ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Внутрь пойдешь или ждать будешь?

– Лучше подождать.

– Он до вечера принимает.

– Может, на обед выйдет.

Сквозь пыльное стекло остановки я слежу за входом в нотариальную контору. По ступенькам поднимаются и спускаются посетители. «Сопливый» костюм пока не появлялся.

И вдруг я вижу, как из красивой серебристой машины с эмблемой прыгающего ягуара выходит мужчина, которого я прекрасно знаю! Но это невозможно!

Человек исчезает за дверью нотариальной конторы. Из моей дрожащей руки вываливается остаток батона.

– Какого хрена жратву разбрасываешь? – возмущается Марго.

– Там… там… – Слова застревают в горле как украденная на рынке незрелая хурма. – Я видел…

– Кого?

Мне страшно произнести. А вдруг я ошибся? Марго трясет меня, а я впиваюсь взглядом в железную дверь и жду. Давай, появись еще раз!

Вскоре тот же мужчина торопливо выходит от нотариуса. В его руке мой конверт. Тот самый! Когда мужчина садится в машину, мне удается снова рассмотреть его лицо.

О, боже!

– Кто это? Ты его знаешь? – требует объяснения Марго.

– М-мой…

– Да не мычи ты! Кто?

Я набираюсь сил и произношу:

– Мой отец.

27

Черный джип нагло въехал на остановку у выхода из метро.

– Они где-то рядом. За мной, – скомандовал Тиски.

Он двигался напролом сквозь оживленный пятачок перед торговым центром, сверяясь со стрелочкой на дисплее смартфона. Кабан крутился то слева, то справа, ограждая босса от неловких прохожих. Расстояние до стрелочки сокращалось.

– Здесь! – Тиски остановился и поднял тяжелый взгляд.

Перед ним стояла машина скупщика телефонов. Тиски покрутил шеей, обошел машину, сверился с меткой на дисплее. Его лицо перекосилось, а кулак грохнул по крыше автомобиля.

– Вот дерьмо!

– Эй, ты! Жить надоело! – из старого «жигуля» вышел грузный скупщик с наглыми рыбьими глазками.

– Привет! – Тиски радостно протянул раскрытую ладонь и сжал невольно поднятую навстречу руку. Физиономия скупщика исказилась от боли. Он застонал и покорно скрючился вслед за движением железной руки мучителя.

Тиски кивнул на автомобиль:

– Кабан, найди трубку Мони.

Кабан быстро обшмонал машину и продемонстрировал знакомый телефон:

– Нашел!

– Кто сдал этот мобильник? И когда? – Тиски, слегка ослабив хватку, заглянул в глаза скупщику.

– Парнишка, школьник. С полчаса как.

– Девушка с ним была?

– Не помню.

– А придется. – Тиски медленно сжимал кулак. – Девушка без руки.

– Не было, не было, – запричитал скупщик.

– Как выглядел парень?

– Обычный. Чернявый. Рубашка в клеточку.

– Куда он пошел?

– В магазин, кажется.

Тиски пихнул скупщика в машину и обратился к Кабану:

– Я думаю, Парализатор с Одноручкой зависли в торговом центре. Бери своего брата, и пошустрите там. А я у тачки подежурю.

– Если найдем?

– Без самодеятельности. Сначала сообщи мне.

Савчук вернулся к джипу. Он не хотел рыскать по торговому центру, где обязательно имеется видеоконтроль.

28

– Отец? Твой папа?!

Марго ошарашена не менее моего. До этой минуты мы оба были уверены, что я сирота. Факт гибели моих родителей не подвергался сомнению. Об этом мне сообщили и в больнице, и в интернате, да и в личном деле черным по белому написано, что папа и мама погибли в автокатастрофе.

– Нужно остановить его!

Марго первой приходит в себя и бросается наперерез выезжающему с парковки «ягуару». Длинная серебристая машина невозмутимо оттирает ее.

– Вот урод! – матерится Марго, едва отдернув ноги.

Неудача не останавливает ее. Она девчонка практичная и быстро ориентируется в городской суете. Марго замечает развалившегося за рулем таксиста, уминающего внушительный сэндвич. Энергичное объяснение девушки, и молодой таксист сломлен ее напором.

– Солома, сюда! – зовет Марго, распахивая дверцу такси.

Я ковыляю, словно во сне, и роняю тощий зад на заднее сиденье. А Марго садится вперед и уверенно командует крепким чуть небритым таксистом в солнцезащитных очках:

– Вон за той серебристой машиной. Быстрее.

Мы едем по проспекту в центр. Таксист чувствует себя в потоке машин, как рыба, идущая на нерест. Уверенно маневрируя, он догоняет «ягуар» и садится ему на хвост.

– И что теперь? – спрашивает он.

– Подрежь его! – требует Марго.

– Я пас. На таких тачках начальники ездят.

– Трусишь?

– Не нравится – выходи!

– Подождем, когда он сам остановится, – решаю я.

– А денежки у вас есть, ребятки, чтобы часами на такси раскатывать?

– Вчера напечатала, хрен отличишь! – отрезает Марго. Она поворачивается ко мне: – Ты не обознался?

– Пополнел, полысел, но очень похож.

– Знакомого встретили? – косится таксист. Видимо наш внешний вид не ассоциируется у него с дорогим автомобилем.

– Ага. С того света. Сегодня родительский день какой-то.

Таксист озадачен. Он увеличивает громкость радио, мы слушаем похожие друг на друга песенки и колесим, пока «ягуар» не сворачивает на дорожку, перекрытую шлагбаумом. Таксист прижимает машину к обочине.

– Прибыли. Это жилой комплекс «Серебряные ключи», туда меня без звонка клиента не пустят.

Услышав название, я вздрагиваю. Мать честная! Вот это да!

«Ягуар» проезжает под шлагбаумом. Я смотрю на причудливые кирпичные дома переменной этажности с зеркальными окнами салатового цвета, и на заиндевелом окошке моей памяти оттаивает новый эпизод прежней жизни.

– Это мой дом! – восклицаю я.

– Твой дом? Покажи пропуск, и нас пропустят. – Таксист с усмешкой смотрит на меня. – Забыл, бедняга?

– Не верите? Я здесь жил!

– Сомневаюсь.

– Здесь есть мини-зоопарк, – вспоминаю я, заметив огороженный склон. – Внизу пруд и речка. Туда пускают чужих, если пешком.

Мне не терпится проверить себя. Я выбираюсь из такси. Марго догоняет меня, и мы проходим мимо охранников. Новые детали, встречающиеся на пути, оживляют память.

– Видишь пруд? – убеждаюсь я.

– К черту пруд. Тебе отца надо найти. Куда он делся?

– Я вспомнил. Он поставит машину в подземный паркинг и пойдет по переходу. Мы перехватим его около лифта.

– А если и твоя мама жива? – обжигает меня вопросом Марго.

Я избегаю слов «папа» и «мама», боясь, что сознание ухнет в водоворот непостижимой мечты и уже не выберется оттуда. Если вчера ты был жалким червяком, а сегодня превратились в вольную птицу, не стоит сразу взлетать к солнцу, крылья могут не выдержать.

Я тащу Марго по знакомым дорожкам и нахожу незапертую дверь для дворников. Мы спускаемся по ступеням и оказываемся под моим домом около лифта. Если я не обознался, сейчас справа появится мой отец.

Я замираю и слышу тихие шаги. Сердце подкатывает к горлу и выдавливает из глаз слезы. Шаги приближаются, а я смотрю в пол, боясь поднять влажные глаза. Мы стоим у дверей лифта, нас не обойти. Шаги стихают, и в узкий круг моего взора попадают дорогие туфли из мягкой кожи. Я узнаю бежевые брюки водителя «ягуара». Это он.

О, господи! Отец рядом со мной! Стоит сделать шаг, и я смогу обнять его!

Он нажимает кнопку вызова, лифт распахивается, и я слышу вежливый голос:

– Вам на какой этаж?

Марго пихает меня локтем. Я нахожу силы поднять взгляд и выдавливаю:

– На пятый, папа.

Планета останавливается. Мое сердце тоже. Мгновения тишины давят так, словно я погружаюсь на дно океана. Заплаканные глаза стремятся поймать тепло ответного взгляда. Я жду объятий, чтобы разрыдаться в голос. Но различаю лишь, как щеки отца багровеют, и на лице проявляется гремучая смесь удивления и испуга. Его руки поднимаются отнюдь не для объятий.

Он грубо отталкивает меня и вопит:

– Охрана!

29

У Марго при крике «охрана» срабатывает рефлекс мелкого воришки. Она бросается бежать, недаром столько тренировалась. Но в запутанной подземной части жилого комплекса сильные ноги не главное, здесь надо знать переходы-выходы. Марго тычется в первую же закрытую дверь, не замечая кнопки на стене, и призывает меня на помощь:

21
{"b":"228935","o":1}