ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Наверное, вы изрядно поистратились, возводя оранжерею и приобретая все эти приспособления…

— Нет-нет! Мне помогли друзья и родители.

— Неужели вы одна справляетесь со всем хозяйством?

— Что ж, придется устроить маленькую экскурсию для моего недоверчивого соседа, — улыбнулась Блайт, — если вы, конечно, никуда не спешите…

Она была уверена, что Джас, как всегда, откажется. Но может, он не хотел обижать ее, а может, был и впрямь заинтригован образом жизни соседки, только он ответил «да». Неспешно прогуливаясь вдоль ровных грядок, он с каждой минутой узнавал все более удивительные подробности о жизни цветов, а потом, когда Блайт подвела его к месту, где росли подсолнухи, взору Джаса предстали нераскрытые бутоны, которые тянули свои еще слепые головки навстречу яркому плывущему по небу солнцу.

— В полдень они вытянутся вверх, словно солдатики на параде, а ближе к вечеру все, как один, повернутся на запад, — заметила Блайт.

— Вы, наверное, посадили их недавно? — поинтересовался Джас, осторожно дотрагиваясь до зеленого стебля.

— Сначала я вырастила рассаду, а потом, когда почва прогрелась, поместила каждый цветок в отдельный торфяной горшочек. Сейчас они так и растут: каждый в своем домике.

— А зачем им индивидуальные горшки? — не унимался Джас.

— Повреждение хрупкой корневой системы приводит к гибели растения, — авторитетно разъяснила Блайт. — Чтобы подсолнухи выросли сильными и крепкими, о них надо заботиться, как… о собственных детях, — робко добавила она, глядя, как Джас пристально смотрит на молодые растения.

Он обернулся и задумчиво заметил:

— Когда-нибудь вы станете прекрасной матерью.

Блайт вдруг показалось, что на нее снова накатывает приятная волна, когда она заметила неожиданно теплые нотки в его голосе.

— Надеюсь, — ответила она.

— Сколько пройдет времени, прежде чем они вырастут? — спросил Джас.

— Это карликовый сорт, завтра я как раз собиралась отвезти в Окленд пробную партию.

— Ну что ж, удачи! — сказал Джас, собираясь уходить.

— О, я, наверное, вас утомила! — огорчилась Блайт.

— Совсем нет. Мне очень понравилось, — возразил Джас, и теплота в голосе соседа убедило Блайт в искренности его слов.

— Могу я в награду за ваше ангельское терпение угостить вас чашечкой кофе? Или пивом… Я бы и сама охотно с вами выпила…

— Вы пьете пиво?!

— А почему бы и нет? Я уже взрослая, — обиделась Блайт.

— Нет, вы еще очень маленькая.

Джас опять смерил ее одним из тех насмешливых взглядов, от которых девушке безумно хотелось стать чуточку выше. Он даже не улыбнулся, но глаза его прямо-таки хохотали. Блайт вдруг поймала себя на том, что стоит слишком близко к Джасу. Настолько близко, что может явственно разглядеть лихорадочное возбуждение в его глазах, а также легкое подрагивание крыльев носа при вздохе.

Но он отступил, и веселые искорки мигом исчезли из глаз, оставив обыденное равнодушно-скучающее выражение.

— Благодарю вас, — церемонно отказался Джас, — но у вас много работы. Мне тоже не хотелось бы сидеть без дела.

Блайт наклонилась и, протянув ему цветок в горшочке, выпалила:

— Возьмите. Этот сорт называется «Музыкальная шкатулка». Все, что ему надо, это своевременный полив и солнце.

Джас принял горшок и повертел его в руках.

— Если вам что-то нужно в Окленде… — предложила Блайт.

— Ничего не надо, спасибо.

— По дороге могу захватить вашу почту. Хотя, вы, может быть, сами планируете ехать в город…

— Если будет что-то на мое имя, привозите, — ответил Джас после паузы.

— Обязательно, — заулыбалась Блайт, радуясь, что он не отказался.

— Еще раз спасибо. Я о нем позабочусь. — Джас кивнул на цветок.

Даже если нет, невелика потеря, подумала Блайт.

На следующий день, ближе к вечеру, когда усталое солнце клонилось к закату, Блайт вышла из дома и поспешила в соседний коттедж, держа в руке пухлую пачку почтовых конвертов.

Джас сидел в кабинете за столом, но, увидев в окно Блайт, встал и пошел открывать дверь.

— Ваша почта, — сказала она, протягивая конверты.

— Благодарю. — Он помолчал, а потом поинтересовался: — Как ваши успехи?

Ее восторг и возбуждение прорвались наружу:

— Я получила кучу заказов!

— Вы угадали, занявшись подсолнухами.

— Надеюсь. Теперь я знаю, что могу всегда их продать, но следует накупить больше семян других, более поздних видов. Есть у меня кое-что на примете, называется «Осенняя прелесть». Звучит заманчиво, правда? Но, с другой стороны, — засомневалась Блайт, — я понимаю, что нельзя зацикливаться на одной культуре. Я уже посеяла лаванду… и может, мне удастся продавать ее непосредственно в цветочные магазины, как подсолнухи?

Она с горячностью посмотрела ему в глаза, ища поддержки, но взгляд Джаса оставался надменно-равнодушным, как всегда. Блайт попятилась:

— Простите, ради бога. Я и не знала, что вы заняты…

Как только она отвернулась, послышался его возглас:

— Куда же вы? Постойте!

Блайт неохотно повернулась.

— Я кое-что обдумывал, — медленно заговорил Джас, растягивая слова. — Не прогуляться ли нам к морю, пока светло? Но вы, должно быть, чертовски устали и не составите мне компанию…

Приятно удивленная, Блайт одарила его лучезарной улыбкой.

— Ничуть я не устала!

По дороге их обогнал старенький грузовик. Блайт помахала рукой, и водитель ответил длинным протяжным сигналом, после чего высунулся из окна и прокричал:

— Привет, Блайт!

Рядом с водителем сидел подросток лет шестнадцати, который тоже помахал Блайт. Грузовик сбавил скорость, и Блайт спросила:

— Как дела, Тео? Как ты, Шон?

— Хорошо, не жалуемся. — Мужчина взглянул на Джаса. — Значит, ты и есть тот самый парень, что поселился в доме старой Дилейни?

Джас подошел к машине и пожал мозолистую руку Тео, когда Блайт представила его пассажирам.

— Здесь водится неплохая рыбешка, — сообщил Тео. — Ты уже наловил чего-нибудь?

— Вообще-то я не рыбачу, — нехотя признался Джас.

— Так пошли, порыбачим! — предложил Тео.

— А Блайт? Блайт пойдет с нами? — нетерпеливо заёрзал на своем месте Шон.

Блайт переглянулась с Джасом и ответила:

— Спасибо, нет. Мы ведь просто на прогулку вышли… — Видя, что Шон разочарован, Блайт сжалилась и пообещала: — Ну, может, мы подойдем к вам на полчасика.

— Ура! Тогда мы дадим вам рыбы! — обрадовался Шон. — Правда, пап?

— Конечно, дадим. Если ты прекратишь орать и возьмешься за дело, — осадил его Тео, выжимая сцепление. Хитро взглянув на Блайт, он тихо сказал: — Парень к тебе неровно дышит. Правду говорю! — И добавил более громко, обращаясь к Джасу: — Ждем вас на берегу!

Джас заметил, наблюдая за удаляющимся грузовиком:

— Вам вовсе не обязательно из-за меня отказываться от общения с друзьями.

— Если вы против, мы никуда не пойдем…

— Я хотел бы взобраться на эту скалу. Но уже темнеет, может, в другой раз…

— Почему же? — возразила Блайт. — Оттуда прекрасный вид.

Вид открывался действительно прекрасный. Вечернее солнце загадочно мерцало в воде, вдалеке виднелся город Опуа, озаренный теплым золотистым светом.

Хорошо были видны Тео и Шон. Последний то и дело задирал голову и махал Блайт. В ответ на его знаки внимания она улыбнулась и послала парню воздушный поцелуй.

— Вы всех тут знаете? — спросил Джас, молча наблюдавший этот немой обмен любезностями.

— Практически всех, — ответила Блайт, усаживаясь на траву и обхватывая руками колени. — Все каникулы мы с братьями и сестрами проводили у бабушки.

Джасу надоело стоять на холодном ветру, и он присел рядом с Блайт. Внизу рыбаки уже закинули удочки, и пару минут спустя Тео вытянул трепыхающуюся на крючке серебристую рыбешку.

— О, как быстро! — пробормотал Джас.

Они любовались изменчивой игрой солнечных лучей на поверхности дремлющей бухты, пока раскаленный диск окончательно не утонул за горизонтом. Блайт охватило беспокойство.

5
{"b":"228892","o":1}