат считал себя охотником на волков, не щадящих овец…

Глава 3. Встреча

Солдат спрятал винтовку. Безопасней в данном случае идти безоружным, не вызывая ни у кого подозрений. Он вынул из сумки заранее приготовленную одежду, переоделся и уже выглядел как паломник, путешествующий по знаменитым местам. Бойцы опускают оружие при виде таких чудаков, подшучивают над ними, оскорбляют, но не стреляют.

Медленно, осторожно и как бы неумело Солдат спускался с крутой горы. Пройдя по тропе в направлении ближайшего поселка примерно триста шагов, он увидел идущего навстречу человека. Внимательно осмотрел местность, прикинул, куда следует бежать, если начнётся стрельба, но опасности не почувствовал. Вдохнул, медленно выдохнул, снова прислушался к своим ощущениям:

«Определённо ничего не грозит. Кто осмеливается здесь ходить? Люди, предупреждённые о зачистке, не выходят за границу поселения».

Встретившись, путники внимательно посмотрели друг на друга. Солдату показалось, что тоска, его постоянная спутница, улетучивается и без помощи храмовых песнопений. Ему захотелось заговорить с незнакомцем, но путник первый нарушил молчание.

– Мир тебе. Я рад, что нашёл тебя. Это было нелегко.

Он был одет в простую удобную одежду, носил бороду и длинные волосы, но на мятежника не похож, да и говорил без особого акцента, свойственного жителям этих мест.

– Кто ты? – спросил Солдат человека, смотревшего проницательным, добрым и слегка ироничным взглядом.

– Я твой друг.

Радушие, исходившее от путника, передалось и Солдату.

– Ты забавный. Скажи, друг, не видел ли поблизости двух-трёх людей с сумками или мешками?

– Не только видел, но и говорил с ними и даже предупредил о смертельной опасности.

– Ты знаком с ними? – насторожился Солдат.

– Не больше, чем с тобой, – спокойно ответил незнакомец.

2
{"b":"228890","o":1}