ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Суть нестареющего и по сей день труда «Рассуждения по вопросам морской тактики» Степан Осипович Макаров изложил в авторском предисловии «От автора»:

«На каждом военном корабле, когда он стоит даже без всяких занятий, много работы, называемой ежедневными потребностями плавания и содержанием всего в порядке. Необходимо постоянное мытье всех помещений и постоянная чистка, разборка, осмотр и проба всех механизмов. Все эти работы вызывают множество распоряжений и требуют постоянного надзора. Из-за этого потребности дня так велики, что поглощают собою весь труд и все внимание главных участников работы. Эти же потребности дня получают преобладающее значение при решении всяких вопросов, и потому мало-помалу начинают складываться такие обычаи в системе обучения, которые отдаляют учения и самую жизнь на корабле от условий военного времени и этим нарушают ту главную задачу, для которой существует военный флот.

Вышесказанное говорится не только для того, чтобы упрекнуть кого-нибудь, а для того, чтобы указать на факт. Вполне устранить такой недостаток очень трудно, но улучшить дело в этом отношении вполне возможно. Для этого необходимо от времени до времени вспоминать о главной задаче, которую должны преследовать все чины, служащие на военном флоте, а именно готовить корабли к войне, и при решении вопросов иметь в виду, что мир не вечен, что не для мирного плавания делаются все расходы, сопряженные с содержанием флота, и что если на корабле забывают о войне и плавают исключительно при условиях мирных, то этим самым не исполняется та цель, для коей корабли отправляются в море.

Не у одних моряков условия мирного времени преобладают над условиями военного, — у сухопутных войск то же самое и, вероятно, не в меньшей степени. Генерал Драгомиров (известный военный теоретик и герой Русско-турецкой войны 1877-1878 годов. — А. Ш.), разбирая причины, по которым до последнего времени была забыта суворовская «наука побеждать», ссылается на то, что в курсе несколько раз указывалось им на противоречие мирной и военной логики, «замечено также и то, пишет генерал Драгомиров, что в мирное время первая, будучи осязательною, влечет к себе и заставляет забывать положение человека в бою, а следовательно, и боевые требования. Ясно, что всякое сочинение, имеющее в виду исключительно боевые требования, по этому самому уже рискует остаться непонятным, а следовательно, заброшенным».

В последних словах генерала Драгомирова высказана величайшая истина, и ее надо понимать шире. Не только сочинение, имеющее в виду исключительно войну, остается непонятным, но часто может остаться непонятым и многое другое, имеющее исключительно военную цель. Только войны в состоянии открывать глаза для того, чтобы видеть недостатки. Но войны теперь бывают редко и продолжаются недолго, между тем как мир преобладает, и его условия отодвигают войну на второй план. Поэтому каждый военный или причастный к военному делу человек, чтобы не забывать, для чего он существует, поступал бы правильно, если бы держал на видном месте надпись: Помни войну, принятую нами в девиз настоящего труда.

Контр-адмирал С. Макаров».

Можно без всякого преувеличения сказать, что на рубеже двух веков — XIX и XX — макаровские «Рассуждения по вопросам морской тактики» стали настольной книгой не одного поколения военных моряков.

Труд, новаторский по своей сути, внимательно изучали в генеральных и морских штабах вероятных противников и союзников России в войнах будущего. К Макарову пристально присматривались иностранные разведки, прежде всего японская. В ее глазах в русском флоте для Страны восходящего солнца четко просматривалась крайне опасная личность.

«Рассуждения по вопросам морской тактики» вызвали всплеск повышенного интереса флотских офицеров к теории ведения морской войны. Автором книги в декабре 1906 года были прочитаны три лекции на собрании членов кронштадтского отделения Российского технического общества. Лекции читались Макаровым в переполненном зале Кронштадтского морского собрания.

После чтения лекций последовали их публичные обсуждения. Они проходили все в том же Кронштадтском морском собрании. Ведущими были почетный председатель, он же главный командир Кронштадтского порта вице-адмирал Н. И. Казнаков и председатель местного отделения Технического общества капитан 2-го ранга В. Ф. Васильев.

Открывая первое такое обсуждение, вице-адмирал Казнаков обратился к собравшимся с такими словами:

— При обмене мыслей людей, близко знакомых с делом и любящих его, истина обязательно должна выясниться. Нельзя не поблагодарить вице-адмирала Степана Осиповича Макарова за внесенную им лепту в дело разработки морской тактики. Надо надеяться, что, с другой стороны, предстоящий обмен мыслей может быть полезен и лектору как материал для дальнейших работ. А теперь приступим к нашей беседе.

Первым на обсуждении макаровских лекций зачитали письмо капитана 1-го ранга Рожественского, который, заболев, не смог присутствовать на обсуждении прослушенных им лекций. Автор письма не соглашался с некоторыми взглядами Макарова относительно применил принципа взаимной поддержки и корабельного резерва в морском бою.

Степану Осиповичу пришлось выйти к доске и разъяснить суть поднятого Рожественским вопроса. После этого ведущий сказал присутствующим:

— А теперь предлагаю высказаться по артиллерийской части лекций.

Однако с лектором, который утвердил себя в должности инспектора морской артиллерии, спорить не приходилось, Один из присутствующих в зале флотских артиллеристов, капитан 1-го ранга Скрягин так и сказал о том:

— Уважаемый вице-адмирал Макаров для флотских артиллеристов своими познаниями так авторитетен, что мы можем только приветствовать появление его книги по тактике, особенно главу об огневом морском бое.

Вице-адмирал Казнаков, встав, только развел руками:

— Если вопросов к лектору по артиллерийскому бою нет, тогда к делам кораблестроительным, к механике. Кто хочет задать вопросы лектору? Прошу.

Такой вопрос нашелся у флагманского инженер-механика Заозерского:

— Я хочу сделать замечание. Такая работа, как исправление лопнувшей паровой трубы, не может быть выполнена немедленно. Вообще такие работы могут выполнять только нижние чины, оставшиеся на вторичную службу. Согласен ли со мной лектор?

— Согласен полностью, — прозвучал ответ. — Нам надо в этом брать пример с коммерческих пароходов, имеющих команды опытных механиков. А опытны они по той причине, что много лет плавают на одном и том же пароходе.

Больше всего споров возникло по вопросам, касающимся минного дела. На вице-адмирала Макарова посыпался град вопросов. Спрашивали капитан 2-го ранга Колокольцев, лейтенанты Кладо, Левицкий, Покровский, Муравьев, штабс-капитан Престин...

— Самодвижущаяся мина — оружие еще несовершенное. На него нельзя смотреть как на артиллерийский снаряд в бою на больших дистанциях. Или это не так?

— Подводные минные аппараты больше опасны для судна не взрывом зарядного отделения мины под килем, а разрывом резервуара со сжатым воздухом. Так ли это?

— Не лучше ли стрелять из минного аппарата по цели, представляющей не одиночный корабль, а целую кильватерную колонну?

— Противник увидит издалека минный залп и постарается уклониться от самодвижущейся мины, что ему вполне удастся. Не лучше ли минный выстрел подкреплять еще и усиленным артиллерийским огнем?

— Возможно ли пускать мины в бою по одной и той же цели с разных углов и дистанций до нее?

— Следует ли удлинять усы ударника, чтобы застраховать себя от случайных отказов в стрельбе миной?

Макарову пришлось убедительно отвечать на каждый такой вопрос. Доказывать свою правоту, ссылаться на историю войн на море, на действия адмирала Ф. Ф. Ушакова, английского флотоводца Горацио Нельсона в Абукирском сражении и при Трафальгаре, опыт плаваний и учений Балтийской броненосной эскадры, свой личный опыт морехода и командира минного парохода «Великий князь Константин».

43
{"b":"228921","o":1}